— В этой штуковине я чувствую себя как у Христа за пазухой, — признался Кеша с самодовольной улыбкой. — По?моему, пора давать команду наверх, на поверхность! Как ты считаешь?!
— Не богохульствуй! — ответил Иван.
Он ничего не считал. Он не знал, какой боезапас в этом живоходе, вылупившемся из крохотного зародыша. Сколько в нем сил?! Надолго ли его хватит?! Может, через минуту они все сварятся живьем в этом аду?! А до поверхности Гиргеи ох как далече!
Их вынесло в огромный сферический зал с серебристыми стенами. Посреди зала стоял огромный, непривычного вида гиперторроид и натужно, тяжело гудел. Ни огня, ни пальбы в зале не было. Значит, они прорвали силовой заслон? Значит, пробились? Рано еще делать выводы.
— Ваня, да это ж статор! — обомлел Кеша. — Безуха! Земля! Майями! Пляжи! Девочки! Ваня, я так давно не лежал на горячем песочке! — Кеша вел себя как курсант?первогодок, но Иван видел его ледяные серые глаза и понимал, это все слова, слова, слова — сам Кеша не верит в них, он заклинает себя и его.
— На статор не очень?то похоже, и кабины нет, — мрачно изрек Иван. — В любом случае выходить из живохода опасно, понял?!
— Наша все?все понимай! — дурашливо ответил Кеша. — Наша умная!
Иван сидел и крутил головой. Ни души. Ни человека, ни андроида, ни подвижных систем. Может, это брошенная база, может, они воюют с призраками и оставленными ими стражами?! И почему, дьявол их побери, повсюду разбросаны эти торроиды?! Ему вспомнилось Пристанище, все эти предварительные миры и сферы, все эти «тамбуры». Кто понапихал везде и повсюду статоры?! И почему они срабатывали даже по непроложенным путям?! Ивана просто обожгла эта простенькая мысль, которая почему?то не пришла к нему тогда, на планете Навей. Да, ведь он запросто переместился в подземелье к Лане, к жертве, которую готовили тамошние вурдалаки для приношения своим сатанинским божествам, к любимой, брошенной им. Почему?!
Ни один земной Д?статор не работал в подобном режиме. Значит, все врали, значит, эти кабины вовсе не предназначались для путешественников будущего, которым надоела «большая игра» и которые решили убраться восвояси или еще куда?нибудь подальше от жути безумных миров?! Кто тут замешан?! Слишком много игроков! Слишком много непонятного! Но почему он тогда не удивляется живоходу, в котором сидит?! А кто его создал, запрограммировал и свернул в биозародыш? Он всегда верил Гугу. Но Гуг сам толком не мог объяснить. Весь его треп насчет сверхсекретных лабораторий на каких?то там судах, треп о прорыве во времени и прочем, это еще не основание для того, чтобы верить на все сто! Где факты?! Где хоть что?то объективное, доказуемое… И почему живоход вдруг застыл столбом, ведь ему был дан приказ все время вперед?! Значит, здесь уже нет «переда» и «зада», значит, здесь начало, точка отсчета?
Или он просто выработался? Сломался?! Гадать некогда.
— Открыть выход! — приказал он.
Что?то хлюпнуло, чавкнуло — и образовалась маленькая дыра?клапан — только?только пролезть. Кеша сунулся было к дыре, но Иван остановил его.
— Шнур! — сказал он. — Ищи, дружок! — И выбросил наружу шнур?поисковик. Тот моментально скрылся из виду, принялся за работу.
— Вверх! — скомандовал Иван. Он не очень?то надеялся.
И потому даже немного удивился, когда живоход взмыл вверх, застыл над полом на высоте десяти метров.
Они медленно проплыли над гиперторроидом, зависли над ним. Теперь Ивану стало ясно — это неземная вещь. И потому с ней лучше не связываться. Отгадка базы проста, как просто все на белом свете — это база переброса. Она работает и на вход, и на выход. Вот только вопрос — кто оставил тут эту базу … круг замыкался, ответов на вопросы не было. В сердцевине гиперторроида проглядывалось почти непроницаемое черное пятно — это и есть «дверь». Нет, не «дверь», а целые «ворота» — огромные, широченные.
