— И то, что имперцы обнаружили эти планеты-ворота?..
— Да. Поломало все мои хитрые планы. Пришлось звонить в колокол, привлекая к себе всеобщее внимание. Вот — вы и появились…
— Просто первым? Или вы искали контакт именно с Россией?
— Скажу так: я надеялся, что вы откликнетесь раньше других.
— А почему?
Бэр впервые помедлил с ответом.
— Мне понравился ваш стиль. Бой двадцать пятого августа. Выйти вшестером против семисот — и выиграть с соотношением потерь один на триста двадцать. Такого унижения Тангу не знала никогда. И вообще всё, что вы сделали в тот день, — было гениально. Эти переговоры… И я почти не сомневался, что именно вы окажетесь здесь, у меня. Как видите, не ошибся.
Некрон почувствовал, что у него зачесалось в носу.
* * *
— Бог ты мой, — сказал Ярослав. — Ещё и такие бывают…
Тот, кого Олег принял издали за человека, человеком явно не был. То есть тело совершенно человеческое, просто поджарое и мускулистое — но вот голова и руки… Можно сказать так: лежащий походил на человека, очень добротно загримированного под кота. Не маска, а именно грим: приклеенная коротенькая шёрстка, паричок с круглыми ушками, замшевые и губчатые накладки на нос, усы и брови из лески… Но руки — нет, руки так изменить невозможно, руки настоящие. Шестипалые. Три пальца с ногтями, три — когтистые.
И хвост. Впрочем, хвост приделать проще всего…
— Что ж, — сказал Олег. — Это лишний раз доказывает, что Вселенная велика.
Ярослав тем временем осмотрел рану на голове. Михель маячил у него за плечом, жадно заглядывал — учился. Так. Рана поверхностная, скальпированная. Кость цела. Вряд ли это он из-за неё вырубился. Так, что ещё?.. где же оно расстёгивается?.. ага. Очень удобно, надо запомнить. Пулевых ран тоже вроде бы нету, и рёбра целы…
Конечно, не человек. Шёрстка по всему телу. На спине погуще, на груди совсем короткая.
Так, а это что?
— Олежка, посмотри…
— Да. Прижигалка. На очень большой мощности.
— Как же он машину посадил, если это прижигалка?
— Не знаю…
Прижигалку помнили оба, и оба носили отметины от неё: вечно шелушащиеся и зудящие пятна. Уже сколько лет прошло, а пятна так и не сходят.
Их били малой, редко когда средней мощностью. А у этого парня кожа на груди была в трёх местах сварена до мяса: серые морщинистые круги размером в пол-ладони, окаймлённые чёрно-багровым кольцами.
После таких ударов наступала почти мгновенная смерть от шока.
— Э-э… — сказал Ярослав, и через секунду аптечный мешочек оказался у него в руках. Михель снова замер наготове. — Запаслив ты, однако, учитель… — удовлетворённо ворчал после паузы Ярослав, роясь в аптечке. — Вот только опасаюсь, не навредить бы. У тебя на Земле кошки были? Чем лечил?
— Порошком Бертольда Шварца и свинцовыми пломбами, — огрызнулся Олег. — Пенициллином колол один раз. Когда иголку проглотила и я ей полшеи располосовал.
— Что, ценная была иголка?
— С золотым ушком, индийская. Как сейчас помню.
— Не, кроме шуток. Если я ему на скальп сулему спиртовую вылью?..
— Ну Слава! Ну откуда я знаю? Я же его вижу первый раз, как и ты. Взялся — делай. Хуже всё равно не будет. Бинтуй. Так он кровью изойдёт.
— Да кровь уже почти и не течёт… Пульс сто двадцать — это как?
— Это хреново. Но сделать мы тут всё равно ничего не в состоянии. Только поцеловать его в задницу.
— Зачем?
— Вдруг поможет…
На полянку неожиданно выбрался Вовочка — на четвереньках. Нет. Не так: он полз на коленях, помогая себе одной рукой. А второй — что-то судорожно прижимал к груди, и лицо у хлопца было совершенно ошалелое…
Заметив, что на него смотрят, он встряхнулся, привстал, вгляделся в небо.
— Что там? — спросил Олег.
— Не, — сказал Вовочка. — Показалось.
— Тучки бы нам сегодня… — крякнул Ярослав. — Не дадут.
