— Пройдите по коридору, как увидите лестницу — вниз и направо.
— Спасибо! — Я бросилась в пустынный коридор.
Ряд безликих дверей пролетел полосатой лентой. Лестница! Ступени привели меня в полуподвальное помещение, где за стеклянной перегородкой сидел усатый мужчина в форме и мрачно отгадывал кроссворды. Дальняя стена этого помещения заканчивалась железными дверями с разлинованным прутьями окошечком.
— Здравствуйте! — Я как можно старательней заулыбалась хмуро глянувшему на меня стражу порядка. — Я по поводу Мельникова. Вам должен был звонить мой адвокат.
— А, — он отложил журнал, — Галина Сергеевна Никольская? Кем вам приходится Петр Михайлович Мельников?
— Мм, друг, — сориентировалась я и закидала его вопросами: — А что произошло? Почему он здесь?
— А вот он сказал, что вы его невеста.
— А, — он отложил журнал, — Галина Сергеевна Никольская? Кем вам приходится Петр Михайлович Мельников?
— Мм, друг, — сориентировалась я и закидала его вопросами: — А что произошло? Почему он здесь?
— А вот он сказал, что вы его невеста. — Не вдаваясь в объяснения, страж принялся буравить меня внимательным взглядом.
— Э-э-э, — озадаченно помычав, я махнула рукой, — хорошо, пусть будет невеста!
— Что значит «пусть будет»? — дотошно поинтересовался милиционер, изобразив прищур работника спецслужб.
— Ну… просто он мне только сегодня сделал предложение. — Я криво усмехнулась. — Не привыкла еще.
— Повезло же вам с женишком… — покривился усатый и, взяв со стола ключ, поднялся. — Согласны вы оплатить его дебош?
— Ка… какой дебош? — Я невольно посторонилась, пропуская его.
— Задержан пьяным в здании научного института. Нанес ущерб двум компьютерам путем кидания их на пол и одному научному сотруднику путем разбивания об голову оного собственного сотового телефона. Разрешено отпустить под залог, покрывающий сумму ущерба. В общем, невестушка, закодировала бы ты его!
— Обязательно. Завтра и закодирую. — Я достала из сумки пухлый конверт и бросила его на стол.
Дороговато же мне обходится мой женишок!
Дверь с решеткой звонко лязгнула.
— Выходи. — Усатый посторонился, пропуская хмурого Петра.
Коротко взглянув на меня, он вновь уставился в пол. Прошел к столу. Сел.
Милиционер проследовал за ним. Выдвинув верхний ящичек, ловко скинул конверт в стол, а взамен вытащил целлофановый мешочек.
— Вот. Забирайте своего суженого и его вещи, только сначала распишитесь. — Он перевернул, старательно вытряхивая, мешочек, поднял выпавший сложенный вчетверо листок, развернул и ткнул пальцем напротив какой-то закорючки.
Нарисовав свою фамилию, я подождала, пока Петр поднимется, сгребла его сумку, бумажник, ключи и вышла за ним следом.
Лиза
— Гриш, а мы где? — Я первой не выдержала глухого звука наших шагов.
— Под землей. — Гришка в очередной раз уверенно повернул, по-прежнему придерживая меня за талию. Словно прекрасно видел в этой кромешной тьме!
— Ну это я и без тебя догадалась. Мне интересно, как далеко мы ушли от дома?
— Сто сорок два метра.
— Чего? — Я даже остановилась.
— На такое расстояние мы ушли от Охотничьего домика. — Он вновь потянул меня за собой.
— Но как… — Я подавилась окончанием, пытаясь вникнуть в то, что он сейчас сказал. — Откуда ты это знаешь?
— Шаги считаю… — Гришка на мгновение замялся и как ни в чем не бывало продолжил: — Обычный подземный ход. Сделан примерно лет сто шестьдесят назад. — Он вновь еще раз уверенно повернул и предупредил: — Сейчас будут ступеньки. Не запнись.
Наивный!
Мало того что в ожидании обещанной преграды я, естественно, налетела на эти ступеньки, так еще и, невольно подставив подножку, едва не помогла Гришке ощутить все прелести каменного пола.
