— Спасибо, Семен Капитонович. Постараюсь позвонить завтра.
— Что значит позвонить! Ты приехать должна! Найти Веру и вернуться на работу.
Да, конечно. Если бы это было так просто!
Мы с Глюки продвигались по вечерним, хорошо освещенным улицам, разыскивая какой-нибудь семейный отель. Прошли город из конца в конец, но кроме сверкающего Гранд Централ ничего не нашли.
Возле магазина спортинвентаря нам встретился человек, взгляд которого мне не понравился. Острый, стреляющий по сторонам из-под надвинутых бровей. Вдобавок — квадратный подбородок, литые плечи и мощные кулачищи.
Серьезный человек. Явно не местный. За день я насмотрелась на горожан, заблудившихся фермеров, праздно слонявшихся туристов, на клерков, млеющих от сознания собственной важности. А этот человек… От него исходил запах опасности.
И угораздило же моего придурка налететь на него!
Они столкнулись смачно, что называется — в полный рост.
И угораздило же моего придурка налететь на него!
Они столкнулись смачно, что называется — в полный рост. Легкий Глюки отлетел на витрину со скейтбордами, словно от стены.
— Смотри, куда идешь, рвань! — процедил человек и прошел мимо меня. Наверное, толкнул бы плечом, если бы я не отстранилась.
Барсик выглядел ошарашенным. Но не потому, что налетел на человека…
— Гляди, что у него под пиджаком прилипло! — сказал он.
И показал пистолет. Пройдоха успел вытащить его при столкновении.
У меня закружилась голова.
Этот человек мог являться кем угодно — сыщиком, телохранителем. Но я отчего-то была уверена, что он из компании Левиафана.
Значит, приехали за Глюки. Прибыли сразу, как только узнали, что группа, которой было поручено задание, разбилась в авиакатастрофе. Им обязательно нужно устранить Получателя «мертвой воды» и забрать ее остатки. Последний кубик, который спрятан в моем термосе.
Глюки в опасности. Нельзя, чтобы его обнаружили. Без него мне не найти место, где держат Верочку.
Я отняла у Барсика его добычу.
— Ты знаешь, что этот человек пришел за тобой, Глюки? — воскликнула я, размахивая пистолетом. — Этот мордоворот ищет ТЕБЯ, а не потерявшегося котенка!
Барсик ничего не ответил, внимательно отслеживая каждый пируэт ствола в моей руке.
— Ну ты и идиот! — сказала я и брезгливо отбросила пистолет в мусорный бак. — О чем думала твоя дурацкая голова?
— Думала, может, кошелек у него есть…
— Поздравляю, солнышко! Люди из ЦРУ не знают, у кого находится «мертвая вода». Но ты засветился, заглотил акулий крючок — им осталось только подсечь и вытащить тебя. Они придут за пистолетом и быстро выяснят, что ты и есть обладатель «мертвой воды».
— Что же делать?
— Заработать свои двести долларов! Рано утром убираемся из Нью-Плимута…
— А если снова столкнемся с кем-нибудь из НИХ?
— Нужно изменить внешность. Нас не должны узнать. Я спрячу лицо под козырьком бейсболки, а для тебя лучшей маскировкой будет… хорошая помывка.
— Мне украсть мыло? — с готовностью спросил Барсик.
Глава 4
На суше и воде
После часа блужданий по вечернему Нью-Плимуту я наконец нашла небольшой мотель. Номер оказался чистеньким, но во что он превратится, когда Глюки переступит через порог?..
Я презентовала Барсику земляничное мыло. Пока он принимал душ, сбегала и выбросила на помойку его грязное тряпье.
Из ванной Глюки вышел совершенно другим человеком. «Загар» смылся практически полностью. Передо мной стоял черноволосый итальянец с длинным носом и маленькими, постоянно шевелящимися губами.
