Десятник засмеялся — словно загрохотало что?то в огромной бочке.
— Допился ты, скоро пиво с водой путать будешь! Точно, девка, хоть и в мужской одежде! У меня глаз наметанный!
На красной жабьей морде появилось гордое выражение, а грудь десятник выпятил так, что того гляди лопнет.
— А что он такого сделал? — спросил тощий. — Ну тот, о котором велено сообщать…
— Вроде как храм какой осквернил, — пожал могучими плечами десятник, — в самом Бабиле. Попортил всех жриц и упер деньги из казны!
— Живут же люди! — с завистью протянул тощий и печально вздохнул.
На городских улочках было пустынно. Дождевые капли стучали по крышам, вода клокотала в сточных канавах, булькала в лужах под конскими копытами, пропитывала даже самый воздух.
Редко?редко из влажного марева появлялась фигура прохожего, закутанного в плащ и спешащего поскорее добраться туда, где сухо и тепло. Дорогу к ближайшему постоялому двору тем не менее узнать удалось, и оказался он той самой «Осой».
Был он в два этажа, над дверью болталась вывеска, изображающая некое насекомое, снабженное устрашающего вида зазубренным жалом с одной стороны и черно?желтым полосатым брюшком — с другой.
«Таким страшилищем только постояльцев отпугивать», — подумал Харальд, слезая с коня. Сломанная полтора месяца назад нога болела от сырости, и он невольно сморщился, ступив на нее всем весом.
— Что?то не так, господин? — испуганно спросил слуга, принимавший лошадей.
— Все так, — ответил Харальд, справившись с болью. — Веди их поскорее под крышу…
Поднялись по скрипящим ступеням. Дверь распахнулась бесшумно, и из?за нее пахнуло теплом, сухостью, ароматами горячей пищи. Харальд невольно сглотнул, Йофрид чихнула.
— Не стойте на пороге! — донесся из глубины помещения раздраженный крик. — Сквозняк!
Свободных комнат оказалось предостаточно, и Харальд поспешно заплатил за одну, велев принести туда ужин. Йофрид все время, пока он разговаривал с хозяином, не скидывала с головы капюшон, что вызвало недоуменные взгляды и перешептывание. Но девушке было все равно.
Когда поднимались по лестнице, скрипучей и пропахшей кошками, Харальду приходилось ее поддерживать. Едва зашли в комнату, маленькую, но действительно очень чистую, девушка с трудом нашла силы на то, чтобы раздеться и залезть под одеяло. Ее колотил озноб, все тело невыносимо ломило, болел затылок…
Пришла в себя она только через три дня. Во всем теле ощущалась слабость, словно мускулы вынули и заменили сеном, а живот от голода сводило судорогой. Но головная боль пропала, голова была ясной, а чих и кашель сгинули.
Не успела она оглядеться, как открылась дверь и вошел Харальд. Вид у него был мрачный, глаза смотрели сурово.
— Ага, очнулась, — сказал он без всякого выражения. — Как раз вовремя. Сейчас завтрак принесут.
— Как раз вовремя. Сейчас завтрак принесут.
В желудке Йофрид выразительно квакнуло. А когда вошедший слуга поставил на стол поднос, с которого потек аромат тушеных овощей с мясом, то там началась настоящая буря.
— Не думал, что ты столько ешь, — сказал Харальд, когда с едой было покончено. — Вроде тощая, словно ворона, а влезает в тебя как в хорошую свинью!
— Еще бы сказал — корову! — фыркнула девушка обиженно, отворачиваясь, чтобы не видеть лица наставника.
— Ладно, не обижайся, — проговорил он примирительно. — Шучу, чтобы скрыть раздражение. Плохи наши дела. Пришлось платить лекарю, да и задержались мы тут дольше, чем я рассчитывал… Короче говоря, деньги на исходе! Завтра придется съезжать, а на что поедем дальше — ума не приложу! Разве что в разбойники податься?
