Змей в шоке брякнулся на хвост, захлопал глазами и заголосил:
— Ой и на кого ты нас покинула? Кто теперь меня из пещеры выгонять будет? Кто меня от страшной зверюги избавит?!
— Он, — прервала я завывания прослезившейся рептилии и ткнула пальцем в Лешу.
— Все равно он на твою лошадь здоровенный зуб имеет.
Ужинали плотно. Пили чай с вареньем и кулинарными шедеврами Василия. Горыныч умилялся, глядя на сдобное изобилие, созданное умелыми лапками, и сманивал кота обещаниями лучшей доли. Польщенный неожиданной щедростью посулов, котик счастливо жмурился, мурчал, но не сдавал позиций. К досаде Горыныча. Спать легли вповалку на полу.
Ночью я проснулась, поддавшись отчаянному зову природы. Тихо (как мне показалось) прошмыгнула к выходу.
— Ты куда?
Раздавшийся в кромешной темноте голос заставил меня высоко подпрыгнуть, а Мелену взвыть (приземлилась я точнехонько ей на руку). От этого чуть не случилось непоправимое. Диким усилием воли я сдержалась и не наделала в штаны в буквальном смысле этого слова.
— В туалет, — огрызнулась я.
— Я с тобой, — заявил Липай.
— Совсем сбрендил? — опешила я, покрутила пальцем у виска и только потом сообразила, что в темноте моего жеста не видно.
— Ничего. Я покараулю.
— Обалдеть. Я же не на войну собралась!
— В прошлый раз тоже войной не пахло, а как обернулось? — подал голос Леша.
— Успокойтесь. В прошлый раз один извращенец решил глупо пошутить.
— Я не извращенец, — возмутился эльф.
— Да? А кто подкрался ко мне, когда я спокойно справляла нужду? Нормальные люди не подглядывают за девушками в туалете. В любом случае мне ничего не грозит. Единственный придурок, покушавшийся на мою жизнь, останется с вами.
С этими словами я гордо прошествовала из пещеры. Торжественный выход испортил треклятый порожек, о который я споткнулась в темноте и кубарем скатилась с холма, матерясь и вспоминая родственников Горыныча недобрым словом.
Знала бы я, чем это обернется, — потерпела бы до утра. Дара ясновидения у меня не было. Впрочем, я никогда не огорчалась по этому поводу, тем более что истинных ясновидцев рождается примерно один на десять миллионов и обладатели столь редкого таланта всегда были несчастными людьми. Во-первых, они редко контролировали свой дар, он проявлялся в любое время и смахивал на эпилептический припадок, родственники несчастного бродили тенью за ясновидцем с подушкой наготове. Во-вторых, таких людей боялись, уважали и… частенько били за несчастливые пророчества. В-третьих, частые видения и голоса рано или поздно сводили обладателя дара с ума. Словом, хорошего мало.
Я выбрала кустики пораскидистей. На всякий случай подальше от тех, где меня в прошлый раз заколдовал чокнутый эльф. Пусть он остался в пещере, но береженого Бог бережет. Кстати, надо этому жмоту, пожалевшему для несчастной ведьмы меча, тоже какой-нибудь сюрпризец преподнести. Чтобы жизнь медом не казалась. Я присела и принялась обдумывать перспективы выращивания тигриных хвостов на эльфах. Или, может быть, лучше ослиные уши? Воображение услужливо рисовало картинки одна другой прикольней. Рыжий эльф, согнувшийся в три погибели под неимоверной тяжестью огромного носа, пытается на ощупь определить величину собственных ушей и в растерянности помахивает коровьим хвостом.
— Гррр!..
Я удивленно посмотрела на кусты. Из-за ветвей, шурша листвой, вылез еж и тоже уставился на меня.
— Это ты сказал? — ошарашенно поинтересовалась я, проигнорировав тот факт, что животные в принципе не разговаривают.
Васька не в счет. Он исключение.
— Гррр!
И это явно был не еж.
Он исключение.
— Гррр!
И это явно был не еж. А кто? Страх холодной струей скользнул по внутренностям, сковывая сердце и мышцы ледяным оцепенением. Я обозвала себя дурой, нервно застегивая штаны и пытаясь продеть непослушную пуговицу в петлю. И чего я паникую? Наверняка это ребята решили меня попугать. Ну я им задам!