Нет, не «дверь», а целые «ворота» — огромные, широченные. Ворота из иного, наверняка чуждого мира. Голова болела от множества догадок. Но ни одна из них не поддавалась анализу и проверке. Почему он, собственно, решил, что все делалось одними руками? Ведь могло быть и так: нашли земляне, Синдикат, или Восьмое Небо, заброшенную инопланетную базу, наложили лапу, поставили свои защитные системы, закодировали? А могло быть и прямое сотрудничество, все могло быть! Не фантазировать надо, а действовать!
— Меня так и подмывает выбраться наружу, — приговаривал Кеша, — теряем золотое времечко! Провороним миг удачи, Иван. Сбежится охрана, припрыгают вертухаинам и живоход не поможет.
— Не придут и не припрыгают! — уверенно ответил Иван. Он сам не знал, почему так думает, но интуиция подсказывала — не тот случай, здесь не на силу все рассчитано, а на потаенность, никто и нигде не знает про базу, это лучше любой охраны… а «наблюдателям» все до лампочки, на то они и наблюдатели. — Никто сюда не сбежится!
Через полчаса живоход опустился на серебристый пол.
И почти сразу же в фильтровый клапан?дыру вполз шнурпоисковик. Он еле доползло Иванова запястья, вяло обвил его и замер мертвой холодной змейкой.
— Ни щелочки, ни дырочки! — доложил за него Кеша.
— Точно, — согласился с ним Иван, — даже ту, из которой мы выбрались затянуло … может, дать команду на прорыв?
— А толку? — засомневался ветеран, — для чего мы сюда прорывались, чтоб потом обратно в подземелье, не?ет, надо туда! — Он выразительно посмотрел в черноту сердцевины торроида.
— Иди! — коротко отрезал Иван. — Ежели попадешь на песочек, погрейся и за меня!
— Вдвоем надо.
— Не можем мы рисковать, Кеша, не можем, понимаешь?
Иннокентий Булыгин удивился.
— Мы с тобой, что это, только?только рисковать начали?! — вопросил он. — А дотоле в игрушки играли?
— Хорошо! Ты остаешься, а я иду!
Кеша не успел возмутиться. Иван усадил его на креслополип, вдавил в изголовье.
— В случае чего ты знаешь, как обращаться с этой штукой. И не суетись. Жди меня!
Он выскользнул в клапан?дыру. Опробовал пол под ногами, притопнул, присел зачем?то, встал, развернул плечи — и быстро пошел к гудящему гиперторроиду. Только вблизи он сумел разобрать, что сам статор ни на чем не держится, он не закреплен, он висит над серебристым полом. Это было странно — в нерабочем положении, и столько энергозатрат на одни антигравы?! А кто сказал, что он не работает, что он не включен, что он не перекачивает сейчас чего?то такого из одного места в другое, из одного созвездия в другое созвездие, из одной Вселенной … И все же в сердцевину должен быть особый проход. Иван пошел вдоль ребристого влажного, гудящего бока гиперторроида.
Он шел до черной отметины на полу — от этого пятна начинался желоб, ведущий в черноту сердцевины. Надо идти туда.
Иван обернулся и помахал Кеше рукой. Самого Кешу он не видел. А живоход выглядел со стороны малопривлекательно — серый, подрагивающий ком с одноэтажный сельский домик, даже поменьше — ни колес, ни ламп, ни рук, ни дверей, ни глаз, ни окошек, ни дырочки, ни хвостика — у создателей этой полуживой машины было странное представление о красоте и гармонии.
Пора!
Он скользнул в желоб. И понял, что не ошибся — поверхностные антигравы подхватили его, приподняли и повлекли в черноту и неизвестность. Иван знал, что в любой системе существует «сторож», который никогда не пропустит разумное, живое существо туда, где ему грозит опасность.
