писания должны существовать.
Не так ли было постоянно?
* * *
— Действительность стала отвратительной, — пожаловался
Арлекин, когда миловидная Алиса показала ему рекламный пла-
кат. — Мерзость и полная бесмыслица. А кроме того, это время
не для отчаянных людей… Кстати, плакат превосходный.
— Знаешь, — заметила Алиса, — ты говоришь так обречен-
но…
— Извини, — потупился Арлекин.
— Не стоит извиняться. Ты всегда извиняешься. Ты чувс-
твуешь себя таким виноватым, что мне грустно на тебя смот-
реть.
— Извини, — повторил он, скривив губы так, что появи-
лись ямочки на щеках. Конечно, он не хотел этого говорить. —
Мне снова надо идти. Мне просто необходимо что-нибудь с д е-
л а т ь.
Алиса отшвырнула чашку с кофе.
— Ради бога, Эверетт, неужели нельзя побыть дома хотя
бы одну ночь?! Когда же ты сбросишь маску призрачного шута?
— Я… — Он замолчал, напялил свой шутовской колпак с
зазвеневшими тонко бубенчиками на огненную шевелюру, вымыл
чашечку из-под кофе и немного подержал ее над сушилкой. — Я
должен идти.
Она не ответила.
Запело приемное утройство. Алиса достала из него лис-
ток, бегло посмотрела и протянула ему.
— Это про тебя.
— Разумеется.
— Ты смешон!
Он прочитал текст. Часовщик продолжал его поиски. Это
нисколько не волновало его. Он жаждал уйти, чтобы снова
опоздать. У дверей он обернулся и грустно сказал:
— Ты говоришь так же, как все остальные.
Алиса с трудом опустила прекрасные глаза.
— Ты смешон.
Арлекин, крадучись, вышел. Он хотел захлопнуть за собой
дверь, но она закрылась плавно и мягко. Через мгновение пос-
лышался тихий стук. Алиса вздохнула и откыла дверь. Он стоял
на пороге.
— Я вернусь к 10:30. Ладно?
— Зачем ты мне говоришь это? — грустно улыбнулась она.
— Ты же отлично знаешь, что опоздаешь! Ты же з н а е ш ь
это! Ты постоянно опаздываешь, и почему тебе необходимо го-
ворить мне идиотские вещи? — Она захлопнула дверь.
По другую сторону двери Арлекин кивнул себе.
По другую сторону двери Арлекин кивнул себе.
— Она права. Она всегда права. Я опаздываю, я вечно
опаздываю.
Он пожал плечами и пошел, чтобы вновь опоздать.
* * *
Он выпустил ракеты-хлопушки с надписью: «Я появлюсь на
115-ой Ежегодной Международной Медицинской Асоциации Созыва
ровно в 20:00. Очнь надеюсь, что вы ко мне присоединитесь!»
Слова ярко сияли в небе и, конечно, представители влас-
ти явились и залегли в засаду, ожидая его. Они решили подож-
дать, зная, что он всегда опаздывает. Но на этот раз он поя-
вился на двадцать минут раньше и преспокойно наблюдал, как
они притаились, чтобы поймать его в ловушку. Он выскочил,
трубя в большой бычий рог, чем до смерти перепугал их. Ли-
шившись присутствия духа, увлажнив свои одежды, дергаясь и
визжа, они покинули свое укрытие.
Арлекин хохотал, а потом долго и сердечно извинялся за
содеянное. Врачи, собравшиеся на торжественное заседание,
тоже хохотали во все горло, благосклонно приняв извинения
Арлекина, сопровождавшиеся преувеличенными поклонами. И у
всех было весело на душе, так как люди, присланные Часовщи-
ком, никому не нужные на этой конференции, были осмеяны.
В другой части города человек, которого звали Маршалл
Дилэнти, получил из офиса Часовщика уведомление о «выключе-
нии». Его жена приняла конверт из рук затянутого во все се-
рое мужчины, на лице которого было жуткое выражение профес-
сионального сожаления. Еще не распечатав конверт, она уже
все поняла. Такие послания были знакомы каждому. Задохнув-
шись, она держала извещение, как хрупкую стеклянную колбу, и
молила бога о том, чтобы оно было адресовано не ей. «Пусть
оно будет адресовано Маршу, — жестоко молила она, — или од-
ному из наших детей, но только не мне, пожалуйста, милый
Боже, не мне!..» Она вскрыла конверт, и э т о оказалось для
Марша. Она ужаснулась и одновременно почувствовала облегче-
ние.
