— Так, стоп! Я квартирантов не пускаю! И не надо мне петь о родственных связях. Нет у меня таких родственничков и быть не может!
— А мы и не родственники вовсе! И не квартиранты! Мы к вам в отпуск приехали! Поправить здоровье, отдохнуть!
— Здрасьте-пожалста! Я что, похожа на скорбную головой? Или кто в моем доме санаторий открыть собрался, а меня не предупредил?
— А что, ваш сын вам не звонил?
— Куда? Из лаптя в лапоть?
— По телефону. О нас!
— Да у меня и телефона-то нету! Привез какую-то игрушку, так я в ней не разбираюсь.
— А как вы общаетесь?
— Да вот так и общаемся — иногда он переводы шлет мне, письма. Хотя вру, он вчера меня на переговоры вызывал, да только извещение о них мне сегодня утром доставили.
— Ну вот видите! Это он о нас, наверное, хотел вам сообщить.
— Да! — вклинилась я. — Он нас сам к вам пригласил на две недели отдохнуть. А не верите, моя сестра вам все о нем расскажет, чтобы сомнений не осталось. Он у нее рекламу для своей фирмы заказал. Кстати, чем он там торгует?
— Сантехникой, — отмахнулась сестра.
— Так вы от Игоря?! — вдруг очнулась Ольга Николаевна, заметив продавщицу Зиночку, вынырнувшую из-за глухо брякнувших штор. — А я сразу-то не поняла! Глупая!
Наша будущая хозяйка оживленно махнула толстухе:
— Ну Зинка, чего замерла? Не видишь, гости ко мне от сына приехали! Чего стоишь, тащи мои покупки, да мы пошли!
Продавщица с тяжелым вздохом взгромоздила на прилавок желтый объемный сверток.
— С вас семьсот двадцать рубчиков.
— Пятьсот за курицу я тебе прощаю, а двести двадцать занесу на той неделе. — Ольга Николаевна сгребла пакет и бодро потопала к выходу, бросив нам: — Не отставайте.
Проводив взглядом торопливо шагающую за шустрой бабкой сестру, я забрала с прилавка купленное Галкой пиво и заспешила к захлопнувшейся за ними двери.
Глава 4
Галина
Едва мы вышли на улицу, как возмущенный галдеж, поднятый Петровной, быстро смолк. Уличенная в укрывательстве внука, бабка, не говоря ни слова, только зло зыркнула на нас и гордо скрылась в ближайшем переулке. Две торговки переглянулись и заулыбались нам.
— Теть Оль, я сама видала, как вчера Гришка куру сюда притащил, — проводив взглядом Петровну, а точнее, дождавшись, когда та отойдет на более безопасное расстояние, возмущенно начала одна.
— Да он у всех все тырит, бездарь несчастный! — поддержала другая. — У меня недавно кто-то телегу навоза спер! А я ж его из-под Маньки цельный месяц собирала, чтобы земельку удобрить! Не иначе как тоже Гришка постарался! Видать, на свой огород пристроить хочет!
— Ох, Люд, — Ольга Николаевна махнула рукой, — какой огород? Там, кроме конопли и лебеды с мой рост, уже лет десять ничего не растет!
— А зачем ему тогда навоз? — внимательно вслушиваясь в разговор, удивилась товарка Людмилы, пытаясь понять суть беседы.
— Не иначе как занюхивать самогон им будет! — хохотнула Ольга Николаевна и обернулась на звук глухо хлопнувшей двери.
Из магазина, держа в руках забытую мной покупку, выскользнула довольная Лиза.
— Обсуждаете новый метод народной медицины?
— Скорее правила деревенской пьянки, — тихо буркнула я, едва сдерживая смех. — С чем употреблять местный алкогольный эксклюзив.
— Так, гостьюшки, не хотите потеряться — топайте за мной! — внезапно став серьезной, приказала Ольга Николаевна и бодро прошагала мимо озадаченных женщин.
— А зачем топать, когда можно доехать? — Лиза деловито пискнула брелоком сигнализации и, распахнув заднюю дверцу, жестом пригласила Ольгу Николаевну усесться в нашу колымагу. — А вы нам путь указывать будете.