— Цела? — Решив не рисковать, он просто втащил меня на ровную площадку и вновь принялся объяснять: — Дальше ступеней нет. И я чувствую приток воздуха…
— Как у тебя это получается? — перебила я его. — Ты идешь так, словно знаешь эти катакомбы наизусть или… ты видишь в темноте?
Он помолчал и выбрал вариант ответа.
— Ходил. — Гришка вновь обнял меня за талию, наверняка во избежание возможных разрушений, и поинтересовался: — Пойдем? — Естественно, больше для приличия, потому что в следующую секунду я уже едва успевала перебирать ногами.
Ход внезапно начал подниматься, дуновение воздуха стало отчетливым, а под ногами противно захлюпало.
Внезапно Гришка остановился и, выпустив меня, прошлепал куда-то в темноту. Затем его шаги смолкли, и до меня донесся какой-то неприятный звук. Мне даже показалось, что я услышала его не ушами, а нервами. И почему-то сразу заныл зуб.
— Что там?
— Какая-то дверь. Иди сюда.
Ха, как будто я вижу, куда идти!
Но объяснять это мне ему не пришлось. Разгадав мое замешательство, он сам подошел ко мне, как слепую, провел несколько метров и коснулся моей рукой металлической двери. Точнее, как определилось потом по звуку, деревянной, но обитой шершавым железом.
Ощупав ее, я наткнулась на здоровенный замок. При мысли о том, что придется разворачиваться и проделывать вновь весь путь обратно, мне захотелось разнести эту преграду. Не знаю, куда мы придем, но для меня сейчас лучше идти вперед!
— И как это открыть?
— Открою. Потом.
— Значит, нам надо возвращаться?
— Зачем?
— Как зачем? Я вообще-то к солнышку хочу! У меня уже скоро клаустрофобия начнется!
— Что это?
— Гриш! — Я скинула с талии его руку. — Давай ты меня просто выведешь наверх? Некоторые определения тебе не понять!
— Пойдем, — охотно согласился он и помедлил. — Тебе больше моя помощь в передвижении не нужна?
С тяжким вздохом я нащупала стоявшего рядом Гришку и вернула его руку к себе на талию.
— Веди.
Как он и обещал, вскоре впереди забрезжил свет. Выложенный позеленевшими от времени и сырости камнями коридор все глубже уходил под воду. Джинсы осталось только сушить!
Я кинула мимолетный взгляд на невозмутимо шагающего в холодной воде парня.
Стоп! Что-то не то!
Я вновь взглянула на него, теперь уже пристально. Что-то неуловимое… словно дымка на мгновение исказила его черты и растаяла. Гришка заметил мой взгляд.
— Что?
— Да так, показалось…
Он внезапно помрачнел.
— Просто темно… — И отстранившись, кивнул на заглядывающий в полузатопленную пещерку клочок неба: — Дошли.
— Скорее — доплыли! — вздохнула я и направилась вслед за ним, все больше и больше погружаясь в воду.
Луч солнца внезапно ослепил обессиленные темнотой глаза. Ход закончился, выпуская нас в озеро. Я огляделась: создавалось впечатление, что над ландшафтом когда-то поработал экскаватор, настолько круто берег уходил в воду.
Я огляделась: создавалось впечатление, что над ландшафтом когда-то поработал экскаватор, настолько круто берег уходил в воду. Таинственную пещеру от посторонних глаз надежно скрывали высокие камышины, и заметить ее можно было, только если знать, где искать.
— Держись. — Гришка уже вскарабкался на огромный валун, ухватился за какую-то корягу и повис на ней, протягивая мне руку.
Я подплыла ближе и ухватилась за него. Подтянулась, упираясь ногами в окаменевшую глину, и уцепилась за режущие ладонь камыши. Отпустив Гришкины пальцы, я схватилась за нависающие надо мной ветви чахлой березы и наконец выкарабкалась на берег. Следом за мной ловко выбрался Гришка и, выудив из кармана черную шайбочку, подошел ко мне.
