— Значит, Аполлон отправился в Российскую Федерацию за невестой? — уточнил я существенное.
— Это как пить дать, — кивнул головой Морава. — Такую кильку как у нас нигде больше не делают. Я Аполлоше так и сказал — зачем тебе этот атлантический блок из Скунсов, Енотов и Архаров? В том смысле, что козлы, они и в Африке козлы. Так Бегунков на меня обиделся. Видите ли, я его оскорбил. Так не будь козлом, и никто о тебе худого слова не скажет.
Из не шибко связных речей драматурга Моравы я все-таки уяснил, что Марьи Моревны в храме Световида не было. Видимо, Ширгайо сомневался в том, что сумеет обуздать или устранить Светозара, поэтому и спрятал девушку. Знать бы вот только куда. Все-таки эта Марья ведьма не из последних. Абы кому ее не доверишь. А вот, скажем, богине Макоши можно. Эта Медуза Горгона вкупе с милыми сестрицами-лебедушками вполне способна обуздать своенравную девицу и придержать ее в темнице до той поры, пока ситуация не проясниться.
— Надо возвращаться в Москву и потрясти Наташкиного хорошего знакомого, — предложил Ключевский. — Будем надеяться, что компетентные товарищи уже успели установить его фамилию.
— Боюсь, что этого человека Бегунков с Гаркушиным установили еще раньше, — расстроенно вздохнул Вацлав Карлович. — И отправились они с Аполлоном сейчас к нему.
В предположении Крафта был свой резон. В конце концов, Вивьер с Крафтом, не говоря уже об Анастасии Зиминой, не дурнее нас, и наверняка уже сообразили, кому мог доверить бесценное сокровище Великий Ширгайо, мир его праху. До сих пор наше с Аполлоном противоборство происходило в веках ушедших, но, похоже, молодого человека куда больше влечет наш мир. И в этом не подготовленном к магическим битвам мире он способен натворить столько бед, что мало никому не покажется.
— Ты бывал в доме Поклюйского? — спросил я у Моравы.
— Ты бывал в доме Поклюйского? — спросил я у Моравы.
— Бывал, конечно, — кивнул мокрой головой Ираклий. — Только у него не дом, а целый дворец.
Прежде чем коснуться головы драматурга волшебной палочкой, я отправил обратно в Атлантиду расстроенного и вконец сбитого с толку Калакая. Этому хитрецу еще предстояло объясниться с разъяренной богиней Артемидой по поводу провала сватовства Аполлона Гиперборейского, и я царю Абецании не завидовал.
По поводу жилища, принадлежащего Серапиону Павлиновичу Поклюйскому драматург не солгал. Сразу скажу, что хоромы продюсера не уступали ни размерами, ни роскошью дворцам царей Атлантиды Цемира и Калакая, в которых мне посчастливилось побывать. Правда, по части обслуживающего персонала здесь были большие проблемы. То ли Серапион Павлинович отпустил людей в отпуск перед тем, как отправиться на гастроли, то ли они сами разбежались, воспользовавшись отсутствием хозяина, но в доме мы не обнаружили даже сторожа. Зато в холодильнике была килька в томате, которой Ираклий Морава обрадовался как родной. Он тут же открыл одну из банок, но уснул над ней раньше, чем успел вкусить столь любезного желудку Аполлона Гиперборейского деликатеса.
— Раз килька цела, значит Аполлон с Поклюйским здесь еще не появлялись, — сделал логический вывод Ключевский, и мне ничего другого не оставалось, как согласиться с новоявленным Шерлоком Холмсом.
Мораву мы перетащили на диван, а сами с интересом и некоторым беспокойством уставились в телевизор. К счастью, ничего экстраординарного ни в нашем Отечестве, ни в сопредельных странах не происходило. Разговоры шли в основном о террористах, наводнениях и лесных пожарах, но имя Аполлона Гиперборейского в связи с этими событиями не упоминалось.
