Как я его не узнала?
Они заодно!
Я догадывалась, что работы Организации по восстановлению статуи должен координировать какой-то мощный археолог. Но и представить не могла, что это — Майкл Гродин!
А я ему все добросовестно выложила! Дура…
Ошеломленная своими открытиями, даже не заметила, как турки заломили мне руки. Я едва не ткнулась лицом в стол. Перстень Героса выскочил из выреза майки и звякнул о полированные доски.
Бейкер взял перстень и осмотрел его. Затем рывком сорвал с моей шеи.
— Значит, обманула меня, крошка? — ласково спросил он, и в следующее мгновение его кулак врезался в мою щеку.
Удар был таким сильным, что помутилось в глазах. Все-таки ткнулась лицом в дерево. Турки продолжали держать меня.
— Не смейте этого делать! — взвизгнул Гродин.
— Иначе что? — поинтересовался Бейкер. Гродин молчал, опасаясь продолжать.
— Она обманула меня, — сообщил американец. — У нас был уговор. Я свое слово сдержал, а она, оказывается, нет.
Он наклонился к самому уху:
— Так, крошка?
— Не называй меня «крошкой»! — процедила я сквозь зубы и получила еще одну довольно чувствительную оплеуху. Да, Бейкер — самая настоящая скотина. Ведь бьет как мужчину!
Я повернула голову и поймала взгляд Гродина. Профессор Йоркского университета испуганно потупился.
— Вы мерзкий старикашка, — прошептала я. — И Чарльз с вами заодно?
— Чарльз не подчинился, — торопливо заговорил Гродин. — Времени было мало. Статую уже грузили на корабль в Неаполе! Мне нужно было спешить туда, а еще предстояло снять текст со скалы. Ему не понравилось, что на раскопках появились вооруженные люди. Неженка!
— Вы — подонок, Майкл Гродин! — заключила я. — Чарльз оказался намного честнее вас!
— Он сам виноват! Я ищу гробницу Эндельвара уже около двадцати лет! А он — университетский прихлебатель! Я нашел финикийские пергамента! Я отыскал список Фурнеля! Мне… — Он посмотрел на Бейкера. — Нам удалось собрать все мраморные осколки и восстановить статую!
— Значит, вы работаете в этой Организации с самого начала?
Гродин вновь посмотрел на Бейкера.
— Хватит вопросов и ответов! — сказал тот. — Мы не на экзамене.
— Надо же! — удивилась я. — Вы учились в университете? А мне показалось, что вы и начальную школу не закончили.
Едва не схлопотала в третий раз.
— Она нашла постамент, — сообщил Гродин. — Помните указатель к колодцу?
— Черт! — пробормотал Бейкер.
— Перебираемся туда.
— А девчонку?
— Будет с нами. Вдруг еще пригодится.
— Ладно, пусть будет так. Пока что! — с угрозой произнес Бейкер.
Вдруг еще пригодится.
— Ладно, пусть будет так. Пока что! — с угрозой произнес Бейкер.
Гродин судорожно сглотнул.
— Перевезите туда статую, — попросил он. — Только, ради бога, осторожнее!
Я расхохоталась.
Странно, наверное, это выглядело со стороны. Девчонке заломили за спину руки два здоровенных турка, она вся в крови, но помирает со смеху.
— Ты что? — спросил Гродин.
— Чего гогочешь, мартышка? — поддержал его Бейкер.
— Статую-то делали прямо там! — покатывалась со смеху я. — На месте. Вынести ее было легко, когда она развалилась. Осколки-то ма-аленькие… Мой дед однажды купил великолепное старинное кресло! Из дуба, обитое толстой и мягкой кожей… Несколько его зарплат стоило, но дед очень любил удобные вещи. Однако кресло не пролезло ни в дверь, ни в окно… Вот над чем я смеюсь! Снова вам, ребята, статую распиливать придется, а уже на месте собирать!
— Уведите эту хохотушку, — приказал Бейкер.
Головорезы вытолкали меня в коридор. Проходя к двери, я встретилась взглядом с хозяином трактира, который поспешно спрятал пачку купюр.
— Не жгут руки? — спросила его непринужденно.