Деревья раздвинулись, и из-за них ко мне вышли зомби.
— Обалдеть! — испуганно пискнула я, видевшая покойников только на картинках в учебниках.
Лежащего в гробу эльфа можно не считать. Он не вонял пролежавшим с неделю на солнцепеке мясом, и плоть не свисала с костей клочьями, словно извращенный плод фантазии жуткого модельера из рода Франкенштейнов.
Я попятилась. Зомби поспешно зашкандыбали в мою сторону, жадно протягивая полуистлевшие руки. Я испуганно попятилась, стараясь выдать почти паническое бегство за стратегическое отступление. Выходило плохо, очень мешали кусты. И тут… я наступила на ежа. Еж пискнул, я взвыла.
— Ты чего орешь? — запоздало поинтересовался знакомый голос.
Ничего себе вопросик. Меня тут решила схарчить группа неупокоенных зомби, а он дрых себе где-то и в ус не дул.
— А ты сам посмотри! — огрызнулась я.
— Ну ты прямо как маленькая! Мертвецов испугалась. Их всего десять.
— Ага, — кивнула я. — А я одна.
— Во-первых, ты не одна, ты со мной. Во-вторых, ну что бы ты без меня делала?..
27
Визг. Истошный и высокий визг прорезал ночную тьму. Я удивленно моргнула. Что-то липкое и противное тягуче стекало по лицу. В нос ударил невыносимый запах гниющей плоти. Стоп. А где же зомби? Ошеломленно огляделась по сторонам и, к собственному удивлению, обнаружила истошно вопящую на одной ноте Мелену. Мертвецов нигде не наблюдалось. Что ж, чисто по-человечески я их понимаю. Не каждому дано выдержать звуковую атаку хорошо тренированной ведьмы и остаться на ногах. Я сделала шаг в сторону ведьмы, она почему-то испуганно попятилась, а я обнаружила в своей руке знакомый эльфийский клинок. Пока я с неподдельным изумлением наблюдала за тем, как что-то густое и темное медленно стекает с блестящего лезвия на землю, к нам подоспели остальные члены команды.
— Что случилось? — требовательно спросил Липай, и в его руке вспыхнул шар боевого заклинания.
— Ничего, — пролепетала я.
Мелена, не прерывая воя, замотала головой, не в силах выдавить ничего членораздельного.
И как с такими слабыми нервами зачисляют в действующую группу истребителей? Уму непостижимо.
— Ничего себе! — тихо присвистнул Лисицын. — Кто это их так?
Леша выпустил ярко светящийся шарик-светлячок и… сразу метнулся к кустам. Оттуда донеслись звуки, заставляющие вспомнить утро после бурной пьянки.
Я обвела окрестности удивленным взглядом и обнаружила знакомых зомби. Вернее, то, что от них осталось. Останки больше смахивали на фарш для котлет, хотя некоторые составляющие еще шевелились. Чья-то рука, осторожно перебирая чудом уцелевшими пальцами, тихо пыталась незаметно скрыться. Застигнутая светом светлячка, рука совершила рывок и скрылась в ночном сумраке леса.
— Мама дорогая! — потрясенно молвила я, испытывая непреодолимое желание присоединиться к Леше. — Это кто же их так?
— Мы, — самодовольно заявил голос.
— Ты же не думаешь, что смогла провернуть такое в одиночку?
А почему я этого процесса не помню?
— Ну-у-у, — протянул голос. — Как бы тебе это объяснить попроще…
Сам дурак.
— Не обижайся, но если с магией ты кое-как справляешься (определенно лесть), то с боевыми искусствами… Словом, дружбы никакой.
Очень корректно. И не обидишься. Я в драке не просто ноль, скорее уж отрицательные величины. Я не преувеличиваю. Как преподаватель по воинской подготовке ни бился, а стиль моего боя навсегда остался уникальным, по принципу «удивим врага своим внезапным самоубийством». Меч для меня — железяка, в лучшем случае я уроню его на свою ногу, а о худшем и думать не хочется.
