В последний момент я отстегнула сережку и бросила в сторону. Словно крылатая ракета с тепловым наведением, сорока резко изменила траекторию, подхватила сережку и скрылась среди деревьев, громко хлопая крыльями. Вывернув шею, я глянула вниз на охранника.
Он смотрел в ту сторону, где исчезла сорока.
Смотрел, смотрел, затем подбросил карту и неуловимым движением руки заставил ее раствориться в воздухе.
Уф. Ну и дела!
Подтянула себя еще на метр и с ужасом обнаружила, что моя тень накрыла картежного иллюзиониста.
Господи! Скорее прочь!
Усиленно заработала руками. Тень соскользнула с охранника.
Кажется, ничего не заметил. Вот и отлично.
До крыши я добралась, совершенно запыхавшись. Сердце стучало. Виски ломило. Напряженные бицепсы ныли. Помассировала их. Сейчас отдышусь — и отправлюсь дальше.
Темные игольчатые шпили вонзались в небеса справа и слева от меня. Огромные, древние, какие-то неземные. Похожие на двух строгих волшебников в высоких остроконечных шляпах. Под шпилями на квадратных башнях чернели высокие стрельчатые окна. Стоит ли кто-нибудь за ними? Не знаю, не видно. Нужно сделать стремительный рывок через всю крышу, и очень не хочется, чтобы один из вооруженных сторожей случайно заметил меня.
Отдышалась, поднялась и побежала по гребню, низко пригибаясь, чтобы меня не видели с земли. Пробежала половину пути до башен и сообразила, что если меня кто и не видит, так только охранники внизу. Хофкирхе — на виду у всего города, а я — на крыше.
Меня видит весь город. Сотни окон. Я — как на ладони.
Быстрее скрыться под башнями!
Крыша неожиданно закончилась, под ней оказалась другая, поменьше. Я прыгнула вниз, не удержалась на гребне и кубарем покатилась по скату.
Страх сдавил желудок. За краем крыши я отчетливо видела глубокую пропасть. Не меньше высоты четырехэтажного дома.
— Мама! — пискнула я.
Меня сбросило на ставню чердачного окошка, я вцепилась в нее, как в спасательный круг, и остановила падение.
Крутые у швейцарцев крыши! Тяжело бегать по таким. Вот был бы номер, если б звезданулась сейчас отсюда, забравшись с таким трудом. На радость всему коллективу спецотдела «Мгла» и лично его руководителю Тому Кларку.
Однако сегодня такого подарка они от меня не дождутся.
Чердачное окно было распахнуто. Я потерла ушибленный бок и неуклюже втиснулась в оконный проем. Почему неуклюже? — Полезла головой вперед, оперлась руками на спинку стула.
Почему неуклюже? — Полезла головой вперед, оперлась руками на спинку стула. Тот опрокинулся, и я рухнула на пол, зацепив пяткой еще и стол с хрустальными фигурками зверей и птиц. Звон бьющегося благородного стекла настиг меня уже на полу.
Около минуты лежала, не двигаясь и прислушиваясь к посторонним звукам. Я оказалась в небольшой чердачной комнатке с наклоненным потолком. Стены завешаны акварелями с изображением плавающих лебедей. Стопки книг — тоже о птицах. Здесь работает какой-то орнитолог.
Поднялась и подошла к двери. Под тапочками хрустели куски битого хрусталя. Прислушалась.
Если и раздавались какие-то звуки, то явно не из-за двери. В моей голове продолжали сыпаться и звенеть осколки. Словно в ней повредилось что-то.
Так и не поняла, есть ли кто за дверью. Бог с ним! Здание огромное, и мало шансов, что за ней кто-то притаился.
Распахнула дверь и… нос к носу столкнулась со щуплым молодым человеком, шествовавшим по коридору. Если бы не шум в голове, наверняка бы услышала его шаги.
Вздрогнув при моем появлении, парень, однако, не растерялся и наставил на меня автоматический пистолет «Хеклер-Кох», висевший у него на плече. Но и я не растерялась тоже. Схватившись за ствол, отвела его в сторону и припечатала парня к противоположной стене.
