— Это не то, о чем ты подумала, Дория, — смущенно кашлянул Гворий. — Мы просто пытаемся понять, что случилось с Тефной. Кажется, ее только что едва не убили.
— Да кому она нужна, — презрительно протянула девушка. — Только магическую силу на нее тратить.
Гворий, не обращая внимания на слова невесты, легонько тронул меня за подбородок и прошептал:
— Тефна, слушай меня. Я сейчас взломаю твою защиту. Надеюсь, все пройдет быстро и безболезненно. Самое главное — не напрягайся.
Я печально вздохнула. И рада бы посопротивляться, да не получается — растеклась по траве, словно полужидкий кисель. Только и могу, что мысленные гневные тирады выдавать.
В следующий миг тьма вокруг моих глаз сгустилась еще сильнее и с легким хлопком взорвалась, заставив меня зажмуриться от краткой ослепительной вспышки. Это произошло так неожиданно, что я даже не сразу поняла, что произошло. Потом недоверчиво пошевелила мизинцем. Он с радостью повиновался. Я перевела недоумевающий взгляд на Гвория, который выглядел не менее ошарашенным, и от души выругалась, убеждаясь, что дар речи вновь ко мне вернулся.
— Точно с низшими сословиями якшаешься, коли такие словечки, не краснея, выдаешь, — недовольно заметила Дория, брезгливо рассматривая меня с приличного расстояния.
— Иди ты знаешь куда? — миролюбиво огрызнулась я, безмерно счастливая от возвращения из мира непроглядного мрака. — Только твоих нравоучений мне сейчас и не хватало.
Секунду эльфийка молчала, словно не смея поверить собственным ушам, а потом негодующе взвизгнула:
— Гворий! Почему ты молчишь?! Какая-то безродная нечисть оскорбляет твою невесту!
— Помолчи, Дория, — осадил он девушку и легонько провел тыльной стороной ладони по моей щеке.
— Теплая. А ведь только что была холодная. Почему?
Здраво рассудив, что на этот вопрос не мне отвечать, я заозиралась по сторонам, разыскивая свою одежду. Пропажа обнаружилась там, где ее оставили перед столь печальным купанием — бережно развешанной на кустах около воды. Теперь бы еще пробраться к ней как-нибудь незаметно.
— Можно мне одеться? — спросила я, краснея от смущения. М-да, прозвучало как-то двусмысленно. Надо было просто встать и гордо начать натягивать штаны, будто ничего не произошло.
— Конечно, — вместо Гвория, с головой ушедшего в раздумья, ответил Шерьян. — Полагаю, больше купаться ты не собираешься?
Я не обратила внимания на иронию, скользнувшую в голосе храмовника. Вместо этого начала осторожненько бочком отступать к одежде, стараясь не поворачиваться к присутствующим филейной частью. Во-первых, это невежливо, а во-вторых, у меня на это имелись свои, очень весомые причины. Но неожиданным препятствием на моем пути стал Гворий, который, удивленно приподняв брови, с интересом следил за тем, как я, пятясь, пытаюсь спуститься к воде. Остальным до моих акробатических этюдов не было никакого дела — Шерьян присел на корточки и простер руку над ручьем. С его пальцев струился мягкий зеленоватый свет, который достигал поверхности воды и с едва слышным шипением угасал. За его действиями внимательно следила Дория, склонив голову набок. Только противный полуэльф с явным нетерпением ожидал процесса моего облачения.
«Ну и пусть глазеет, — с неожиданной злобой подумала я. — Мне-то какое дело? Поди, не моя вина, что вся спина в шрамах».
