— Следующее: не разделяться и не пытаться поймать вампира в одиночку. Они — довольно опасные и хитрые твари, хорошо маскирующиеся под обычных людей, так что ходим только все вместе.
— Ты нас совсем-то за детей не держи, — фыркнул Лис.
Дик вышел из-за стола и подошел к нему вплотную, выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
— Если с ней, — он ткнул в меня пальцем, — что-нибудь случится только потому, что тебе приспичит погулять в одиночку, я тебя лично из-под земли достану и придушу голыми руками.
Дик вышел из-за стола и подошел к нему вплотную, выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
— Если с ней, — он ткнул в меня пальцем, — что-нибудь случится только потому, что тебе приспичит погулять в одиночку, я тебя лично из-под земли достану и придушу голыми руками. Веришь?
Я поверила, причем сразу. Лис нахмурился.
— Ее я и сам тронуть никому не позволю. — Я почувствовала, как польщенно краснею. — Тем более с ее талантом влипать во все неприятности разом. Но и ты тут особо не командуй.
Дик улыбнулся лишь уголком рта, сузив черные глаза.
— Если тебя не устраивают мои приказы, — последнее слово он подчеркнул, — можешь катиться на все четыре стороны, здесь тебя никто не держит.
На лице Лиса вздулись желваки, я поняла, что эти двое сейчас просто подерутся, и поспешила вклиниться между ними.
— Эй, вы чего?! Вы оба прекрасные бойцы и хорошие друзья…
— Кто? — На меня уставились две пары удивленных глаз.
— Друзья, — упрямо повторила я. — Неужели вы не понимаете, что и вы двое, и Сон, и я с Оськой уже давно подружились!
Наивностью веяло за версту, мне было стыдно, что я никак не могу выразить свою мысль по-взрослому, но тут мне на помощь пришел Оська, сидящий на столе и во всю сонно зевая.
— Она хочет сказать, что если перебьете друг друга сейчас, то будете полными кретинами, дерущимися из-за девчонки перед заданием.
И — о чудо! Дик и Лис смутились и даже отошли друг от друга на более или менее безопасное расстояние. Я с благодарностью взглянула на Оську. Тот поднял лапки вверх, просясь на ручки. Тяжелый вздох вырвался из моей груди. Глядя на него, и не поверишь, что он может превращаться во вполне взрослого парня, хотя… Оська как-то мне рассказывал об изменениях в психике при переходе из одной формы в другую, это как бы является защитным механизмом, чтобы не сойти с ума. А пока это пушистое чудо восседало на моем плече, гордо поблескивая черными глазками и, как и все, ожидая, когда Дик достанет из огромного комода свой таинственный артефакт. Дик уже наполовину в него зарылся, тихо ругаясь и расшвыривая во все стороны какие-то бумажки, коробочки и прочий мусор. Лис прыгал рядом, уже забыв про недавнюю ссору, и жестом опытного взломщика открывал одну коробочку за другой, суя свой длинный нос в каждую и выглядев счастливее некуда. Сон долго крепился, делая вид, что ему все равно, но, когда из очередного свертка мы с Лисом радостно выгребли что-то длинное серебряное и при этом шевелящееся, не выдержал и подошел к нам, а вскоре и сел рядом, требуя, чтобы и ему показали. Мы показали — жалко, что ли?
— Вот она! — Дик торжественно предъявил нам какую-то грязную палку с искусственной то ли гусеницей, то ли тараканом на конце.
Мы критически осмотрели находку и снова начали копаться в сокровищах. Дик недоуменно на нас глядел, сжимая в руке столь ценный артефакт. Я в этот момент как раз пыталась выдрать из цепких лапок Оськи красивую фиговину, которую для вида мы назвали брошкой. Оська орал, что это теперь его собственность, и нипочем не отдавал. Лис с Соном как раз двумя листиками бумаги гоняли между горками мусора серебряную многоножку, которая шипела и даже кусалась в ответ на такое издевательство.
