— Короче, такое дело, мужики, — ударил ребром правой ладони по раскрытой левой Колобков. — Нам нужно домой.
— Ничем не можем помочь, — угрюмо ответил Тур Ганикт. — У нас такая же проблема. Мы тут плаваем уже две ваших человеческих жизни — и до сих пор не нашли способа вернуться. Может, его и вовсе не существует.
— Один точно существует. Вам он, наверное, не поможет, а вот нам…
— Значит, вы счастливее нас. Воспользуйтесь этим вашим способом и возвращайтесь.
— А вот не можем! Фикус в том, что наша дверца за нарисованным камином, она… ну… она в башне.
— В какой башне?
— В башне вот этих троих дедуганов, которые сейчас играют в лото за соседним столиком.
— А… Ну так и отправляйтесь в нее.
Колобков положил на стол локти, и опер подбородок на сложенные ладони. Его добрый проникновенный взгляд встретился с бледно-голубыми глазами пришельца из другого мира. Тур Ганикт почесал щеку дулом руки-мушкета и отхлебнул еще чаю.
— Браток, ну что ты мне здесь ваньку валяешь? — ласково спросил Колобков. — Я тебя сейчас по-хорошему прошу, как человека — верни эту гребаную башню! Можешь даже оставить себе эти поганые бриллианты… половину… но верни башню!
Тур Ганикт спокойно допил чай, поставил чашку, утер губы салфеткой и сказал:
— Большое спасибо, было очень вкусно.
Как вы называете этот напиток?
— Чай, — ответила Зинаида Михайловна. — Вам понравилось?
— О да. Я еще ни разу не пробовал подобного.
— Если хотите, я вам дам одну пачку. У нас еще большой запас.
— Буду бесконечно вам признателен, сударыня.
— Зинулик, не отвлекай мужчин от делового разговора! — сердито вмешался Колобков. — Я повторяю вопрос, товарищ пират. Где башня, Билли? Нам нужна башня!
— У меня нет никакой башни, — холодно ответил Тур Ганикт. — И меня зовут не Билли.
— Это я шутю так… кстати, здорово подыграл.
— Я не подыгрывал.
— Тогда тем более здорово. Но башню все-таки отдай.
— Еще раз говорю — у меня нет никакой башни. Или, по-вашему, она лежит у меня в трюме?
Колобков недоуменно замолчал. Меньше всего он ожидал такого расклада. Добраться наконец до вожделенной цели и обнаружить, что похититель башни делает рожу кирпичом и от всего отнекивается…
— Я не понимаю, что вы вообще от меня хотите, — произнес Ганикт. — Вам нужна башня этих троих маразматиков? Ну так отправляйтесь на их остров и ищите ее там. При чем тут я?
— Харе придуриваться, Флинт недорезанный! — не выдержал Колобков. — Я тебе кто, попка-дурак, по двести раз одно и то же повторять?! Быра мне башню сюда положил!
— Я последний раз повторяю… — зло процедил Ганикт, приподнимаясь из кресла.
Ему на плечо тут же легла тяжелая ладонь Валеры. Веданок грозно заворчал — но ему между лопаток уперся холодный ствол. Гена держал боцмана на мушке, неотрывно глядя в зеркало напротив — не проклевывается ли во лбу бычий рог? Телохранители отлично уяснили, что сверхспособность «возьми обратно» действует только при выпущенном роге. Вероятно, эта волшебная защита требует от хозяина затраты усилий — иначе зачем бы ему вообще требовалось ее выключать?
— Я последний раз повторяю, что у меня нет никакой башни! — резко дернул плечом Ганикт. — И я думаю, что вы спятили!
— Тогда куда же она, по-вашему, делась?!
— Как это ку… что?..
Ганикта прервал Веданок, слегка толкнувший в бок локтем. Пиратский капитан повернулся к своему боцману, а тот наклонился и зашептал что-то на ухо.
— Ах да, и верно… — расплылся в улыбке Тур Ганикт. — Совсем забыл.
— Что? — недоуменно уставился на него Колобков. — Что случилось?