Очередная шутка получилась невеселой. Харальд сам это понял и смущенно замолчал.
— Может, продать чего? — подала голос Йофрид.
— Все, что могли, продали, — уныло отозвался Харальд. — Хотя… погоди, есть у меня кое?что, о чем я совершенно забыл!
Девушка повернулась и с любопытством смотрела, как из дорожного мешка спутника появляется на свет большая шкатулка из серого дерева. Удивительно, что Йофрид ее раньше не видела.
Харальд повертел шкатулку в руках, раздался щелчок, и появившаяся в сером дереве щель обозначила крышку. Под ней оказался набор разнообразных предметов — огромный ключ, миниатюрный ножичек, черная, словно смоленая, дощечка, ожерелье из клыков неведомого зверя, какая?то металлическая фигурка на цепочке…
— Что это? — спросила она.
— Наследство, — ответил Харальд мрачно, — от погибшего друга. Он тоже был магом.
— Это волшебные вещи, и ты хочешь их продать?
— А что еще с ними делать? — он резко встал. — Если даже удастся понять их предназначение, вряд ли их использование нам поможет. Одной магией сыт не будешь! Пойду узнаю у хозяина, кто в городе приторговывает всяким барахлом…
Хлопнула дверь. Йофрид осталась наедине с магическими предметами, ворохом рассыпанными по столу. Они манили, притягивали, словно звали к себе, и девушка не смогла устоять.
«Он не будет ругаться!» — убеждала она себя, протягивая руки к столу.
Первым в ладонь ей ткнулся маленький ножик. Когда она рассмотрела его получше, то выяснилось, что это самый настоящий меч, выполненный с соблюдением всех пропорций. На клинке очень искусно были выгравированы знаки Истинного Алфавита. Девушка попыталась разобраться в них, но холодный блеск миниатюрного оружия резал глаза, и она поспешно отложила его в сторону.
В черной дощечке чувствовалось тепло, словно в нее спрятали кусочек огня. Но надпись, покрывающая смоляную поверхность с двух сторон, была столь сложна, что на ее расшифровку понадобилось бы несколько дней.
С ключом Йофрид разобралась на удивление быстро. Он предназначался для отпирания любых замков и, несмотря на размеры, подошел бы даже для самых маленьких.
Толку от подобного предмета было мало, и Йофрид ощутила разочарование. Собралась было закончить, но когда возвращала ключ на место, что?то царапнуло ей ладонь.
Невольно схватила этот предмет и поднесла к лицу.
Длинная цепочка из светлого металла. На конце ее статуэтка странного существа. Звериная, скорее всего — собачья, голова сидела на человеческом торсе, а перепончатые ноги выглядели под стать лягушке. Пасть страшилища была свирепо оскалена, а в красных камушках, вставленных на место глаз, горели недобрые огоньки.
Тварь выглядела до ужаса живой, и Йофрид едва не выронила статуэтку, когда ей показалось, что одна из лап шевельнулась.
Преодолев испуг, она принялась разбирать символы, нанесенные на бок и на спину страшилища.
Преодолев испуг, она принялась разбирать символы, нанесенные на бок и на спину страшилища. Настолько увлеклась, что не заметила, как в комнате появился Харальд. Невольно вздрогнула, услышав его голос.
— Наигралась? — спросил он. — Тогда давай сюда. Отнесу все, авось что?нибудь и возьмут…
— Погоди?погоди, — торопливо сказала Йофрид. — Похоже, я нашла деньги!
— Каким это образом? — Харальд смотрел на нее с недоумением, на его лице читалось подозрение, что ученица после длительной болезни еще не вполне ясно соображает.
— Знаешь, для чего это? — Йофрид с победоносным видом воздела руку. Чудище на цепочке закачалось, гоняя на боках маслянистые блики.
— Нет, — буркнул Харальд. — Разве что для того, чтобы людей пугать! Вон какая харя!
