— Я?! — обалдел Бельвиор. — Да я пальцем ее не трогал!
— Конечно, — согласилась я. — Просто выбросил в окно.
— Да я сам в окно выпал! — возмутился Бельвиор, демонстрируя собравшимся рваную рубашку.
Мелена живо заинтересовалась освидетельствованием пострадавших частей тела демона, особенному досмотру подверглись мускулистая грудь и зад, на котором штаны, к величайшей досаде разохотившейся ведьмы, оказались совершенно целы.
— Он хотел упасть сверху! — Фраза у меня получилась двусмысленная, что и говорить.
— Какой негодяй, — мечтательно прошептала Мелена.
— Насколько сильно ты пострадала? — вкрадчиво поинтересовался Велиор.
— Ты серьезно веришь в этот бред? — дернула его за рукав Минерва, стараясь заглянуть в глаза.
Я обиделась. Меня нагло вышвырнули в окно, я приземлилась в колючий кустарник, и никто не хочет жалеть пострадавшую ведьму. Могли бы угостить завтраком. Меня никто не любит! Все. Пойду выпью яду.
— На ней нет ни царапины, а наш сын пострадал.
— Неправда. — Я ткнула ей в нос локтем, на котором красовалась ссадина.
Демоница взвыла от боли и шарахнулась в сторону. Что ж, меткости мне не занимать.
— Что?! — возмущенно закричал Бельвиор. — Это я весь в колючках!
— Где именно? — оживилась Мелена.
Нимфоманка. Я в сердцах сплюнула.
— А завтракать будем? — невпопад спросила я.
— Тебе же твой слуга отнес целый поднос! — Удивление в глазах Велиора смешалось с веселыми искорками смеха. Ситуация демона явно забавляла.
— Он же все сам и слопал, — пожаловалась я, — зажранец.
— Это правда?
Эльф кивнул, смущенно потупившись, причем выглядело это так, словно я — тайная обжора, а он по врожденному душевному благородству берет вину на себя, дабы не выдать свою госпожу. Дико захотелось придушить мерзавца, аж руки зачесались. Но я мужественно сдержала порыв и «случайно» наступила ему на ногу. Мелочь, а приятно.
45
Завтракали обильно и вкусно. Я даже не дала себе труда переодеться. А вдруг, пока привожу себя в порядок, все вкусное съедят? Мое счастливое чавканье не могли прервать ни едва сдерживаемое негодование Минервы, ни нарочито жалостливые вздохи Бельвиора, ни тихие томные вздохи Мелены, ни ехидные усмешки Велиора.
— Д-а-а. Пожрать ты горазда, — подколол Ахурамариэль.
Я благополучно пропустила шпильку несносного меча мимо ушей. Тоже мне, эксперт выискался. Ахурамариэль снова попытался втянуть меня в препирательства, но, наткнувшись на стену молчания, благополучно заткнулся. В общем, идиллия полнейшая.
После завтрака, когда я, довольная и сытая, удовлетворенно отвалилась от стола, чувствуя себя обожравшейся коровой, Велиор неожиданно предложил совершить верховую прогулку.
Мелена радостно запрыгала, как ребенок, обнаруживший под елкой вместе с многочисленными подарками еще и задремавшего там Деда Мороза. Бельвиор помрачнел еще больше, хотя, казалось, больше некуда. Минерва сказала, что мы — сборище маньяков и извращенцев с здоровенным шилом в заду, смачно сплюнула, метко угодив прямо в глаз уже не такой радостной Мелене, и гордо удалилась из зала.
Я мягко ответила хозяину, что верховые прогулки на полный желудок — не самая хорошая идея. Думая, однако, о том, как бы не опозориться верхом на лошади.
— Больше, чем уже успела? Это просто невозможно.
Ехидный гад! Я верхом ездить не умею! — внутренне взвыла я. Вот разобьюсь насмерть, что будешь делать?
— Велиору служить пойду. А что? Он мужик видный…
От возмущения я потеряла дар речи. Надо же, пригрела змею на своей груди. Перебежчик паршивый. Ну погоди! Доберусь я до тебя. От возмущения я потеряла дар речи.
— Кстати, молчание — чудесное женское качество. Жаль, редкое.
Ну и кто он после этого?