— Дайте я догадаюсь, — насмешливо хмыкнул Ганикт. — Вы приехали на остров трех мудрецов, а там вместо башни обнаружили глубокую яму? Верно?
— Ну да. Мы тебе разве не сказали?
— Не сказали. Хотя и следовало бы. Следовало с этого начать, а не разбрасываться с ходу вздорными поклепами. Почему вы решили, что к пропаже башни приложил руку я?
— Мы… мы… — задумался Колобков. — А почему мы так решили?.. Я уже и не помню…
— Мы нашли в яме улику, — ответила за отца Света. — Жемчужное ожерелье. Мы опросили свидетелей, и нам сказали, что это принадлежит вам.
— Жемчужное ожерелье. Мы опросили свидетелей, и нам сказали, что это принадлежит вам.
— А, так вы нашли мой амулет! — оживился Тур Ганикт. — А я его искал. Не могли бы вы мне его вернуть?
— Да, конечно, — поднялась с места Света. — Сейчас принесу.
— Ну так что, товарищ пират? — пристукнул ногой об пол Колобков. — Улики налицо. Вещественные, можно сказать, доказательства. Были вы там, на острове. Прямо в том котловане, который от башни остался. Что вы на это скажете?
— Скажу, что я там действительно был. Но этого я и не отрицал.
— Тогда какого же [цензура], мать твою… — начал терять терпение Колобков.
— Достаточно оскорблений, — поморщился Ганикт. — Сейчас я вам все расскажу.
Света вернулась с бусами, из-за которых и началась вся эта поисковая экспедиция. Тур Ганикт благодарно кивнул и нацепил амулет на шею. Прищелкнув длинными белыми пальцами, он задумчиво произнес:
— Я действительно был на том острове. О нем, и о башне, полной драгоценных камней, мне рассказал один… одно… одно существо…
— Это мы уже знаем, — кивнул Колобков. — Человек-брульянт.
— Вы встречались с Радагой? — удивился Ганикт. — Ну что ж, тогда эту часть я опущу. Мы приплыли на остров — но сломя голову в башню не полезли. Радага рассказал нам, насколько опасны ее обитатели. Да и сам я много чего слышал об этих… троих… — опасливо покосился в сторону мудрецов Ганикт. Те уже давно оставили в покое лото и с интересом прислушивались к словам пирата. — Мы стали ждать. Ждать и наблюдать за башней. Я был уверен, что рано или поздно эти трое куда-нибудь отлучатся. И спустя некоторое время это действительно произошло. Они вышли из башни.
— И ты полез ее грабить?
— Нет, — с горечью улыбнулся Ганикт. — Не смог. Выйдя из башни, безумные волшебники ушли недалеко. Они остановились в нескольких шагах от входа и затеяли разговор. Очень долгий и по большей части бессмысленный.
— Это мы знаем, — довольно кивнул Колобков. — Они это умеют.
— В конце концов у них зашла речь об их башне. Кто-то из них сказал, что не годится бросать дом без присмотра — а вдруг придут воры?
— Как в воду глядели.
— Да. Мне в тот момент даже показалось, что они знают, что мы прячемся в кустах. Но я ошибся. Они ужасно долго спорили, что же делать с этой проклятой башней, и в конце концов решили… взять ее с собой.
— Что?.. — недоверчиво произнес Колобков.
— Вот именно. Они замахали руками, забормотали непонятные слова… и башня начала уменьшаться, пока не стала размером с палец. Один из них — тот, узкоглазый — подобрал ее и положил в карман. Потом эти трое куда-то ушли и больше мы их не видели. До сегодняшнего дня.
Раздался звук удара. Это Чертанов с силой шарахнул лбом об стол. Его плечи затряслись, послышался тихий всхлипывающий смех.
— Серега, у тебя что, истерика?.. — растерянно спросил Колобков, утирая пот с лысины. — Ну и дела, ну и дела… Деды! Этот пиратишка правду сказал, или как?
Каспар, Бальтазар и Мельхиор переглянулись.
В их глазах забрезжил отблеск мысли.
— Я не уверен… — потер лоб Мельхиор.
— Вроде бы что-то такое было… — добавил Бальтазар, роясь в карманах.
