— Да как ты смеешь! — Сестра возмущенно подбоченилась.
— Галь, она права. — Из машины вышел одетый с иголочки, а от того удивительно похорошевший Петр. Темная царапина, видневшаяся на его гладко выбритой щеке, не портила, а наоборот, добавляла его облику мужественности. — В вашем семействе да-а-а-вно не было настоящего мужчины. Поэтому, Лизавета, — он выдержал паузу, — буду говорить с тобой начистоту.
Я сделал твоей сестре предложение, и она согласилась.
Я нахмурилась, пытаясь вникнуть в смысл сказанного.
— Предложение? — Кинула растерянный взгляд на Галку. — Но ты его знаешь всего несколько дней!
— Александра я знала с института. Но это не помешало ему уйти от нас! — Она, словно защищаясь, скрестила руки на груди.
— Тем более!
Нет! Я просто не могла поверить, что все это — искренне. Скорее всего, еще один любитель хорошей жизни. Решил заморочить мозги одинокой бизнес-леди и за ее счет перебраться в город.
Я прищурилась, скользнула взглядом по терпеливо помалкивающему Петру.
Уже и приоделся за ее счет!
— И когда свадьба?
Он развел руками:
— Скорее всего, осенью.
— Отлично! Надеюсь, до осени я вас… мм… тебя больше не увижу? — Конечно, хамство не лучший способ решить проблему, но я ничего не могла с собой поделать. Меня просто разрывала какая-то обида и… ревность?
— Петр будет очень занят эти несколько месяцев. Ему предстоят важные работы, но он будет нас навещать. — Галина произнесла это подчеркнуто спокойно, но чувствовалось, что ей очень хочется прочитать мне нотацию, а еще больше — надавать подзатыльников.
— Жаль. Петь, очень надеюсь, что твои важные работы будут проходить где-нибудь на альфе Центавра! — выпалила я ему в лицо, развернулась и, не прощаясь, бросилась по дорожке к дому.
Может, он хороший, даже замечательный, но вот так менять всю нашу… мою устоявшуюся жизнь я не могла ему позволить. Несколько месяцев — срок. Может, Галка все же откажется выходить за него замуж?
Забежав в дом, я едва не сшибла копошившуюся на веранде хозяйку, влетела в комнату и захлопнула дверь. Не хочу никого видеть! Не хо-чу!
— Эх, и чегой-то тебя покой не берет? Как же хорошо было, пока вы не приехали. Тихо.
На подоконнике, печально уткнув бороденку в крошечные колени, сидел Хряп. Забыв обо всем, я подскочила к нему:
— Хряпушка! Тебя Ольга ищет! С ночи уже. Ты где был?
— Отсель не видать, — отмахнулся домовой и так тяжко вздохнул, что я даже заволновалась:
— Что-то случилось?
— Тебе по пунктам? — Хряп отлепился от коленей и мрачно взглянул на меня.
— Все за него переживают, а он еще и вредничает! — Я выглянула в окно. Машина еще стояла, но ни Галки, ни Петра не было видно. — Не хочешь разговаривать — не надо.
Забравшись на диван, я обиженно скрестила руки на груди и нахохлилась.
И секунды не прошло, как домовой оказался рядом.
— Лиз, ты того, этого… не обижайся на меня? Сам вот, незнамо как, в беду попал.
— Что случилось?
— Добро хозяйское от вора не уберег. — Хряп виновато шмыгнул носом. — Теперь возвращать надобно, иначе как в глаза Олюшке смотреть буду?
— Так. А… ты видел? Ну… — Я изобразила руками в воздухе неведомую фигуру. — Его! Кто украл-то?
— Видел… Знаю, что и ты видела. Я даже испугать его попытался, но нет в его душе страха перед неведомым.
Я даже испугать его попытался, но нет в его душе страха перед неведомым. — Он развел ручками и, сложив их за спиной, задумчиво прошелся по дивану.
— Стоп, стоп! Ты сказал — я видела? Значит, все-таки Гришка?
Домовой остановился и удивленно обернулся:
— Гришка? Да его вообще сегодня ночью здесь не было! С чего ты это взяла-то?
— Как с чего? Он ко мне в комнату забрался, и я видела его так же, как вижу сейчас тебя!