— Повторяю, — угрожающе начал Дик, — я нашел артефа…
— А-а-а!!! Меня укусили! — Лис размахивал пальцем, в который вцепилась жутко перепуганная многоножка, и вопил так, будто она как минимум его отгрызла.
Многоножка зажмурилась серебряными веками и терпела внеплановые полеты из последних сил. Сон сострадательно пытался врезать по ней какой-то книгой, но каждый раз попадал по руке Лиса, отчего тот еще и сильно ругался. Про Дика в этой суматохе мы как-то забыли.
Дик начертил в воздухе два иероглифа, поднялся ветер, многоножку оторвало от пальца и унесло в комод, книга вырвалась из рук Сона и грохнула его по башке, потом врезала по все еще вопящему Лису и мягко опустилась ко мне на колени. Ветер стих, все замерли и предельно внимательно уставились на возвышающегося над нами Дика. Сон и Лис при этом ощупывали шишки на лбах.
— Итак! — Дик остановился, грозно обводя нас взглядом и ожидая очередных каверз с нашей стороны.
Мы упорно молчали, внимая каждому его слову. Дик грозно сверкнул глазами, пару раз кашлянул. Оська вежливо пожелал ему не болеть, а мы хором его поддержали, после чего Дик закашлялся еще сильнее, сгибаясь пополам и чуть ли не давясь. Лис было вскочил, чтобы врезать ему по спине, но Дик вовремя заметил тот самый том в его руках и силой воли перестал кашлять, выпрямившись и заставив Лиса разочарованно плюхнуться обратно на ковер. Мы задрали головы и приготовились слушать.
— Это — артефакт, — мы уже пожирали глазами ту самую палку с куда-то уползшей гусеницей, — он откроет портал в нужный нам мир. Начинаю.
Все замерли. Оська возбужденно пискнул, перебираясь ко мне на голову. Сон на всякий случай сел справа от меня, готовый в случае чего защитить от всего и сразу. Лис не замедлил устроиться слева и радостно обнял меня за талию, шепча на ухо, что буквально никому не даст меня в обиду, после чего его сильно обидел Сон, просто врезав ему в нос и шипя, чтобы он больше не смел ко мне прикасаться. Лис все понял и теперь сидел радом молча, хлюпая разбитым носом и угрюмо слушая смех Оськи, веселящегося у меня на голове.
Пять иероглифов мягко вспыхнули в воздухе, окружив руку Дика, сжимающего палку. Тихий шорох коснулся слуха, заставляя всех напряженно оглядываться, не понимая, откуда он и что означает. А потом вдруг вспыхнул воздух вокруг нас, в глазах сильно потемнело, я еще почувствовала, как меня хватают Сон с Лисом и Оська с воем выдергивает прядь волос, после чего все исчезло окончательно и я начала куда-то падать.
Новый мир встретил нас совсем неприветливо. Начать хотя бы с того, что мы очнулись не на зеленом лугу с цветущими кустами и звенящим среди них ручейком. Ничего подобного — мы очнулись в какой-то яме. Причем такой узкой, что минут пять не могли разобраться, где чья нога, где чья рука и кто чье ухо отдавил гад такой! Оська сидел на краю ямы и давал ценные указания, только добавлявшие бардака в общую сумятицу.
— Так, Лис! Вынь ногу из кармана Сона и засунь ее в сапог на голове Дика. Ну сапог-то сначала сними! Что значит Дик кусает тебя за ногу? А зачем ты ему в нос ею заехал? Промахнулся? Вот, тогда и не ной. Эй, эй, Дик! А ну убери руку с попки Нрлин! Убери, говорю, или я сейчас спущусь! Сон, умничка! Так его, такой, нет, я спускаться не буду. Всем пардон, это была попка Лиса. Лис, ты чего? Кто извращенец?! Ребята, ребята, вы сейчас кого-нибудь покалечите, и вообще, прежде чем драться в таком тесном пространстве, могли бы для начала слезть с девушки и передать ее мне. Спасибо. Ну ты как, Ирлин?