В его доме в ту ночь раздвался звук падающих слез.
Но Маршалл Дилэнти попытался скрыться. Рано утром сле-
дующего дня, когда должно было произойти «выключение», он
находился в лесной чаще в двухстах милях от города. В этот
момент учреждение Часовщика стерло данные с его кардиоплас-
тины. Убегающий Маршалл Дилэнти споткнулся, его сердце оста-
новилось и кровь замерла на своем пути к мозгу. Он был
мертв. Погасла еще одна лампочка на секретной карте офиса
Часовщика, пока извещение на имя Жоржетты Дилэнти заносилось
в список для получния небольшого пособия до тех пор, пока
она снова не выйдет замуж…
В четверг магазины города были переполнены цветом об-
щества. Женщины красовались в канареечно-желтых хитонах,
мужчины щеголяли в псевдо-тирольских костюмах из кожи, туго
застегнутых на нефритовые пуговицы.
Арлекин появился на строительстве крыши нового мощного
Торгового Центра.
Все обратили внимание на его бычий рог и
изогнутые в улыбке губы.
— Почему вы позволяете помыкать собой? — сурово обра-
тился он к ним. — Зачем разрешаете торопить себя и бегаете,
как муравьи с личинками? Верните себе власть над временем!
Просто прогуляйтесь, почувсвуйте сияние солнца, ветерок,
идите по жизни легкой походкой. Вы не рабы времени! Эта ру-
тина — путь к смерти, медленной и постепенной. Долой Часов-
щика!
Что это за тип? — хотели знать большинство продавцов.
Вот это тип, ну и ну! И мне хочется опоздать, и мне тоже…
Строительная бригада, занятая в Торговом Центре, полу-
чила безотлагательный приказ от Мастера-Хранителя Времени —
немедленно схватить очень опасного преступника, известного
как Арлекин. Поручение не вызвало энтузиазма, так как они
теряли время в расписании строительства, но Часовщик обладал
нужными правительственными полномочиями и мог настоять на
своем.
Дюжина крепких рабочих полезла к Арлекину. После того,
как их первая попытка закончилась неудачей (к счастью, никто
серьезно не ушибся), рабочие собрались и попытались напасть
снова. Но момент уже был упущен, Арлекин исчез…
— Не возвращайтесь без него! — внятно, искренне, почти
угрожающе приказал Часовщик своим служащим.
Тогда они использовали собак. Они использовали зонды,
кардиопластиновые пеленгаторы, подкуп, шантаж, запугивание,
пытки. Они использовали полицейских и доносчиков. Они произ-
вели обыски и аресты. Они проверили все отпечатки пальцев.
Они воспользовались системой Бертильона. Были пущены в ход
хитрость, обман и предаельство. Они использовали Рауля Мит-
гонга, но он ничем не смог им помочь. Они задействовали ме-
диков, техников, криминалистов…
И, черт побери, они его сцапали!
Было даже усановлено его имя: Эверетт С. Марм. Этот че-
ловек совершенно не отличался от других, не считая абсолют-
ного неприятия точного времени.
— Мне жаль, Арлекин! — сказал Часовщик.
— Заткнись! — усмехнулся Арлекин.
— Ты опоздал в сумме на шестьдесят три года, пять меся-
цев, три недели, два дня, двенадцать часов, сорок одну мину-
ту, пятьдесят девять секунд, три сотых одной тысячной микро-
секунды. Ты израсходовал все, что имел, и даже больше. Я со-
бираюсь тебя «выключить».
— Пугайте кого-нибудь другого. Я скорее умру, чем сог-
лашусь жить в этом абсурдном мире,которым правит такой дья-
вол!
— Это моя работа.
— Ты упиваешься этим. Ты — тиран. Ты не имеешь права
