— В легенде сказано — три дня и три ночи. Вы не ошиблись в пересказе?
— Исключено, — ответил Жаке.
— Если тело сына выставили днем, а Ганеш выкрал его ночью… Прибавим к этому времени еще три ночи — получится уже четверо суток. Никак не вяжется с христианским обрядом… А если, допустим, юноша был умерщвлен днем ранее, прежде чем его тело выставили на обозрение? Тогда и вовсе пять суток!.. Что-то не сходится.
— Это легенда. В ней допустимы нестыковки.
Если я завелась, меня трудно остановить.
— А кто второй несчастный? С закрытыми глазами?
— Не знаю, — ответил Жаке. — Инквизиция казнила многих.
Почему-то я не поверила его объяснению. Вроде логично, но какой-то червь сомнения скребся в груди.
— Кстати, — вдруг произнес Жаке. — Это загадочное слово, о котором вы упоминали… о котором вас спрашивал Энкель… Возможно, оно как-то связано с Новой Зеландией.
— С Новой Зеландией? — удивилась я. Верочка за столом поперхнулась шампанским.
По-моему, ей пора было прекратить себя «успокаивать». Ведь утром — самолет?
— Да, — кивнул Анри. — Энкель пару лет пропадал в Новой Зеландии. Совершенно не представляю, чем он там занимался. Затем вернулся в свою клинику.
Я размышляла: стоит ли говорить этнографу о странной жидкости, которую всучил мне доктор? Судя по всему, маньяк Чиву и остальные члены шайки охотились именно за ней. Зачем милейший старикан притащил ее на прием?
Кстати…
А вдруг эта темноватая жидкость и есть «мертвая вода»?
По спине заструился нехороший холодок.
Бред, Алена! Взрослая девочка, а в голове одни глупости… Может быть и так… Но фужер с той водой до сих пор находится на крыше!
Я взволнованно поднялась с кресла, чтобы рассказать обо всем Жаке. Не хотелось больше никаких проблем. Скоро полечу домой, в Москву. Местным полицейским предстоит расследовать убийство Энкеля. Информация о странной жидкости им пригодится. Пускай они голову ломают о ее назначении — это их работа.
Едва я успела открыть рот, как дверь распахнулась и в кабинет ворвался начальник охраны. Игнорируя наши вопрошающие взгляды, быстрым шагом он приблизился к Жаке и стал что-то шептать ему на ухо. Я различила только слова «метан» и «Северное крыло». Лицо Анри побледнело, глаза нервно забегали. Кажется, гонец принес нерадостную весть.
— Проклятье, — произнес этнограф. — Немедленно эвакуируйте людей из здания. Северное крыло сейчас пустует, но я не хочу, чтобы еще кто-то из гостей пострадал.
— Что случилось? — произнесла Верочка заспанным голосом.
Этнограф вымученно улыбнулся.
— Ничего страшного, — ответил он. — В Северном крыле ощущается запах газа. Где-то образовалась утечка.
Ну, конечно, ничего страшного! Совершенно ничего! Хоть детей приводи на экскурсию!
Если эвакуируют людей, значит, достаточно искры — и Северное крыло фамильного особняка останется только в воспоминаниях.
Иллюстрируя этот вариант, Верочка грохнула свой фужер с шампанским на пол. Словно мои мысли прочитала. Ничего удивительного. Мы с ней давние подруги. Близкие — почти как сестры. А мысли близких людей часто очень схожи.
Брызнувшие по ногам осколки встряхнули мужчин.
— Нужно перекрыть задвижку на линии, которая питает здание, — сказал начальник охраны. — Вы можете показать, где она находится?
— Не уверен, что знаю наверняка, но попытаюсь. Кажется, где-то на улице…
Анри обернулся к нам с Верой:
— Пожалуйста, покиньте дом через Южное крыло.
— Южное… это на юге? — неуверенно спросила Верочка.
— Это крыло, где проходил прием. Дверь, в которую вы вошли. Найдите лимузин, доставивший вас, и ждите в нем.