Я ему подарила одежду, которую успела купить в супермаркете до закрытия. В благодарность Барсик устроил скандал из-за пропавшего пальто. Оказалось, что в нем находилась уйма принадлежностей для дикого существования а-ля Робинзон Крузо. Посоветовала ему начать новую жизнь, а он в ответ сбегал на помойку и вернулся со своим дурно пахнущим макинтошем. Довольный. Так закончился день, и мы собрались устраиваться на ночлег.
Барсик рухнул в кровать, а я никак не могла решить, что делать.
Бомж весь день косился на карман сумки, в котором лежали одиннадцать тысяч долларов за проданный камень.
Бомж весь день косился на карман сумки, в котором лежали одиннадцать тысяч долларов за проданный камень. Нельзя его на ночь оставлять без присмотра. Заколет ножницами или обвяжет проводом и подключит к розетке — с него станется. У него огромное желание присвоить мои деньги и полное отсутствие моральных норм. Если усну, не прикрутив Глюки чем-нибудь к батарее, — все равно что лягу на трамвайные рельсы. Рано или поздно вагончик объявится. Мимо не проедет.
Наручников у меня не было. Зато веревкой я владею в совершенстве, а узлы плету с основательностью ткацкого станка.
Под протестующие вопли я привязала руки Барсика к спинке кровати. Во мне разыгрался гуманизм — Глюки состроил такое лицо, что хотелось плакать. Но я довела дело до конца, всхлипывая. Зато спала нормально.
Проснулась рано, освободила Барсика, от которого благоухало земляникой и помойным ведром. Как не перекрасить африканца в белого, так и из Барсика не сделать нормального человека. На новую рубашку он натянул грязное пальто, с достоинством поковырял в носу и вытер палец о занавеску… Черт с ним! Только бы довез до места.
На железнодорожном вокзале столкнулись с двумя здоровяками в тесных пиджаках. Они бродили по полупустому перрону и бесцеремонно заглядывали в лица отъезжающих. Благо я увидела их первой. В поезд мы влетели, когда подозрительные незнакомцы накинулись на бедную женщину с чемоданами, только что прибывшую из Стретфорда — небольшого поселка в глубине Северного острова. Около двух часов ехали на поезде до Палмерстон-Норт. В Новой Зеландии удивительные пейзажи. Буйные леса, ласковое море, пики горных вершин. Я любовалась красотами, а Глюки смотрел на мою сумку. На тот самый карман «Just do it!». Всю дорогу глаз с него не спускал. Двести долларов, предложенные мной, конечно, хорошие деньги. Но оставшиеся после вчерашних трат десять тысяч все-таки в пятьдесят раз больше. Интересно, почему Барсик решил, что это его деньги? Фантазер!
В Палмерстон-Норт были в десять утра. Пересели на поезд, следующий до Гисборна, и к полудню добрались до Нейпира.
Город симпатичный, портовый, впрочем, рассмотреть его не удалось. Сразу взяли машину напрокат — права мне успешно заменила зеленая банкнота с изображением Франклина — и с грехом пополам добрались до окраины леса. Водитель из меня никакой. Не дал бог таланта давить на педали.
Оставив автомобиль на обочине, нырнули в лес.
Вообще, с «лесом» Барсик явно погорячился. В Нью-Плимуте я представляла себе симпатичные сосенки, ковер из хвои, красные шляпки грибов… Вместо этого обнаружились хаотичный частокол высоченных стволов, затопленные низины, где вода затянута зеленой ряской и имеет вид уютных полянок, заросли папоротника, куда, подозреваю, не ступала даже нога маори.
Около часа пробирались сквозь топи и густой кустарник по ориентирам, известным только моему «Сусанину». Барсик знал, куда мы направляемся, ему не требовался компас. Пока я опасливо оглядывалась, мой гид упрямо шел вперед.
Чем дальше углублялись в заросли, тем меньше у меня оставалось надежды.
Не отыскать здесь Веру. Вряд ли ЦРУ имеет тут базу. Пусть даже именно в этом «лесочке» Глюки подобрал кубики «мертвой воды».
