— Налево, — подсказал лейтенант. — Там пассажирский отсек.
Он достал-радиостанцию и скомандовал:
— Можем стартовать.
… Пассажирский отсек — небольшое помещение, десять — двенадцать квадратных метров. Два ряда кресел, три столика, на стене экран. Узкий проход. Кресла, оказывается, можно снимать. Именно это парни и сделали. Убрали четыре кресла, а на их место поставили носилки. Антон и Марк сидели рядом. Лейтенант сразу подсел к коронеру, потом попросил меня вытащить из встроенного в стену шкафчика ящик с лекарствами и медицинскими инструментами.
— Взлет через минуту, — объявил по громкой связи командир корабля. — Займите места, закрепите груз. Носилки зафиксируйте. Включаю обратный отсчет.
Космодром продолжали обстреливать. Не так рьяно и мощно, видимо, ответный огонь не был бесполезен и что-то у датлайцев подбил. Транспорт уже начал взлет, тяжело отрываясь от полосы. Когда он набрал высоту в пару километров, настала наша очередь.
Мы сидели в креслах, пристегнутые страховочной системой, смотрели на экраны обзорных систем и друг на друга, еще не веря своему везению. Ушли в последний миг. Когда уже потеряли надежду и готовы были пойти на крайние меры. Редкая удача! Хотя…
Если вспомнить, сколько раз нам везло прежде, то можно сказать — в очередной раз госпожа Фортуна мило улыбнулась нам. Не лишила бы она нас своей благосклонности в будущем. Как ни крути, основная задача пока не выполнена. Мы все еще среди врагов…
«Балетта» вышла на орбиту планеты и, набирая скорость, полетела к установке пространственного «коридора».
— Добро на переход получено, — сообщил командир корабля. — Мы идем следом за транспортом. «Коридор» будет активирован через два часа тридцать шесть минут.
Я закрыл глаза. Вряд ли кто-либо или что-либо способны остановить корабль. Даже если на космодроме и обнаружили наше отсутствие, то уж точно не подумали, что мы улетели. Скорее там решат, что мы погибли под артобстрелом. И вообще кому придет в голову искать трех наемников, когда бой еще не окончен и, возможно, датлайцы начали атаку на космодром? Так что можно пока отдохнуть.
… Через два с половиной часа, когда мы подошли почти вплотную к здешней луне, динамики озвучили новое сообщение:
— «Коридор» открыт. Путь свободен. Транспорт уже прошел. Мы — через минуту. Всем быть на месте. Хождение прекратить. Внимание. Готовность всех систем! Начинаем переход.
Корабль немного снизил скорость, скорректировал курс и нырнул в черную дыру «коридора»…
6
Все рабочие совещания последнее время проходили в одном из технических помещений станции ПСД. Чтобы не терять время на переезды и полеты. Впрочем, короткие, буквально на ходу разговоры совещанием можно назвать с большой натяжкой. Так, десять — двенадцать минут, пока техники готовят аппаратуру.
И сейчас все собрались в одной комнате. Битрая, Эгенворт, Новистра, Оскольт, Харким, парни… Другие члены совета кантона обычно здесь не бывали. На них и так лежали все дела поселения. Которых заметно прибавилось в связи с последними событиями.
У всех усталый вид. Глаза покрасневшие, лица серые. Битрая не вылезает из лаборатории. Эгенворт и Оскольт контролируют процесс создания новых типов вооружения. Готовят новобранцев для ударных групп прикрытия. Проверяют запасы оружия. Словом, тоже на ногах круглые сутки. Новистра едва успевает всех отлавливать и буквально силком заставляет принимать тонизирующие и успокаивающие препараты. А сам мало чем от них отличается.
— … Что с «коридором»? — спросил Сергей. — Разобрались?
— Частично, — коротко ответил Битрая.
— И когда сможете создать рабочий образец?
— В лучшем случае через две недели. А то и через три.
— Как через три?! — ахнул Толик.
— Так. — Профессор сердито хмыкнул. — Мы в этом направлении никогда не работали. Базы нет, теория толком не отработана. Ваши пленные ничего конкретного не сказали об их аппаратуре. Вот и начали с нуля. С написания формул!
