— Насколько успешно?
— Увы, безуспешно. Именно поэтому я искал встречи с вами.
— Что вы рассчитываете получить у нас?
Варга снова чуть-чуть помедлил с ответом.
— Я так понял, что вы уже являетесь теми идеальными солдатами, которые мне нужны.
— Почему вы решили, что мы согласимся воевать на вашей стороне?
— Я так не решил, — Варга изо всех сил старался сохранять спокойствие. — Я только хотел познакомиться, поговорить и поискать точки соприкосновения. Для начала.
— О структуре организации по-прежнему не сказано ни слова, — напомнил волк.
— Организации принадлежит земельный участок в Туркменистане. Там расположены научные лаборатории и постоянно находится бОльшая честь персонала. Сулим отвечает за охрану и разведку; у нас существует разветвленная сеть осведомителей и исполнителей во всем мире. Практически любой интересующий нас биоматериал в конечном итоге попадает в наше распоряжение. Кроме того, организации принадлежит ряд предприятий во всем мире, обеспечивающих финансовую независимость. Во главе организации стою я. У меня есть несколько советников — по науке, по безопасности, по политическим вопросам.
— Что о вас знают в мире?
— Ничего. Одни считают нас биотехнической базой, другие закрытым исследовательским центром одной из ведущих стран мира, причем разные страны зачастую грешат друг на друга.
— Как вы зависите от правительства Туркменистана?
— Практически никак. Нынешнему правительству периодически оказывается помощь, благодаря которой оно по-прежнему остается у власти, и если мы не прекратим помогать — будет оставаться еще достаточно долго. По большому счету они от нас зависят даже больше, чем мы от них.
По большому счету они от нас зависят даже больше, чем мы от них.
— Как вы пресекаете утечку информации?
— Сложилась целая система, пересказывать ее устройство — долго. Вообще-то, у меня работают лучшие в мире специалисты. Сулим Ханмуратов, например. Подробности нужны?
— Нет. Я понял. Хорошо, что вы знаете о нас?
Варга быстро сообразил с чего стоит начать:
— Некоторое время назад мир всколыхнула череда убийств — в основном в Берлине. Естественно, нас заинтересовали люди, которые совершили эти убийства. В плане генетического материала. Перехват кое-какой секретной правительственной организации привел нас в Алзамай. Попутно выяснился тот факт, что в окрестностях Алзамая чаще, нежели где бы то ни было засекаются неопознанные летающие объекты. Не сопоставить эти два факта было бы верхом легкомыслия. После чего я сам направился в Алзамай и постарался выйти на вас раньше правительственных агентов со всего мира. Их цель — ваше уничтожение или коррекция. Наша цель совершенно иная, и именно поэтому я надеялся и надеюсь до сей поры, что нам есть о чем договариваться.
— Как вы видите наше сотрудничество? В общих чертах.
На этот раз Варга даже мгновения не колебался:
— Бесспорно, что из окрестностей Алзамая вам придется эвакуироваться. После того шума, который вы наделали, в покое вас уже не оставят. На мой взгляд единственным выходом из сложившейся ситуации будет срочная и по возможности — незаметная передислокация, причем желательно в другую страну. Менее развитую, чем Сибирь. Туркменистан в этом плане подходит как нельзя лучше. Моя организация вполне способна предоставить вам площади под базу и обеспечить анонимность. Мир будет считать, что мы просто укрупнились.
— После того, как вас взяла на карандаш сибирская служба безопасности? — насмешливо спросил Расмус. — После вашего дурацкого демарша с биноклем на крыше? Да по такому следу вся нынешняя свора пожалует в Ашгабат в полном составе. И никакое правительство не сумеет выстоять под нажимом таких политических китов, как Европа, Россия и Сибирь.
Но Варга ничуть не смутился. Ничуть.
— Да. После того демарша. У меня припасен в рукаве очень жирный туз, господа. Очень жирный.
Тут Варга подумал, что волки могут не знать значения слова «туз» — вдруг они не поняли сути людских карточных игр?
Но Варга ошибся.
— Ну, что ж, — сказал Расмус с заметным интересом. — Тогда самое время вам зайти с этого жирного туза, и поглядеть найдется ли у нас ответный козырь? Как вы полагаете, Варга?
И в этот момент Саймон Варга окончательно поверил, что сумеет договориться с волками. Ему сразу стало не так тревожно, отчего в голосе еще добавилось уверенности.
* * *
— Вот такие пироги, братцы, — завершил свою речь Золотых. — Стартуем через десять минут. Все документы по теме сдать в спецхран, файлы — уничтожить. Пограничники уже на марше, они еще засветло выехали.
— Значит, — спросил офицер-спецназовец, — внешнее оцепление снято?
— Конечно, — Золотых вопросительно поглядел на европейцев, кучкующихся у левой стены конференцзала. — А смысл в оцеплении, если у волков такой камуфляж? Они ж мимо постов впритирку гулять могут. Сколько захотят, хоть целый день туда-сюда…
Европеец с сомнением покачал головой.
— Господин полковник, я считаю, что боевой волчий камуфляж — это не повседневное оснащение их оперативников.
По-моему, это дорогая и штучная селекту… э-э-э… техника. Иначе она активно применялась бы с самого начала. Да и здесь, в Алзамае, волки воспользовались ею только один раз и все в одном месте. Не значит ли это, что мы крепко прижали их к стене и вынудили прибегнуть к крайним мерам? Ведь и раньше возникали ситуации, когда при наличии такой техники волки решили бы свои сиюминутные проблемы с неизмеримо меньшим шумом и прилагая меньше усилий. Однако они действовали обычным порядком, то есть без камуфляжа.
— Ишь, чешет, — прошептал Коршуновичу Лутченко. — Как устав цитирует, мухомор германский…
Коршунович взглянул на Лутченко строго. Тот с легким вздохом умолк, но чувства вины на его лице Коршунович все равно не заметил.
— По крайней мере, — продолжал европеец, — одна попытка прорыва через оцепление была совершена. Без камуфляжа. Неудачная попытка, прошу заметить. А это значит, что в городе остается группа волков. Сейчас она, конечно, сумеет беспрепятственно покинуть город. А между тем, за этой группой можно было бы проследить, и потом не плутать по тайге в поисках волчьей базы, а выйти к точно к нужному месту.
— Дельные соображения, — едко прокомментировал Золотых. — И удивительно своевременные. Оцепление уже час с лишним, как снято, и из города можно было за это время сто раз смотаться. Браво, лейтенант! А теперь дельные мысли, если у вас таковые найдутся.
По конференцзалу прогулялся легкий шумок. Встал другой европеец — капитан.
— Простите, полковник. Лейтенант ван Арнен уже высказывал эту мысль ранее, но было как-то не до того.
— Ладно, вычеркнули. — Золотых тоже поднялся, показывая, что последнее совещание перед началом операции «Карусель» завершено. — Экипажи поданы на стоянку перед управлением. Прошу не задерживаться.
— Э, Семеныч! — запротестовал Коршунович. — А ужин?
Золотых хлопнул себя по лбу.
— Тьфу! Зарапортовался совсем! Конечно же! Простите, господа, в буфете накрыт ужин на нашу команду. Хотя… — он взглянул на часы. — Запланированное время мы все равно уже исчерпали.
Он на миг задумался.
— Ладно… Даю еще пятнадцать минут! Тряхнем стариной, вспомним молодость! В молодости все, поди, на время столовались? В учебках?