— Я столько не зарабатывай за несколько сезон!
— Не волнуйтесь, — заверила я. — От денег, полученных за предательство, проказа начнется только через несколько дней. А пока можете гулять, развлекаться, набивать брюхо. Нос — он ведь не сразу провалится…
Я бы еще много ему наговорила, да коридор закончился.
Глава 4
Скованные одной цепью
Они никого не стеснялись. Прямо на глазах у местных женщин связали мне за спиной руки и втолкнули в оранжевый внедорожник. Я влетела туда кубарем, угодив в конец салона.
Задние сиденья были сняты, чтобы в салон поместился габаритный груз. Теперь роль груза исполняла я. Впрочем, тут еще чьи-то ноги протянулись поперек.
Рывком головы отбросила волосы с лица.
Ноги принадлежали Лехе Овчинникову…
Наконец-то я нашла его! Правда, все случилось немного не так, как я предполагала.
Овчинников, видимо, спал. Мое появление потревожило сон его светлости, и он хлопал ресницами, не понимая, что к чему. Руки тоже стянуты за спиной. На вид вроде целый, не побитый… Прекрасная мы парочка, не правда ли? Бывшие муж и жена, валяющиеся связанными в кузове внедорожника.
— Ну что, Овчинников, — сказала я, — соскучился без меня?
Снаружи кто-то захлопнул дверцу. На сиденье водителя плюхнулся турок с золотыми серьгами в ушах. Он поглядел на нас в зеркало заднего вида. На его поясе красноречиво висел пистолет в кобуре.
— Баль? — удивленно пробормотал Леха. — Я думал, ты до сих пор по Измиру гуляешь на мои денежки… Ты что здесь делаешь?
— Тебя приехала спасать, — огрызнулась я.
— Интересно… — Он наклонил голову, скептически оглядел веревки, которые опутывали мои руки. — И на какой стадии находится твой план?
— Я к нему еще не приступала.
— Ну-ну…
Возможно, мне показалось, но Лехин язык заплетался.
— Господи, Леха! Ты опять пьян?
— Нет… — как-то неуверенно ответил Овчинников.
— Господи, Леха! Ты опять пьян?
— Нет… — как-то неуверенно ответил Овчинников.
— И где ты тут водку умудрился найти?
— У меня язык заплетается не от водки, а от голода, — без обиды ответил Леха.
— Ой! — Я покраснела. Надо же так опростоволоситься, — Извини.
— Нечего извиняться. Скоро сама поймешь, к каким отзывчивым людям ты меня спровадила.
Я посмотрела на него.
— Леш, я целых два дня тебя искала! В самом деле.
— Что ж, вот и нашла, — ответил Овчинников. — Можно я немного посплю? Прошлой ночью меня кинули в какой-то загон для овец. Наверное, подумали, что те — мои родственницы, хе-хе… Эти дуры так блеяли, что я глаз не мог сомкнуть. А теперь ты…
— Тоже дура?
— Нет, просто спать не даешь…
И он самым бессовестным образом закрыл глаза. А мне так хотелось поговорить с ним!
Внедорожник стоял на месте. Видимо, Бейкер с Гродином решали, что делать дальше… Чего я никак не ожидала, так это предательства Гродина! Знаменитый археолог, ученый муж, профессор. Надо полагать, он с 1979 года, когда обнаружил финикийские тексты, связался с Организацией. Как и «Мирбах-унд-Пфайзер», долго и терпеливо шел к поставленной цели. Раскопки, исследование добытого материала, на основе которого новые раскопки. Шаг за шагом приближался Майкл к оригиналу легенды.
И я ему помогала!
— Гродин — мерзавец! — закричала я во всю глотку. Леха дернулся и открыл глаза. Турок с сиденья водителя пообещал:
— Еще раз пыскнышь — язык отрэжу.
Но я больше не собиралась орать. Меня просто гневный порыв охватил. Захотелось объяснить свою точку зрения окружающим.
Что теперь с нами будет? Вдвойне обидно, что и Леху втянула в эту историю.
Я взглянула на него. Мой бывший спал, как ребенок, — улыбаясь во сне. Наверное, представляет, что мама кормит его вареньем. Он обожает вишневое…
