— Они возвращаются, — вставил техник, следивший по мониторам за периметром пансионата.
Все повернули головы и посмотрели на большой плоский экран, висящий на стене.
Короткая цепочка людей, одетых в спортивные костюмы, неторопливо шла от озера к воротам пансионата. Впереди Титов и Сорокин, чуть позади Баскаков и Оноженко. Остальные довольно тесной толпой следуют за ними.
Всего восемнадцать дней назад сюда привезли умирающих немощных стариков, в большинстве своем неспособных самостоятельно одолеть и полсотни шагов. Сейчас же по лесу шли молодые, здоровые, полные энергии парни. И только неторопливые жесты, излишне спокойная походка и уверенность, что приходит лишь с годами, хоть как-то ассоциировали их с теми стариками.
Глядя на пациентов, главврач удовлетворенно заявил:
— Они не убегут. Не привыкли бегать от трудностей. — И, посмотрев на собеседников, добавил: — Не в их характере.
10
Конференц-зал главного корпуса представлял собой просторное помещение, по размерам напоминающее спортзал обычной школы.
Располагался на верхнем — третьем — этаже здания. Вместо обычной крыши овальный свод, выполненный из светло-синего стекла. Светофильтры рассеивали солнечный свет, а после заката специальные лампы подсвечивали купол снизу, создавая эффект открытого неба.
На противоположной от входа стене висел гигантских размеров плазменный экран, неподалеку от него стояли стол и несколько стульев.
Ряд кресел располагался полукругом. В центре — низкий квадратный столик из синего стекла. На нем десяток бутылок с минеральной водой и соками.
Четыре окна с открытыми рамами пропускали в зал свежий воздух. Вечером он был насыщен запахами леса и озера.
Хозяева пансионата молча ждали, пока пациенты рассядутся. И внимательно рассматривали их лица. Помолодевшие ветераны выглядели серьезными, сосредоточенными, слегка напряженными. Однако сохраняли полное спокойствие. Видно, что обо всем договорились и выработали линию поведения.
«И план действий составили, — добавил про себя главный врач. — На разные случаи. Настроены решительно. И если что пойдет не так — церемониться не будут…»
Еще он обратил внимание, как сели ветераны. В центре генерал Титов, крайним слева майор Оноженко, крайними справа полковники Сорокин и Баскаков.
Будучи хорошим психологом, он понял, что «мозговой центр» группы пациентов специально разошелся веером. Один из старых приемов — воспринимать информацию на слух и визуально лучше с разных точек. Все как в пословице: со стороны виднее.
«В этот раз ухищрения лишние, — так же мысленно произнес главврач. — Скрывать что-либо мы не намерены. Правда и только правда — залог положительного итога разговора. Иной нам и не нужен».
Видя, что все заняли места, главврач шагнул вперед и громко сказал:
— Добрый вечер, господа! Рад видеть вас всех молодыми, здоровыми, полными сил и энергии!
Пациенты вежливо покивали.
— Прежде чем начать разговор, позвольте представить наших сотрудников на тот случай, если кто не знает.
Главврач полуобернулся и указал рукой на стоящего поблизости Лянерса.
— Константин Павлович Лянерс. Представитель фонда «Реабилитация», ответственный сотрудник, глава администрации пансионата.
Лянерс молча склонил голову и чуть улыбнулся.
— Николай Борисович Малубин, мой заместитель по технической части, — продолжил главврач.
Высоченный, никак не ниже двух метров, плечистый Малубин выглядел весьма представительно. Держался очень уверенно и спокойно.
Малубин тоже кивнул, тоже не произнес ни слова.
— Второй заместитель Игорь Леонидович Репин, вы его должны хорошо знать.
Его действительно знали. Репин часто заходил к пациентам, проверял самочувствие, разговаривал, шутил. Ветераны относились к нему хорошо. Несмотря на молодость, он был опытен, с хорошим чувством юмора. С пациентами вежлив и почтителен.
— И еще раз представлюсь сам, — с улыбкой сказал главврач.
— Сергей Владимирович Семенов. Главный врач пансионата. Перед вами все местное руководство. Которое вы и хотели видеть.
Семенов согнал улыбку с лица и как-то неестественно бодро продолжил:
— Если позволите, я коротко обрисую ситуацию, так как видится она вам. Вас, старых и немощных, по большому счету доживающих последние дни, привезли сюда, в странный пансионат, который построил никому не известный фонд «Реабилитация». Вполне обоснованные подозрения относительно завуалированных попыток присвоить себе ваше жилье возникали, я так понимаю, неоднократно!
Семенов дождался нескольких кивков от ветеранов.
— Первые дни вы мало над чем задумывались. И состояние не то, и сил мало, а кое-кто вообще считал, что не доживет до следующего дня. Однако никто не умер. Наоборот начали оживать! Удивление вызвал странный курс реабилитации и лечения. Но куда большее удивление вызвали результаты! Вы становились моложе день ото дня. Уходили болезни, пропадали недомогания, исчезали морщины, шрамы, вновь начали расти волосы. В мышцах появилась сила. В конце концов вы почувствовали, что ваши мужские способности вновь… при вас.
Семенов отметил легкие ухмылки на лицах пациентов и быстрые взгляды, которыми те обменялись. Пожалуй, этот результат лечения вызвал наибольшее одобрение. Или нет?
— Дальше. Вы встречали друг друга во дворе, на прогулках, вы видели, как быстро молодеют ваши соседи. У вас появились первые подозрения и вопросы, но вы молчали. Не хотели случайно прервать чудесное лечение. Однако события вчерашнего и сегодняшнего дней, вполне очевидные нестыковки и резкое ураганное омоложение организмов бывших стариков переполнили чашу терпения.
Главврач обвел пациентов взглядом. Что ж, пока все верно, именно эти сомнения и терзали души помолодевших стариков. Пока он точно угадывает их настрой и мысли.
— Со вчерашнего дня наших сотрудников донимали вопросами и требовали объяснений. Я поговорил с одним из вас, с Ильей Дмитриевичем Титовым. И мы пришли к определенному решению. Которое он и довел до остальных. А сейчас вы хотите услышать от нас ответы на все вопросы.
Семенов намеренно остановил взгляд на Титове. Тот кивнул и произнес первые слова за вечер:
— Все верно. Вы точно пересказали наши ощущения и чувства, Сергей Владимирович. Значит, знаете, какие вопросы мы вам зададим.
— Знаю… знаем, — поправился главврач. — Поэтому и начнем с главного. Лучше всего это сделает Константин Павлович. Прошу.
Лянерс шагнул вперед и встал рядом с главврачом. Титов успел переглянуться с Оноженко. Персонал тоже подготовился к разговору. Скорее, даже это было запланировано заранее. А значит, и ложь, если прозвучит, будет весьма достоверной. Сумеют ли они ее разгадать?…
Лянерс глубоко вздохнул, словно готовясь к прыжку в воду.
— Начнем с самого начала, — неловко скаламбурил он. — С фонда. Фонд «Реабилитация» был создан три месяца назад. Он состоит из крохотного офиса в Муроме и самого пансионата. Изначально фонд оформляли только для того, чтобы купить землю и начать строительство. А пансионат строили исключительно ради вас. И он существует, пока здесь находитесь вы.
Если представитель хотел удивить пациентов, то это ему удалось. На их лицах явно проступало удивление. Но пока ветераны молчали. Ждали продолжения.