Мне предъявили верховое животное, на котором предстояло бороздить пески пустыни. Честно говоря, я была неготова к такому зрелищу. Я могла представить себя гарцующей на лошади (желательно смирной и тихоходной как улитка), рассекающей на верблюде, уютно устроившись между двух горбов, но к этому я не была готова.
Это была ящерица . Гигантских размеров, напоминающая тираннозавра, глаза с вертикальными зрачками, болотно-зеленая чешуя, пасть, полная острых как бритва зубов. Элегантное седло с высокой лукой довершало картину. И она была не одна. Во дворе стояло пять таких чудовищ.
— Если вы всерьез думаете, что я полезу на эту страсть, то вы еще более сумасшедший, чем Минерва, — заявила я хозяину.
— Дорогая, поверьте, это совершенно безопасно, — заверил Велиор.
Именно этот момент тварь выбрала, чтобы душераздирающе зевнуть, явив нашему ошеломленному взору розовую пасть с полным набором острых зубов. Челюсти звонко клацнули. Мы с Меленой слаженно плюхнулись на пятую точку, хлопая глазами как куклы.
— Ага, — потрясенно закивала я на манер китайского болванчика. — И питается оно исключительно травой и корнеплодами.
— Как это благородно, — умилился Велиор. — Не стоит волноваться, ящеры выносливые животные, они могут обходиться без воды и еды несколько дней. Впрочем, мы вернемся раньше, чем они успеют проголодаться.
— Рада за них, — с чувством кивнула Мелена, озвучивая мои опасения. — Значит, нас они схарчить не успеют.
— Девушки, вы заблуждаетесь, пустынные ящеры очень ласковые и нежные звери, — терпеливо пояснил Велиор.
— Да? Что-то по ним не заметно, — ехидно фыркнула я. — А пешком никак нельзя? А еще лучше, давайте никуда не поедем и останемся дома, — чайку попьем, телевизор посмотрим.
— А что такое телевизор? — живо заинтересовался демон.
— Это ящик такой, — пояснила Мелена, по широкой дуге огибая переминающихся с ноги на ногу рептилий.
Похоже, перспектива сидеть и непонятно зачем таращиться в ящик Велиора не соблазнила. Жаль. Тащиться неизвестно куда, неизвестно зачем, по тридцатиградусной жаре, верхом на сомнительного вида скакунах вдохновляла меня не больше. Ситуация патовая.
Велиор легко взлетел в седло.
Ситуация патовая.
Велиор легко взлетел в седло.
— Ну? — вопросил демон с высоты не менее двух метров. — Вы будете так стоять или все же решитесь сесть в седло?
Я снова посмотрела на животных и окончательно утвердилась в мысли, что падать с такой высоты чистой воды самоубийство.
— Не полезу я на эту страсть, — упрямо повторила я. — Да что я, одичала, что ли?
— Загнибеда, не страмись, не страмись перед державами! Лезь в седло! — Мелена ощутимо ткнула меня в бок.
Я в ответ пнула ее в колено. Мелена охнула, я удовлетворенно кивнула:
— Почему бы тебе самой не последовать собственному совету? Тварюшка просто спит и видит, как ты взлетаешь в седло.
И ласточкой вылетаешь из него… Воображение услужливо нарисовало торчащие из песка ведьмины ноги, и настроение малость улучшилось.
— Нет уж, лезь первой, — отмахнулась Мелена, потирая ушибленное колено. — Если что, я за тебя отомщу.
Перспектива не внушала особого энтузиазма. А не все ли равно мертвому организму, отомстят ли за него сотоварищи или нет?
— Давайте полезайте вместе, — на свою беду, подал голос вор.
— Давай это сделаешь ты, — мрачно предложила я.
— Нет. Мой долг как слуги — подсадить госпожу в седло.
С этими словами он сгреб меня в охапку и забросил на спину удивленно наблюдающего за беспределом ящера. Мне ничего не оставалось как только держаться. Ящерица сочла своим долгом подтолкнуть нерешительную наездницу. Получив весомый тычок под мягкое место, я с тонким визгом скатилась по противоположному боку вниз. Народ ржал как табун жеребцов. Я мрачно потирала ушибленные при падении части тела. Они решили меня убить. Иначе чем объясняется сложная система изощренных пыток? Или я похожа на олимпийскую чемпионку по конному спорту?