— А открыть «контур» на этой Миренаде вы сможете? У нас ведь есть точные координаты.
— Нет. Слишком велико расстояние. Погрешность будет в миллионы километров. Вы выскочите в открытый космос.
Сергей скрипнул зубами. Тупик. Все их старания, вся работа не стоят и выеденного яйца! Что толку в блокировке Логошета, если парни до сих пор черт знает где?! Облегчили им положение (если вообще это как-то сказалось), а дальше пшик! И сделать ничего нельзя. А ждать три недели…
— Тогда нам остается только одно, — мрачно проговорил он.
— А именно?
— А именно — выходить на прямой контакт с равитанцами. И ставить им условие — либо они возвращают парней целыми и невредимыми, либо мы взрываем в центре колонии ядерную бомбу.
— Что? — едва не поперхнулся Новистра. — Вы это серьезно?
— Вполне, — сухо ответил Сергей.
— У нас нет ядерных бомб, — бесстрастно сказал Битрая.
— Но сделать-то ее можете? — чуточку раздраженно спросил Толик. — Физики-то у вас есть?
— Есть. Сделать можем. Ядерную — не обязательно. Хватит и обычных, повышенной мощности.
В отличие от врача профессор не особо и удивился заявлению Сергея. Он успел достаточно изучить землян и понимал — они пойдут до конца.
— А если колония ответит отказом? — задал вопрос Эгенворт.
— Тогда мы будем взрывать бомбы по всей планете до тех пор, пока они не вернут парней. Или пока мы не перебьем всех. К тому моменту, думаю, вы, профессор, создадите «коридор» и мы вытащим парней сами.
Новистра и Эгенворт переглянулись. Суровые слова. Нет сомнения — Сергей сделает то, что сказал.
— И как вы себе это представляете? — впервые подал голос Оскольт.
— Просто. Выходим на Преве либо Гемвиле. Ловим их частоты и передаем ультиматум. А чтобы не думали, будто мы шутим, — рванем на каком-либо безлюдном острове хороший заряд. Что у вас есть?
— Толимпен-7, — ответил Эгенворт. — Превосходит обычные взрывчатые вещества раз в пять. Заряда весом в десять килограммов хватит, чтобы разнести… ну, например, полгорода.
— Смотря каких размеров город, — хмыкнул Толик. — Но перспектива впечатляет.
— Когда планируете приступить? — осведомился Битрая.
— Сейчас же.
— Дюк, — обратился к Эгенворту профессор. — Сколько тебе надо времени, чтобы подготовить заряд?
— Полчаса. Взрывчатка на складе. Сделаем заряд… и все.
— Ясно. А вам, Сергей, сколько нужно, чтобы спланировать операцию и рассчитать силы?
— Столько же. Плюс еще полчаса на увязку и сборы. Итого за час, ну час двадцать мы проведем подготовку.
— Сколько вы им дадите времени на раздумье и возвращение ребят?
— Сутки. После чего начинаем. Надеюсь, взрывчатки у вас хватит?
— Хватит.
— Тогда приступим…
Как оказалось, Харким во время переходов на Логошет успел, помимо прочего, сделать массу дел. Он засек и отметил на карте крупные источники радиоизлучения на всех материках. По результатам сканирования определил места наибольшего скопления равитанцев в колонии. По характерным особенностям переговоров в эфире и графику работы сумел вычислить расположение военных объектов. А потом обнаружил и вскрыл зашифрованный канал связи наземных станций с орбитальной и спутниками, после чего расшифровал коды доступа. И скачал информацию не только по планете (карты, география, население и т.
И скачал информацию не только по планете (карты, география, население и т. п.), но и массу сведений о самой колонии.
Эту работу оценили все. Битрая, глядя на молодого инженера, подумывал дать тому самостоятельное дело. Судя по всему, он должен справиться — видна работа мысли у человека. Эгенворт, отметив, что все свои изыскания Харким сделал во время экспедиций, то есть в достаточно сложных условиях, хотел заполучить его к себе. Ведь инженер — единственный из кантона, кто участвовал почти во всех операциях по блокировке миров. Это большой опыт…