— Гришку?! — Домовой в волнении даже подергал себя за куцую бороденку и засеменил ко мне. — Тьфу ты, глупая! Да не было его здесь! Я ж чую, когда и кто в дом заходит. С какими мыслями. Не было этой ночью у тебя в комнате непутевого! Ясно?
— А… кто тогда был? — Я коснулась бьющейся у виска жилки. А может, мне все это приснилось? Нервный срыв и все его последствия?
— А мне вот это и неведомо, — тоскливо вздохнул домовой и взобрался ко мне на колени. — Не зверь он, но и не человек. Думал, кто-то из нашей братии — ан нет — из плоти и крови! Меня не видит и поступков моих не боится. Но есть в нем нечто такое…
С улицы послышались голоса, стукнула калитка, плавно прошуршали колеса. Кажется, новый родственничек уехал, а сестренка все же созрела для того, чтобы провести со мной воспитательные беседы… Ну-ну!
— А почему тогда это «нечто» так на Гришку похоже?
— Как свинья на ежа, — отрезал Хряп. — В каком это месте он похож?
— Ну… фигура и лицо. Хоть и темно было, но я отчетливо видела именно Гришку! — не отступала я.
— Тьфу ты, глупая! Да морок он на тебя навел. Мо-рок!
— Это ты на меня сейчас морок наводишь!
В дверь решительно постучались:
— Лизавета, немедленно открой! Нам надо поговорить!
— От ты ж пропасть! Не веришь — иди сама у этого алкаша поинтересуйся! Но учти, я тебя предупреждал!
Я улыбнулась:
— Спасибо тебе, Хряп, за идею! Именно так я и поступлю.
Выудив из сумки футболку, я отвернулась и, не обращая внимания на домового и требовательный стук, быстро переоделась.
— Э? Ты куда намылилась? — насторожился тот.
— Как куда? — Я наскоро обула кроссовки и влезла на подоконник. — Искать Гришку. Послушаем теперь его версию.
Глава 30
Галина
— А я предвидела, что все так и будет! И тебя предупредила! — Проводив взглядом скрывшуюся в доме Лизу, я развернулась к удерживающему меня Петру. — Невероятно! Мы с Лизой из-за тебя поссорились, а ты еще смеешь улыбаться?!
— Она просто ревнует! — Петр притянул меня к себе. — Ты слишком ее разбаловала.
— Но она нормально относилась к моему бывшему мужу!
— Вполне возможно, его уход и сделал ее такой. — Он коснулся губами моих волос. — И теперь она не доверяет твоим избранникам, стоя на страже вашего покоя, да и всей вашей налаженной жизни.
— Да… — Я вдохнула холодный запах его одеколона, улыбнулась и подняла на него глаза. — Возможно, это так, только мне ничто не помешает устроить ей сегодня нахлобучку!
— Неплохо! — пряча улыбку, хмыкнул Петр.
— Возможно, это так, только мне ничто не помешает устроить ей сегодня нахлобучку!
— Неплохо! — пряча улыбку, хмыкнул Петр. — Мало того что не приехала ночевать, вернулась утром, да еще и объявила, что выходишь замуж за первого встречного, так еще, ко всему прочему, хочешь устроить ей нагоняй?
— Мм. — Я отстранилась от него и вновь покосилась на распахнутую калитку. — А что, это действительно так выглядит?
— Да. Оставь ее в покое. Дай смириться с мыслью, что теперь ее сестра не принадлежит только ей одной.
— Кстати, — я прищурилась, разглядывая его, — а зачем ты ей сказал про замужество? Я же еще не сказала «да».
— Тогда скажи.
— Вообще-то… так сразу…
— Будем считать, что сказала. — Петр легонько коснулся губами моих губ и сел в машину. — Ладно. Надо спешить, а то ребята заждались. Поеду на базу. Думаю уже сегодня начать обследовать озеро.
— Когда увидимся? — Придерживая сумочку, я отступила к калитке.
— Согласен на сегодняшний вечер. — Он подмигнул мне и погрустнел. — Только стоит ли провоцировать Лизавету?
— Не стоит, — покривилась я, зашла в калитку и обернулась. — Но если захочешь, приходи.