Короткая борьба закончилась патовой позицией. Я прижимала его к стене, одной рукой душила, другой пыталась вырвать «Хеклер-Кох». Молодой человек вцепился в пистолет, а второй рукой отпихивал меня.
После десяти секунд борьбы я сдавленно произнесла:
— Извините сердечно. Пока вы не в состоянии выстрелить в меня, быть может, ответите на один вопрос? Мне необходимо это знать, а больше спросить не у кого. Клише уже нашли?
Парень ухитрился согнуть ногу в колене и уперся ступней мне в живот. Не успела опомниться, как он разогнул ногу и я отлетела к стене, уронив на пол неплохую акварель.
Правда, «Хеклер-Кох» остался у меня.
Я перевернула пистолет, взяла его как надо. Точнее — как это делают в фильмах. Направила ствол парню в живот.
— А теперь поговорим серьезно. Где Кларк? Нашел ли он клише?..
Я долго могла бы тут допрашивать, но до меня вдруг дошло, что парень не понимает по-немецки! Я по инерции продолжала говорить на языке Манна и Гете, а по его глазам было видно, что он и слова не уразумел.
Интересное дело! Получается, Кларку не хватило германской агентуры, и он привез в Люцерн сотрудников из другой страны. А то и взвод морских пехотинцев, переодетых в штатское. То-то парни вокруг церкви показались мне слишком молодыми для спецотдела ЦРУ. Явно не дураки, но и не такие бойцовые питбули, типа Бейкера.
— Посторонний на чердаке, — вдруг произнес парень по-английски. Не крикнул кому-то — коридор был пуст. Просто сказал, словно комментируя собственные мысли…
Черт! Только тут я заметила, что по его щеке тянется проводок и заканчивается возле рта. Опять опростоволосилась!
— Больше ни слова! — воскликнула я. — Иначе…
— Женщина. Лет двадцати пяти, — продолжал докладывать он.
— Эй! — Взмахнула стволом. — Ты что, слепой? Выпущу в тебя весь магазин.
— Оружие на предохранителе, — ответил он.
Я глянула на железяку в своих руках.
Да, снять пистолет с предохранителя для меня посложнее, чем перевести с древнегреческого «Илиаду».
Попятилась в комнату, из которой вышла. Захрустело стекло.
— До свидания, — произнесла я. — Возможно, увидимся позже, хотя мне бы этого не хотелось.
Взялась за дверную ручку.
В последний момент парень кинулся ко мне, но я успела перед его носом захлопнуть дверь и задвинуть старую щеколду. Доски потряс удар.
Ну вот. Теперь шум и топот слышались со всех сторон. Надо же, с первых минут появления в Хофкирхе устроила такой переполох! Сколько смотрела фильмов, сколько читала книжек. Так лазутчики не работают. Сначала они добывают секретный микрочип, а уже потом вляпываются. Я сделала все вопреки законам жанра.
Дверь вновь содрогнулась. Не найдя лучшего варианта, вылезла на крышу. Кажется, подобное со мной уже происходило. Несколько дней назад, в доме Жаке. Точно так же я улепетывала по крышам, а за спиной неслась орава преследователей.
Огромные стрельчатые окна левой башни находились недалеко от меня. Но чтобы добраться до них, нужно было пересечь участок крыши, напоминавший горнолыжный спуск. Я поклялась себе не спешить. Не то слечу, как ласточка с перебитыми крыльями. Двигалась медленно, хватаясь за края черепицы. Вот так. Пусть похожа на шимпанзе, зато почти достигла башни.
Оконные проемы, размером с автомобиль, оказались чересчур высоко. Даже если бы под рукой была лестница, все равно бы не достала. А вот до светового окошка башни вполне смогла допрыгнуть.
Ухватилась за край. Подтянулась и заглянула внутрь. Там обнаружилась деревянная лестница, извивавшаяся по стенам квадратной спиралью. Совершенно пустая.
