— Отпусти нас, — предложил наёмник. — Зачем мы тебе? Забери всё и отпусти. У нас больше двухсот золотых есть. Забери их. Зачем тебе с нами морочиться? У тебя и так огромная добыча.
— Не — а, не отпущу, — покачал я головой.
— Что на себе нас потащишь? — спросил наёмник.
— Что — нибудь придумаю. Давайте рассказывайте лучше, что у вас там за ловушка на тропке стоит.
— Нет там никакой ловушки, — сказал Палам.
— Только не надо мне лгать, — попросил я. — Будете покладистыми, я с вами по человечески обойдусь, будете лгать, ждут вас пытки. Оно вам надо? Правду я из вас всё равно выбью, а пострадать вам придётся. К тому же я исцеляющим заклинанием пользоваться буду, и смогу вас хоть до бесконечности пытать.
— На тропке самострел стоит, — выбрал более заманчивый вариант первый наёмник. — В трёх сотнях ярдов отсюда.
— Его тоже болтом дварфов зарядили? — поинтересовался я.
— Тремя, — ответил наёмник.
— Значит, с магами вы с помощью болтов справлялись?
— Да.
— Понятно… Значит, нет никакого невероятно сильного оружия…
Взглянув напоследок на пленников, я выбрался на тропинку и пошёл обезвреживать самострел. Медленно шагая возле тропки, я внимательно осматривал свой путь, ища ловушку. Обнаружить самострел мне удалось лишь из — за того, что я пользовался истинным зрением. Хорошо замаскированный листвой самострел, практически невозможно было заметить обычным зрением. В то время как почти не имеющая энергии прошлогодняя листва не скрывала чётко выделяющуюся упорядоченную структуру. Разобрав хитрую приспособу, которая должна была пускать болты человека в разорвавшего очень тонкую нить, натянутую над землёй, я изъял болты. А самострел, согнув тонкие металлические части — выбросил.
Обезвредив, в общем — то не опасную для меня ловушку, я пошёл за Сурхатом и лошадьми.
Обезвредив, в общем — то не опасную для меня ловушку, я пошёл за Сурхатом и лошадьми. Не дойдя до Сурхата полусотни ярдов, я окликнул его.
— Всё в порядке Дарт? — донёсся до меня взволнованный голос Сурхата.
— В полном, — уверил я паренька и подошёл к нему.
Когда я подошёл к стоявшему возле костра пареньку, он жадно спросил: — Скольких ты поймал?
— Двоих, — ответил я.
— Одному, значит, удалось удрать? — спросил Сурхат. — Или ты его в бою убил?
— Один удрал. Трусливый оказался просто жуть. Я думал он на помощь товарищам бросится, а он дёру дал.
— Хорошо быть магом, — мечтательно протянул Сурхат. — Никаких разбойников бояться не нужно.
— Ладно, мечтать потом будешь, — сказал я. — Сейчас берём лошадей и идём к пленникам.
Я создал магический свет, чтоб осветить путь лошадям и Сурхату, подобрал свою сумку и приточил её к седлу. Мы вывели лошадей на тропинку и взобрались на них. Освещая тропинку магическим светом, я выехал вперёд. Совсем немного времени нам понадобилось, что бы добраться до пленников. Оставив лошадей на тропе, мы подошли к связанным наёмникам.
— Так, нечего нам здесь прохлаждаться, — сказал я с любопытством рассматривающему пленников Сурхату. — Надо этих негодяев в город доставить…
— Они ведь идти не смогут, — сказал паренёк.
— Не смогут, — согласился я, — придётся их уважить и до виселицы довезти.
Поручив Сурхату нарезать из курток наёмников кожаных полос, я приступил к осмотру добычи. Похоже, неплохо где — то эти негодяи поживились. У обоих наёмников были кошели с деньгами, пусть серебро там было, но всё же. В мешочке Палама лежали почти три сотни золотых монет и драгоценные украшения. Даже этой добычи мне за глаза хватило бы, чтоб ни капельки не сожалеть о потраченном на охоту времени. Ещё и пара амулетов на три сотни потянет. Болтов на десять золотых. Похоже, Паким мне услугу оказал, таких богатых наёмников подослав.