Правильно. Так будет лучше всего. К тому же в лимузине осталась моя одежда. Хоть переоденусь в сухое. Сниму, наконец, это Светкино платье. Сил больше нет носить его.
— А как мы отыщем тот самый лимузин? — спросила я.
— Помните шофера? Его найдите.
Помню ли я шофера? Сомневаюсь, что смогу узнать нашего африканца среди других таких же…
Мои мысли оборвались и полетели куда-то в пропасть.
Помню ли я шофера? Сомневаюсь, что смогу узнать нашего африканца среди других таких же…
Мои мысли оборвались и полетели куда-то в пропасть. Я вдруг увидела, как Жаке протянул руку к одной из полок и взял с нее…
ЧЕРНУЮ ШЛЯПУ!
Окружающие краски сразу поблекли. Комната и стеллажи с книгами закружились. Будто кресло, в котором я сидела, и не кресло вовсе, а сани американских горок.
— Оставайтесь в лимузине, — произнес Анри, надевая шляпу. Его голос сделался для меня вдруг невероятно громким и отчетливым. Я вслушивалась в каждое слово, в каждый звук, произносимый Жаке. — Я вас найду, — закончил этнограф.
Он нас найдет!
От ужаса я не могла пошевелиться. Элементы мозаики последних событий сложились в зловещую картину.
Анри и начальник охраны спешно вышли из кабинета. Я ошеломленно проводила взглядом черную шляпу на голове француза.
Неужели примерный этнограф Анри Жаке и есть тот человек, который инструктировал лысого убийцу Чиву?!
Невозможно поверить!
Но все сходится. Анри Жаке отлучался из зала как раз в тот момент, когда я, заляпанная икрой, наткнулась на подозрительную парочку в коридоре. Представилось, как он говорит Чиву: «Я подниму занавес экспозиции, все будут хлопать, и ты прирежешь спокойно моего старого друга!»
Меня с самого начала удивляла наглость, с которой преступники орудовали в чужом доме. Теперь все встало на свои места. Ведь они действовали по указаниям хозяина дворца! Неудивительно, что служба безопасности никого не поймала. Как можно поймать самих себя?!
Я вспомнила усмешки и странные взгляды этнографа. Сопоставила с тем, как смотрел на меня человек в шляпе… Не знаю, чем доктор Энкель насолил Анри Жаке. Возможно, причина кроется в странной жидкости, которая осталась на крыше?
— Алена, — подала голос Верочка. Похоже, она действительно переусердствовала с шампанским, потому что говорила заплетающимся языком. — Я не понимаю, что происходит?
Я принялась рыскать по кабинету. Распахивать дверцы шкафов, выдергивать ящики стола.
— Мы в серьезной опасности, Веруня! Твой дружок-лягушатник организовал весь этот переполох.
— Кто? — удивилась Шаброва. — Жаке?
— Нет, конь во фраке!
Вера пьяно рассмеялась.
— Ну ты и выдумщица! Он же ученый, Алена. Зачем ему это?
Я прервала на мгновение поиски и повернулась к ней:
— Знаешь, каких ученых я встречала? Был у меня такой знакомый — профессор Йоркского университета Майкл Гродин. Археолог. Вроде бы милейший старикан… Пытаясь найти древний тайник, продался всем, кому только можно было, и руки перепачкал в крови по самые уши!.. Разные ученые бывают, Верочка.
Вера нахмурилась, пытаясь переварить информацию. А я, наконец, нашла то, что упорно искала. Квадратный хрустальный графин с каплеобразной пробкой. Пойдет!
Воду из графина вылила прямо на ковер — нечего церемониться с имуществом этого мерзавца.
Не знаю, что они там задумали с начальником охраны. Зачем устроили этот переполох с утечкой газа. В любом случае, нам с Верой необходимо выбраться из особняка и забрать вещи из лимузина. Там же моя сумочка, деньги, документы. Эх, предчувствую, что покинуть Францию, станет в копеечку. Новая страховочная беседка катастрофически отдаляется.
— Ведь не хотела ехать во Францию! — пробурчала я.
— Ведь не хотела ехать во Францию! — пробурчала я.
