— Э-эй, ты чего? Я сама! — Попытка помешать не удалась. Он первым стянул с меня обувь и сунул ее куда-то под кресло. Затем изобразил руками какие-то странные знаки, и спинка кресла опустилась, надувшись в изголовье мягким пузырем.
— Ложись. — Он насильно заставил меня опустить голову на странную, но удобную подушку. Узкое кресло вдруг разъехалось в стороны, превращаясь в довольно сносную просторную кровать. Я вдруг поняла, что лежу на чем-то мягком. А потом меня объял теплый, но свежий воздух. — Если хочешь, можешь раздеться. Терморегуляторы не позволят тебе замерзнуть, подстраиваясь под температуру твоего тела. Или, может, хочешь принять термодуш?
— Э-э, спасибо, нет! Я уже умылась. Раньше. И… в одежде мне будет привычнее. — Я повернулась на бок.
— Как хочешь. — Пожав плечами, он невозмутимо стянул с себя странный, серо-зеленого цвета костюм, оставшись только в недлинных, больше напоминающих бриджи штанах. Дожидаясь прекращения трансформации своего койко-места, он вновь сотворил руками несколько пассов. В следующую секунду яркий свет погас и зажегся экран, являя нам бесконечное звездное небо.
— Надеюсь, тебе нравится?
Он уселся на край своей кровати и, терпеливо дожидаясь ответа, посмотрел на меня.
Я невольно скользнула взглядом по его плечам, груди.
Ученые Земли нечасто могли похвастаться таким телом.
— Нравится. А может, я посплю в той, другой комнате? — Я с трудом отвела от него взгляд и уставилась на ехидно подмигивающие мне звезды.
— Зачем? — Я почувствовала, как он улыбнулся и, чуть вздохнув, лег. — К тому же там кресла не приспособлены под сон. Мм, Лииза?
— Что? — Нет, меня его присутствие нервировало все больше!
— А что на твоей планете говорят, когда прощаются?
— Прощаются? — Я даже села.
— Ну да. — Он перевернулся на бок. Я опешила, разглядывая его горящие в полумраке глаза. — Когда ты расстаешься с кем-то, кто… кого хотел бы увидеть завтра?
— Перед сном? — дошло до меня.
— Да.
— Спокойной ночи, Дарн.
— А что должен ответить я?
— Приятных снов, Лиза.
— Приятных снов, Лииза.
* * *
Девушка закрыла глаза. Сначала ее дыхание было взволнованно-коротким, но постепенно оно выровнялось. Он смотрел, как она спала, смотрел, и все внутри сжималось от неведомого счастья ее близости и сводящей с ума боли при мысли, что вскоре их разделит вечность.
За какие-то несколько дней все его мировоззрение, все устои бытия смешались в непонятный, чуждый ему цветной водоворот. Жизнь, такая простая и понятная еще несколько дней назад, превратилась в запутанный лабиринт из мыслей и чувств. И он впервые задумался о догмах, внушаемых ему с рождения. Верны ли они? Верна ли единая цель для всех лутанцев — работать для и во благо планеты? Нужна ли ему такая цель?
Завтра…
Он мысленно приказал бортнавигатору переключить картинку звездного неба на реальность, диктующую свои правила за бортом, и вздохнул.
Восток алел рассветом. Ночь незаметно промелькнула.
Нет, уже сегодня они пойдут на озеро, чтобы найти или не найти Воздушный элемент.
Еще один день, проведенный с Лизой.
Он боялся признаться себе, но возвращение на Лутан уже не было его главной мечтой. А если остаться на этой планете? Его ведь даже не станут искать!
Нет. Если он найдет Воздушный элемент, он вернется. Он должен вернуться. Жители Лутана не должны погибнуть из-за его сомнений и желаний. Он вернется, чтобы потом вновь улететь на планету Х751.
Успокоенный внезапно пришедшим на ум решением, он закрыл глаза. Всего на мгновение! И вновь открыл — от легкого прикосновения к его волосам. На экране лес уже был залит яркими утренними лучами. Рядом с ним сидела Лиза.
— Что-то случилось? — Он рывком сел.
