— А говоришь, что не крал… — с отвращением выдохнул я, отпуская его. — Сам, значит, в руки полез… Из застегнутого кармана…
— Пошел ты, — огрызнулся он.
— Кому ты его продал?
— Там… одному… Он хорошо заплатил.
— Кому ты его продал?
— Там… одному… Он хорошо заплатил. Я тебе… отдам…
Он принялся судорожно копаться в кармане, вытаскивая смятые бумажки.
— И все? — ужаснулся я. — За сколько ты его отдал? Сколько?! Ну ты кретин…
Впрочем, со вкусом огорчиться финансовыми потерями мне не дали.
— Эй, вы там! Двое! Хорош миловаться! — окликнули нас от камней. — Солнце уже высоко. Идете или нет?
Ситуация все равно была тупиковая. Выбивать остатки денег, которые это прохвост явно припас, не было никакого желания. К тому же имело смысл позволить ему перейти на другую сторону, где его легче будет отыскать и вернуть долги. А заодно с его помощью найти того, кому он продал браслет.
— Что? — ухмыльнулся паренек, похоже прочитавший все на моем лице. — Грешно благородным героям забижать маленьких? Будешь еще бить или займешься делом?
Испуг схлынул с него как с выдры вода — быстро и бесследно. Он отскочил в сторону, нахохлился и зашагал прежней тропой, словно ничего и не было. Даже не оборачиваясь.
Я ругнулся и двинулся следом.
— Принесли? — нетерпеливо осведомился Янжер. — Давайте веселее, господа. Вас люди ждут…
Пошептавшись с парнишкой, а затем со мной, он крепко задумался, помялся, пытаясь сделать нечеловечески трудный выбор (предположение, что несовершеннолетний наглец оставил себе львиную долю суммы, оправдывалось буквально на глазах), и наконец провозгласил:
— Ладно, оба пойдете… Эй, все сюда. Сейчас начнется самое интересное.
Пока мы выясняли отношения, к молчаливой паре с рюкзаками присоединился невзрачного вида мужчина с чертами лица словно стертыми ластиком и в такой неприметной одежде, что стоило отвернуться, как его облик мгновенно выпадал из памяти. Не всякому заклинанию личины такое под силу, но никаких чар на этом человеке не было и в помине. Зато на плече он нес весьма приметный мешок, в котором что-то непрерывно и сложно шевелилось. Будто там сидела гигантская многоножка, которой не терпелось вырваться на волю.
Теперь нас стало пятеро.
— Значит, так, — произнес Янжер. — Мы пойдем быстро и, если все будет нормально, доберемся часа за три…
— Почему так долго? — недовольно осведомился обладатель беспокойного мешка. — Здесь напрямик под руслом от силы час ходу.
— Вот и идите напрямик под руслом, — огрызнулся Янжер. — И закончите свой век в какой-нибудь кипящей яме. Или в петле подземного грызла. А то прям там для вас шоссе проложено… Чтобы безопасно пройти, придется попетлять. А еще придется идти молча и не отвлекаясь на изучение пейзажей. Доступно говорю? Тут среди вас есть маги, я чувствую, так вот вам особое распоряжение — никаких действий, никакой волшбы, ни Черной, ни Белой. Там нельзя предсказать, чем обернется любое, даже простенькое заклинание. Фон такой, что достаточно искры — и все взлетит. К тому же там стоят блокираторы магии. Подземелье строили в незапамятные времена, и уже тогда никому не хотелось, чтобы какой-нибудь колдунишка влез под город и взорвал его снизу. Сейчас система, конечно, не в лучшей форме и поэтому вместо блокировки может и убить нарушителя… Ну вы меня поняли? А теперь мне нужны ваши имена… Да не истинные, не дергайтесь. Просто мне как-то нужно будет к вам обращаться там…
Женщину звали Дина.
Ее мужа — Стаслав. Мужика с мешком — Ладвиг. Пацана — Сэм.