— И было им ясное небо и пиковый интерес… — Что бы ни стискивал Вовочка в кулаке, он решительно сунул это в карман. В кармане металлически брякнуло. — Помочь?
— Ты лучше посиди, — вмешался Михель. — Ты какой-то с лица не такой. Давайте я всё буду делать.
— Ну уж нет, — сказал Вовочка.
— А где Атос?
— За едой шарится. Он аккуратненько.
— Ладно. Пошарьте пока в кабине, — велел Олег. — Вдруг сообразите, где может быть аптечка. Только постарайтесь не улететь без нас.
— А вы собрались лететь? — спросил Вовочка уже из кабины. — Как интересно… Так, а это… Не. А… ага… ага… А он тут уже стоял или сейчас прилетел?
— Стоял, — сказал Олег.
— Тогда это явно не тот, который за Пятнистым лесом упал, — продолжал Вовочка, чем-то шебурша. — До Пятнистого леса километров двадцать… да и не похоже, чтобы эта штука падала…
— Вот это — не оно? — Михель вынырнул с какой-то полупрозрачной коробкой размером с хлебную буханку. На крышке коробки был изображён жук с расправленными крыльями. — Там что-то брякает…
— Давай посмотрю, — Олег протянул руку.
Но Михель уже нажал на невидимую защёлку, крышка откинулась — и из коробки, судорожно шурша, выбрались три здоровенных жука с зелёно-золотыми надкрыльями, оттолкнулись, с громким треском развернули крылья и улетели.
Михель выронил коробку и теперь стоял с открытым ртом.
— Оригинально, — сказал Ярослав. — Попробуй найти что-нибудь с изображением шприца.
— Не понимаю… — сдавленно сказал Михель и полез обратно в кабину.
Олег расхохотался.
— Почему вы смеётесь? — обиженно сказал из кабины Михель, — Ничего смешного… На Земле — змея. Ну, я и подумал…
Жуки, описав круг, вернулись и с ходу опустились на раненого.
— Эй! — Ярослав заозирался, потом подхватил с земли обломанную ветку. — Вот я…
— Постой, — поднял руку Олег. — Не трогай.
Жуки топтались на лежащем как-то очень целенаправленно. Деловито. Вот один ткнулся усиками в жуткий след прижигалки, замер. Несколько мелких движений… Два других жука тоже выбрали себе пятна от ударов. Олег и Ярослав переглянулись. Наверное, всё шло как надо. Просто непривычно.
Грюк… Грюк… Пятясь, Вовочка с Михелем выволакивали что-то большое и тяжёлое. Ярослав, стараясь не спугнуть странных насекомых, медленно сместился мальчишкам на выручку.
— Да мы сами, пан Ярек…
— Бросьте пока. Похоже, чутьё вас, парни, не подвело.
— Что?
— Смотрите.
Как по команде, все три жука одновременно вкололи в пятна острые хоботки-стилеты и, страшно напрягшись, что-то впрыснули под мёртвую кожу. После чего очень медленно, внезапно отяжелев, сползли с тела и остались лежать рядом, поджав ножки.
— Что думаешь, учитель? — спросил Ярослав. Он сел рядом с раненым, сорвал травинку и стал жевать. — Что всё это значит?
— Была такая наука — бионика…
— Я тебя не про науку. Я тебя про плутовской роман. Смотри: у нас на руках без пяти минут покойник. У нас погоня на хвосте…
— А здесь стоит что-то очень похожее на летательный аппарат. Ты это имеешь в виду?
— Ага.
— Уй!.. О-о… — на два голоса прогудели мальчишки.
— Остаётся всего ничего: научиться им управлять.
— Ну, ты же у нас летающий колдун…
— Не дашь забыть… — проворчал Ярослав и поднялся. — Дурная затея… Да и куда лететь?
Он всунулся в кораблик.
А не тесно — он одобрительно окинул взглядом салон. Два пилотских места, утопленные в полу, какой-то кожух-горб между ними, а позади — пустой объём почти как в автобусике РАФ. Нет, поменьше — покороче потому что — но не намного. Перевозка пассажиров не предусмотрена… а вот это что? Хм. Будь это земная техника, решил бы — крепления для носилок. Двое носилок, одни на пол, другие под потолок. Интересно…
