— Не хочу будить… преждевременно, — пояснил я, отвечая на вопросительный взгляд одного из встречных.
— Я же говорил тебе, Микаэль, — обратился встреченный Вениэль к своему попутчику. — У этих ребят крепкая дружба, несмотря на некоторые… кгм… своеобразные шутки.
— Не разбуди! — шепотом отозвался кузнец, увлекая Вениэля за собой.
Я заботливо определился с местом. Оно должно было быть не очень глубоким. То, что тут бил ключ ледяной воды, это даже кстати! Бодрит, однако! Глубоко вздохнув, я уронил Олега в воды озера.
Е-мое! Вот это звук! Пароходы и паровозы отдыхают! Взмыли в воздух, ошалело заметались, всполошенно закричали птичьи стаи. Я заметил, как с одной из ветвей рухнул вниз эльф. И что он там, на ветке, делал? Через считанные мгновения на берегу оказался патруль из четырех лучников.
Вдоль берега, прибежав трусцой, рассыпались древо-стражи.
Вот что может наделать человек всего одним криком! Я, скромно потупившись, выслушивал хвалебный гимн в исполнении Олега, состоящий сплошь из идиоматических оборотов. Он похвально быстро сообразил, кого надо воспевать за столь оригинальное пробуждение.
— А что ты еще хотел за сон на посту? — невозмутимо пожал я плечами, когда поток красочных эпитетов угас. — Ну, если ты уже проснулся… Ты ведь проснулся? Тогда пошли! Есть дело. Тебя Ракс наделил свойством определять истинных людей? Сейчас проверим…
— Что? — снова завелся Олег. — Я мокрый, если ты этого не заметил. Что ты себе позволяешь?! Да я тебя…
— Пошли-пошли! По дороге обсохнешь, — безжалостно распорядился я. — Ну, и я немного помогу этому процессу. Зато в следующий раз спать в библиотеке не будешь. Не для того она предназначена, чтобы там летописцы спали.
Глава 21
Я бездумно лежал на спине, наслаждаясь пригревающим солнцем, впитывая в себя пение птиц, шелест листвы, журчание воды в реке.
Да, я сбежал. Самым тривиальным образом сбежал. Ну, очень уж мне надоели эти пустопорожние разговоры о том, что могут эльфы себе позволить, а чего не могут. Глубокомысленные рассуждения о долге перед вселенной… Какие могут быть долги? Откуда им взяться? Не успели появиться, а уже рассуждают. Вот примерно в таком духе я и высказался. И что? Был обвинен в преступном легкомыслии и удостоился осуждающих взглядов.
Придется потом поговорить с каждым в отдельности. Я им мозги прочищу!
— Ну, что? Может быть, здесь остановимся?
Я быстро перевернулся на живот и осторожно приподнял голову. Надо же, как расслабился! Прозевал появление посторонних. Это не наш лес, где есть стражи.
Невдалеке стояла группа молодых людей. Два парня и девушка. Один из них держал в руках развернутую карту и внимательно ее рассматривал. Высокий, ощутимо сильный. Русая челка спадала на глаза. За плечами станковый рюкзак, на котором сверху прикреплен чехол со сложенной палаткой. Сразу скажу: палатка — одно название. У меня такая же была.
Рядом стоял невысокий паренек, нетерпеливо поглядывающий по сторонам. На голове смешная детская панамка. Из-под соломенного цвета бровей — быстрые взгляды удивительно голубых глаз.
— Мальчики! Решайте уже скорее! — Девушка капризно надула губки. — Я устала тут с вами бродить. Уже время перекусить, а вы все никак определиться не можете.
— Подожди, Маша! Не сбивай! Мы и так запутались, — поморщился высокий парень. — Эдик говорил, что именно в пяти километрах на северо-запад от села видели тех странных людей.
— Но до леса еще пара километров, — рассудительно заговорил невысокий. — Вон, видишь, сколько еще идти?
— Ну, там вряд ли кого можно было увидеть, — хмыкнула Маша. — Там деревьев слишком много. Ты уверен, Гриша, что именно в лесу их видели?