Сложив добычу в свою сумку, я помог Сурхату по — новому связать наёмников. Затем мы подвели лошадей и положили разбойников на лошадей. Пока Сурхат собирал в мешок всё валяющееся оружие, я хорошенько привязал наёмников, чтоб они не выпали из сёдел. К одной из лошадей мы приточили и мешок с оружием.
Выбравшись на тропинку, мы повели лошадей с пленниками в поводу. Добираться до города пришлось гораздо дольше, чем я предполагал. Лишь на рассвете мы выбрались из леса, и продолжили свой путь по полям. Солнце поднялось уже довольно высоко, когда мы добрались до городских ворот. Крестьяне, проехавшие на повозке немногим ранее мимо нашего отряда, видимо известили городскую стражу о странных путешественниках, потому как у ворот нас поджидал полный десяток стражи.
Настороженно следящие за нашим приближением стражники вдруг начали неуверенно улыбаться и посматривать друг на друга. Пожилой десятник убрал с меча руку и хохотнул, смотря на моих пленников.
Потерев руки, он злорадно спросил: — Что разбойники попались?
— Руван, Руван! — ахнул вдруг один их стражников, увидевший выдвинувшегося из — за меня Сурхата с навьюченной лошадью.
— Палам! — воскликнул десятник и метнулся к наёмнику. Схватив его за волосы, он приподнял его голову и восторженно сказал: — Живой, живой гадёныш. Счастье — то какое… Сегодня наш палач напьётся на радостях.
— Этот человек преступник? — поинтересовался я.
— Ещё какой, — кивнул десятник, не отходя от Палама.
— Ещё какой, — кивнул десятник, не отходя от Палама. — Его ещё пять лет назад к трёхкратной казни приговорили. А сейчас ему пятикратная казнь ждёт.
— Как можно одного человека пять раз казнить? — не понял я. — Он же на первой казни умрёт.
— Так первые казни не до конца проводятся, — пояснил Руван. — Как приблизится преступник к смерти, его заклинание первого круга исцеляют.
— Понятно. А я — то думал, чего он под меч лезет, не хочет сдаваться.
— Как же вам удалось этих шакалов живьём взять? — спросил у меня десятник. — Они ведь пять дней назад караван разграбили и всю охрану перебили, хотя купцы мага нанимали. А уж сколько раз они от облав уходили…
— Шакалы, только неожиданно напав, могут верх взять, а я был готов к встрече с ними, — ответил я.
— Ты ловчий маг? — осведомился Руван.
— Не, охотой на людей я не промышляю, — отказался я от подобной славы.
— Но всё же маг? Ни в жись не поверю, что обычный парень смог Палама поймать.
— Да какой с меня маг, учусь я только.
— Тогда повезло тебе. Купцы для охраны каравана тоже ученика брали, только не совладал он с разбойниками.
— Всё правильно, — кивнул я. — У них были болты с наложенными на них заклинаниями. Если маг не готов к встрече с подобной опасностью, то он погибнет.
— Так, парни, — обратился десятник к своим подчинённым, — разбойников в допросную.
— Расспросите их, кто им посоветовал в лесу засаду устроить, — посоветовал я. — Много интересного узнаете.
— А ты знаешь? — спросил Руван.
— Знаю, — ответил я. — Паким.
— Это не тот ли Паким, что фрукты во дворец поставляет? — насторожился десятник.
— Он самый. Вот Сурхата подговорил меня по лесной тропе провести, чтоб я в руки разбойников попал.
— Пойдём к судье, — решил десятник. — Пусть он разбирается.
К нашему отряду присоединились стражники, и мы пошли к судье. Провожаемые взглядами горожан с любопытством глазевших на нас, мы добрались до городской площади. Там мы разделились. Десятник отправился с нами к судье, а стражники повели разбойников в допросную. Оставив лошадей у входа в здание суда, мы вошли внутрь.