Пожав плечами, та невозмутимо прошагала мимо нее и, отщелкнув замок, уселась на переднее место, словно не заметив предложенного варианта. Лиза, многозначительно помолчав, тоже забралась в машину и так хлопнула дверью, что я всерьез испугалась за стекла.
Хех, надо бы как-нибудь научить ее ценить вещи. Хотя бы попытаться сделать это, пока не поздно.
Не прислушиваясь к обсуждающему шепоту торговок, я невозмутимо уселась за руль, завелась и вопросительно взглянула на хозяйку.
— Куда теперь?
Та вдруг искренне улыбнулась и махнула рукой в сторону единственной широкой, проходящей через всю деревню улицы.
— Езжай прямо. Тут асфальтированная дорога одна. Самый последний дом — мой. Не ошибешься.
Удовлетворенная ответом, я развернулась и, проехав мимо облупленной машины, свернула. А ведь именно на этой улице и скрылся наш сегодняшний спаситель. Петр…
Я качнула головой, отгоняя вставшее перед глазами лицо, и прибавила газу.
Ну скрылся и скрылся.
Стараясь отвлечься от смутивших меня мыслей, я принялась разглядывать проносящиеся за окнами большие одно-двухэтажные дома.
Ну скрылся и скрылся.
Стараясь отвлечься от смутивших меня мыслей, я принялась разглядывать проносящиеся за окнами большие одно-двухэтажные дома.
Боровлянка оказалась довольно большой и, на удивление, обеспеченной деревней, что не могло не радовать! В глубине души оставался страх, что предсказание Лизаветы сбудется и в ближайшие две недели нам придется наслаждаться обществом клещей и алкашей в каком-нибудь сарае вместо дома! Но…
Довольно широкая асфальтированная дорога привела нас к невысокому железному, крашенному зеленью забору, возле которого, соревнуясь в оттенках, цвела сирень. Дальше дорога делала резкий поворот и скрывалась в подступившем к деревне лесу.
Красота-а-а! Нет, все-таки хорошо, что мы приехали именно сюда!
— Здесь? — Я взглянула на Ольгу Николаевну.
— Ну а где? Дальше лес! — Она выбралась, громко хлопнув дверцей, и зашагала к воротам. — Заходите, гости дорогие. Будьте как дома.
— Но не забывайте, что в гостях! — тихо фыркнула Лиза, выходя следом. Щелкнула дверца багажника.
Подхватив сумочку с документами и телефоном, я бросилась помогать сестре вытаскивать багаж.
— Э-э, здрасьте, а вы к Репоновой в гости или по делам? — Раздавшийся позади вкрадчивый голосок заставил нас резво обернуться.
У соседской калитки стоял высокий, жилистый, вполне симпатичный парень лет двадцати, одетый только в линялые светлые джинсы. Пепельно-русые, будто пыльные волосы соломой спадали на загорелые до черноты плечи, а из-под челки нас хитро разглядывали голубые, словно выцветшие глаза.
Мы с Лизой невольно переглянулись.
— А тебе какое дело? — буркнула сестра и вновь ухватилась за свисавшие ручки очередной сумки.
— Да просто. Помочь могу. — Парень, не вынимая рук из карманов, шагнул ближе.
— Так помогай, чего стоишь? — Лиза тут же перестала изображать трудягу и, скрестив руки на груди, скользнула по нему оценивающим взглядом.
Меланхолично пожав плечами, наш неожиданный помощник подцепил сразу три сумки и уверенно поволок их в распахнутую калитку.
— Хм… мне все больше нравится эта Боровлянка. — Лиза довольно улыбнулась. — Здесь все мужчины такие отзывчивые.
Я оглядела, примеряясь, два оставшихся тюка.
В деревне? Отзывчивые мужчины?
Ну-ну!
— Гришка, а ну брысь с моего огорода! — Словно в ответ на мои мысли из-за забора раздался грозный вопль нашей хозяйки. — Паршивец, думаешь, я тебе мою курицу забыла? А если ты мне это барахло на откуп приволок — то ничего не выйдет! Забирай свое тряпье и проваливай! Еще я краденого не брала!
Послышался стук, шум, и из калитки вылетел наш новый знакомый, но уже без вещей.