— Эдик говорил, что они скрылись в лесу, — внушительно пояснил Григорий, складывая карту. — Ладно! Пока остановимся на обед. Перекусим, искупаемся, и тогда уже определимся окончательно. Павел, доставай скатерть-самобранку!
— Губу раскатал! — пробурчал Павел. — Скатерть-то я достану, а вот самобранкой моя «мамхен» подрабатывает. Вот ты лопаешь больше всех, а, между прочим, продукты мои и Машкины.
— Мозг должен быть хорошо накормлен! — поучительным тоном заявил Гриша, скидывая с плеч рюкзак. — А я — мозг! Кто бы вас еще сюда привел?
— Сюда — это куда? — сварливо поинтересовался Паша. — Пока ничего чрезвычайно интересного тут не вижу…
Я преобразовался в человеческий вид и решил проявить свое присутствие.
..
Я преобразовался в человеческий вид и решил проявить свое присутствие. Паша, как таковой, меня не очень-то заинтересовал. Судя по некоторым чертам, или гном, или гоблин. Хотя гоблин — вряд ли. А вот Григорий и Мария — это другое дело. Эльфы. Правда, он — Снежный. А вот Маша — эльфа Крови.
— Сколько сюда из Москвы добираться? — возмущенно спрашивал тем временем Павел. — Да кого ты соберешь в такую дальнюю дорогу? Тебе что, под Москвой мало мест?
— Под Москвой эльфов не видели! — сердито отозвался Гриша. — А тут Эдик своими собственными глазами наблюдал. Я Эдику верю!
Интересно, что за Эдик такой глазастый попался? Надо будет выяснить и этот вопрос. Я громко кашлянул.
— Ой! Кто тут? — вскинулась Маша.
— Мы тут, — пояснил я, садясь в траве. — Шумят тут всякие, отдыхать мешают.
— Мы — это кто? — подозрительно спросил Паша. — Пока я вижу только одного человека — тебя. Где остальные?
— Мы — это я и мой усталый организм, — иронично хмыкнул я. — Чего вы тут потеряли?
— Не твое дело! — воинственно выставил подбородок Павел.
— Мальчики! Не хватало, чтобы вы еще подрались! — сердито заговорила Маша. — А вы из села будете?
— Ну, не то, чтобы совсем из него… — вежливо наклонил к девушке голову я. — Но рядом.
— Рядом только свиноферма, — прищурился Григорий. — Уж не оттуда ли пожаловали?
— Слушай, дружище! — насупился я. Девушка очень правильно попросила не обострять. А за такое можно огрести по полной программе.
— И какова программа? — набычился Павел. — Огласите списочек!
— Список короткий, — провозгласил я, перемещаясь между ребятами. — Раз, два — и в воде!.. Остыньте, ребята! Уж больно вы воинственны сегодня.
— Ловко! — восхитилась Мария. — И поделом им! Я их сегодня не узнаю. С самого утра ругаются и спорят.
Я с интересом наблюдал за ребятами. Они, пылая праведным гневом, пытались выбраться на берег. В реку я их кувыркнул безболезненно, но обидно.
— Я тебя сейчас… — пропыхтел Павел, хватаясь за траву, но соскальзывая. — Размажу!
— Ты, я вижу, еще не остыл, — рассудительно заметил я, присаживаясь на траву. — Посиди еще немного в воде. Она сегодня дивно как хороша!
— Гриша! — предупредительно воскликнула Мария, обращаясь к таки выбравшемуся на берег высокому парню.
— Да ладно! — откликнулся тот, наклоняясь к пыхтящему Павлу и протягивая ему руку помощи. — Судя по всему, ты занимаешься какими-то единоборствами. Правда, школа твоя мне не знакома. Скорее, это айкидо, нет?
— Что-то вроде того, — кивнул я.
— Успокойся! — обернулся к грозно пыхтящему другу Гриша. — Действительно, что-то мы с утра сегодня не в себе.
— Григорий! — блеснул улыбкой парень, протягивая руку.
— Максим! — Я протянул свою…