— Позвоните Сокольскому, Чарнота, — предложил Крафт.
— Нет уж, — запротестовал Ключевский, — хватит с нас генералов. Я лучше Боре Мащенко позвоню, где-то у меня был записан номер его мобильника.
— Так он, может, сейчас в Бутырке, — предостерег нас Петр Сергеевич Смирнов, с удобствами расположившийся в шикарном кресле.
— А вот мы сейчас проверим, — потянулся к телефону Ключевский.
— А я бы не стал этого делать, — притормозил его Смирнов. — Наверняка все телефоны Поклюйского прослушиваются. Звоните с моего мобильника. Это, конечно, тоже риск, но вы не очень-то распространяйтесь. Скажите Борису, что мы ждем его у Павлина, и этим ограничьтесь.
— Не у Павлина, а у Скорпиона, — сонным голосом пробурчал с дивана Ираклий, перевернулся на другой бок и вновь захрапел.
К счастью бизнесмен был на свободе, хотя откликнулся не сразу. Ну это скорее по причине раннего утра. Произнеся в мобильник закодированную фразу, Ключевский мгновенно отключился. Теперь нам оставалось только ждать и надеяться, что Боря опознал Марка по голосу и сумеет правильно расшифровать наше конспиративное послание. Дабы не терять даром времени, я задремал в удобном кресле. В конце концов, богам тоже нужен отдых, особенно перед грядущими испытаниями. А то, что испытания будут, я нисколько не сомневался. Впрочем, выспаться мне не дали. Проявив редкую даже в бизнесменах догадливость и расторопность, Боря явился во дворец Поклюйского через три часа, и не один, а в сопровождении компетентных товарищей Михаила и Василия, которые буквально светились от служебного рвения. Из чего я заключил, что в органы не стали вот так с бухты — барахты отказываться от услуг вернувшихся с того света людей.
Взаимные приветствия и похлопывания по плечу разбудили даже Ираклия Мораву, который тут же с ходу захворал с похмелья и не успокоился, пока ему не поднесли полстакана довольно кисленького вина.
— Какая гадость, — скривился от отвращения драматург.
— Какая гадость, — скривился от отвращения драматург. — Брошу пить, ну их всех к черту.
— Килечки не желаешь, — ехидно предложил ему Ключевский.
— Уйди, феодал, — попросил Морава. — Не береди душу работнику искусства.
Мой подробный рассказ о кровопролитии в храме Световида, поверг компетентных товарищей в шок. Мир был, можно сказать, в шаге от окончательного краха, и только чудо сумело его предотвратить.
— Я бы посадил этого сукина сына, — почти простонал Василий. — Лет двадцать пять я бы ему точно впаял.
— А вот это еще бабушка на двое сказала, — покачал головой Ключевский. — Каждый человек имеет право на самооборону. Хороший адвокат в два счета бы доказал, что, во-первых, его подзащитный всего лишь жертва, а во-вторых, действовал из самых чистых побуждений, пытаясь вырвать из рук преступников свою невесту.
— А автомат Калашникова у него откуда? — возмутился Василий.
— Автомат Калашникова стреляет пулями, а не золотыми стрелами.
— Не понимаю, к чему вы затеяли этот дурацкий спор?! — рассердился Крафт.
— Мы это к тому, Вацлав Карлович, что этот юный негодяй может навалить здесь в Москве кучу трупов, а наши правоохранители будут только руками разводить. И первой его жертвой может стать тот самый тип, по милости которого мы едва не потерпели авиакатастрофу. Вам удалось установить его фамилию?
— Кабанов Лев Михайлович, — поделился с нами добытыми сведениями Михаил. — Сокольский утверждает, что о нашем устранении не было и речи, но, видимо, в последний момент у кого-то из руководителей операции сдали нервы.
— А кто поручится, что они не сдадут еще раз? — спросил с усмешкой Ключевский, на что компетентный товарищ только руками развел.