Подхватив свои котомки, мы гуськом спустились вслед за проводником по склону холма. Солнце к этому моменту уже поднялось над горизонтом, насытило пространство щедрым сиянием, и теперь любой желающий мог без труда различить путников на холме. Но, кажется, проводника это ничуть не беспокоило.
— А почему нельзя было идти ночью? — негромко спросила Дина. Ее спутник бессознательно горбился, словно пытаясь скрыть лицо.
— Под землей без разницы — день снаружи или ночь, — отозвался Янжер. — А ход открыть можно только на закате или с рассветом… Пересмена, так сказать… — непонятно пояснил он. — Автоматика… Ближний ход как раз с утра. Но если кто против, пусть дожидается вечера. Я сюда еще приду.
Велев остановиться, он отошел чуть в сторону и принялся колдовать. Это было до такой степени забавно, что я, позабыв разом обо всех своих неприятностях, стал глазеть, как этот фокусник наводит тень на плетень, выдавая абракадабру за заклинания, а нелепые взмахи руками — за магические пассы… Я так подозреваю, что это он не сам придумал. Уж больно сосредоточенно выглядел Янжер, изо всех сил силясь изобразить кистью загадочный знак, не вывихнув при этом пальцы. Скорее всего, кто-то заморочил бедняге голову, чтобы он считал, что именно таким образом можно разомкнуть заветный проход…
И я даже догадываюсь — кто такой шутник.
Вчера я проходил мимо этого места, но ничего не ощутил. Так что вряд ли ход на самом деле зачарован. Ну разве что защищен мелкими иллюзиями. И вероятно, открывается он не по воле колдуна-самоучки, а по желанию тех, кто сидит там, внутри.
Земля посыпалась с легким шорохом, и в склоне разверзлось жутковатого вида отверстие, формой напоминавшее полумесяц. Из щели вынырнул карлик.
Дина вскрикнула от неожиданности. Карлик ощерился на нее и зашипел, с явным удовольствием наблюдая за испугом женщины.
— Вот пакость, — констатировал Ладвиг раздраженно. — А я думал, их всех перебили…
Теперь карлик ощерился на него, демонстрируя двойной ряд острых, как иглы, зубов.
— Ты зубы-то не скаль, — сварливо скомандовал Ладвиг. — Нашел кого пугать. Нежить…
Я вообще-то тоже считал, что подземников на свете не осталось, потому что их истреблением с одинаковой охотой занимались все кому не лень. Начиная с тех, кто однажды выпустил эту заразу в свет, и их противников, и заканчивая теми, кто вообще знать ничего не знал о давних войнах, но при виде этих тварей испытывал рефлекторное желание вытравить нечисть.
Следом за подземником появилась приземистая, да к тому же сгорбленная фигура человека, рост которого тоже едва ли превышал половину стандартного среднего. Человек был чудовищно массивен, большеголов, плечист, длиннорук и коротконог, но при этом до странности пропорционален.
— Ты смотри, какой тут заповедник! — восхищенно крякнул Ладвиг. — Кто бы мог подумать! Эй! Любезный! Крысеныша не продашь? — И он ловко пнул проскользнувшего мимо карлика, который издал негодующий визг.
Приземистый человек недобро осмотрел собравшихся, щуря подслеповатые глаза, и о чем-то негромко переговорил с суетливо кивающим Янжером. Затем он вперевалку подошел к заметно напрягшейся Дине, взял ее за рукав парки и смачно плюнул на него… Дина шарахнулась, брезгливо перекосившись. Стаслав зарычал и шагнул было к обидчику, но его остановил встревоженный возглас Янжера:
— Не надо резких движений.
Стаслав зарычал и шагнул было к обидчику, но его остановил встревоженный возглас Янжера:
— Не надо резких движений. Так положено!
— Что — положено? Захаркать одежду моей жены?
— Он должен вас пометить. Иначе внизу не пройти…
— Фу! — выдохнула с омерзением Дина.
Стоявшего возле нее Сэма заметно передернуло.