— Утро. — Она смущенно отодвинулась. — Ты же хотел пойти на озеро? Я посмотрела, — Лиза гордо кивнула на экран, — светящихся фигур нет.
— Отлично. Надо торопиться. — Он поднялся, вышел в рубку управления и, подхватив два собранных им еще вчера рюкзака, вернулся. — Один тебе. Там все необходимое. На всякий случай.
Глава 34
Галина
Меня разбудил распекающий кого-то на улице голос Ольги Николаевны. Яркое солнце вливалось в комнату, наполняя ее доверху сиянием.
Лиза?!
Я села и огляделась. Сестры не было. Что же делать? Петр! Он обещал ее искать!
Торопливо натянув джинсы, надела Лизину футболку и выбежала в коридор. Скоро совсем отвыкну от хорошей одежды! Хотя, с другой стороны, никакой костюм от Валентино не выдержит прогулки по лесу, а то, что она у меня будет экстремальной, я даже не сомневалась.
— …ничего не знаю! Ты тут за порядок отвечаешь? Вот и отвечай! У меня квартирантка пропала, а участковый похмельем мучается! Да мне — тьфу! — и растереть на твое похмелье! Имей в виду! Или ты подряжаешься ее искать, или я завтра же еду в город искать на тебя управу! — Голос Ольги Николаевны возмущенно распекал кого-то за забором.
— Напугала! — замученно прохрипели в ответ. — И что ты сделаешь?
— Я? Ничего! А вот мой сын… Ты в курсе, что он помощник главного прокурора? Неужели не найдет управу на зажравшегося участкового какой-то там деревеньки?
Я подошла к забору и, чтобы не мешать, с любопытством уставилась в щель между досками: хозяйка, бордовая от возмущения, уперев руки в бока, наступала на невысокого, а от своей полноты и вовсе казавшегося кругленьким мужчину болезненного зеленовато-желтого окраса.
— Во-первых, не какой-то, а исторически важной! — Стянув кепку, он торопливо утер ею лысину и лицо. — А во-вторых, никто не знает, кем твой сынок работает! Он сюда приезжал-то последний раз лет пять назад — и то на два дня!
— Оттого и не приезжает, что занятой! — тут же возразила Ольга Николаевна. — А доказательств хочешь, так знай — квартиранток ейных он сам мне пристроил! Дюже важные особы! Так что хочешь, сейчас и спросим! — И без перехода завопила: — Га-а-ли-на! Га-аль! Выйди на минутку!
От неожиданности я вздрогнула и поспешила на зов.
— Что случилось? — напустив на себя равнодушный вид, я приоткрыла калитку и выглянула.
Мужичок при виде меня почему-то шумно выдохнул и вновь принялся утираться кепкой.
— Что случилось? — напустив на себя равнодушный вид, я приоткрыла калитку и выглянула.
Мужичок при виде меня почему-то шумно выдохнул и вновь принялся утираться кепкой.
— Галь, это участковый наш. Ну-ка, скажи ты этому Фоме неверующему, кем работает в городе мой сынок.
Я было открыла рот, чтобы ляпнуть про рекламу сантехники его фирмы, но вовремя сообразила. И тут, к счастью, меня выручил сам толстячок.
— Да ладно, Ольга Николаевна! Что вы как маленькая? Будто я не понимаю всей важности вашей просьбы? Просто выходной вчера был, вот и сегодня на отдых настроился. — Он кинул на меня заискивающий взгляд. — Но служба — прежде всего! Как там ваша девушка выглядела?
— Семеныч, ты ж ее вчера видел!
— Так — порядок, Николавна! Давайте мне ее фото. Сегодня пробегусь с мужиками по окрестностям, да к лесничему сходим! Вдруг да найдем где!
Не отвечая, я бросилась в дом. Фотография! Переворошив все ее сумки, я выудила кошелек. Так… Мама. Я с Сашкой. О! А вот и мы вдвоем с Лизой!
Вытянув фото, я снова бросилась на улицу.
— Вот! — Выйдя из калитки, я протянула снимок толстячку. — Устраивает?
— Мелкий больно…
— Ты, Семеныч, не борзей! Что дали — тем и пользуйся! — осадила его хозяйка и приказала: — А вечером ждем тебя с отчетом! Ясно?