С этой мыслью я развернулась и первым же делом схватилась за рубашку, пытаясь как можно скорее прикрыть свидетельства давнишнего наказания плетью. Несправедливого наказания, стоит отметить, но это обычно мало кого волнует. Раз попалась — значит, за дело. Тем более что нечисть виновата всегда и во всем. Поэтому я никогда не ношу платья с открытой спиной. Незачем демонстрировать кому ни попадя бугристые страшные шрамы. Конечно, Шерьян, к примеру, мог бы их увидеть тогда, в своем доме, когда устроил мне незапланированное купание в святой воде. Но в горячке схватки не обратил внимания, а потом я уже закуталась в простыню. Жаль, что сейчас никакого, даже самого завалящего лоскута ткани не оказалось под рукой в нужный момент.
Все время, пока я трясущимися руками пыталась попасть в рукава рубашки, внутри все сжималось от ужаса, что сейчас Гворий окликнет меня, спросит: «Тефна, что это?» И без разницы, что прозвучит в голосе: одобрение к неведомым палачам или сочувствие ко мне. А быть может, просто любопытство с легкой ноткой равнодушия.
Но Гворий молчал. Я со всей возможной скоростью закончила одеваться и обернулась к нему, насупившись и приготовившись к вопросам. Он хмыкнул и почему-то отвел глаза. Наверное, услышал мой прочувственный внутренний монолог. Надо вновь зеркальные чары наводить, чтобы никто не смел ко мне в голову без спроса заглядывать.
С этим благим намерением я сложила перед собой руки в подобие молитвенного жеста и приготовилась прочитать заклинание.
— Подожди, — остановил меня Шерьян, наконец-то поднявшись на ноги и с удивлением присматриваясь к поверхности ручья, словно увидел там то, что остальным неподвластно было. — Надо сначала разобраться, что с тобой случилось и почему это так быстро прошло, едва Гворий снял твою защиту. Странно все как-то.
— Чего странного-то? — раздраженно пожала плечами эльфийка. — Выдумываете какие-то проблемы на пустом месте. Кто Тефну убивать будет?
— Наверное, тот, кто не хочет, чтобы мы к кругу мертвых попали, — медленно, тщательно выверяя каждое слово, произнес храмовник.
Кто Тефну убивать будет?
— Наверное, тот, кто не хочет, чтобы мы к кругу мертвых попали, — медленно, тщательно выверяя каждое слово, произнес храмовник. — Извини, милая Дориэлия, но я всегда верю прежде всего собственным ощущениям. А они сейчас утверждают, что ручей был зачарован, и зачарован очень сильным магом. Тефна, что ты почувствовала, когда вошла в воду?
— Не вошла, — поправила я Шерьяна. — Рухнула, словно в омут. Мне казалось, что тут неглубоко. Однако я с головой погрузилась. И все вокруг было такое… вязкое, что ли. Будто в топь попала.
— Врет, — уверенно заявила Дория. — Это просто невозможно — тут же глубины всего по пояс.
— По пояс, — подтвердил храмовник. — Я проверял. Но это еще ни о чем не говорит. По-настоящему сильная магия может даже в луже человека утопить. Так что это не доказательство неправоты Тефны. А что потом было?
— Потом меня Гворий вытащил, — послушно продолжила я, в душе несколько обрадованная заступничеством своего работодателя. — Ругаться на меня начал. Я все слышала, но сказать и слова не могла. И не видела ничего вокруг.
— Полагаю, все это прошло лишь тогда, когда я снял с тебя защиту? — прервал мой рассказ полуэльф. — Причем снял именно зеркальные чары. И прошло быстро, словно по мановению руки. Забавно.
— Не вижу ничего смешного, — несколько уязвленно пробормотала я. Ну конечно, это же не он задыхался от ужаса, не в силах даже жестом показать, что жив.
— Не обращай внимания, — слабо улыбнулся в ответ Гворий. — Я просто размышляю вслух. Зеркала ведь отражают. Но твоя защита, видимо, была слишком слабой, чтобы полностью отвести в сторону чужой удар. Однако чары не разбились, как это можно было бы предполагать, а стиснули тебя в подобии магической темницы. Почему?
