— Вы дали мне неверную информацию, Великий Ширгайо, — упрекнул я волхва, — в замке Шаузель нет и никогда не было никакого Светозара.
Мне показалось, что после этих моих слов верховный жрец вздохнул с облегчением. Он равнодушно глянул на сира Антуана и перевел глаза на девушку:
— Это ее дочь?
— Да.
— А где мои Соколы?
— Они идут морем. Ждите их дня через четыре.
— Вы сняли камень с моей души, князь Вадимир, — проговорил хрипло жрец, — примите мою искреннюю благодарность.
— У меня есть для вас и неприятная новость, великий Ширгайо, — Светозар родился. Более того он уже успел посвататься к прекрасной Маре.
На лицо верховного жреца набежала тень. Судя по всему, он располагал о женихе Марьи Моревны какими-то важными сведениями, которыми не спешил делиться со мной. Мне пришлось вслух выразить по этому поводу огорчение.
Мне пришлось вслух выразить по этому поводу огорчение.
— Я полагал, что ваш отец, Великий Всеволод, посвятил своих сыновей в тайну древнего пророчества.
— Увы, Великий Ширгайо, жрецы высокого ранга посвящения редко бывают откровенны даже с близкими людьми. Не мне судить отца, но в данном случае чрезмерная таинственность только вредит делу.
— Вы правы, князь Вадимир, — кивнул головой мрачнеющий прямо на глазах Ширгайо, — тем более что поставленная перед вами задача остается в силе. Вы должны убить Светозара, во что бы то ни стало. Вы знаете, что Лада, мать этой девушки была вашей сестрой?
— Первый раз слышу, — честно признался я.
— И тем не менее, это так. Лада была дочерью Великого Всеволода. Наш брак был одобрен двумя богами Световидом и Велесом, и ни что, кажется, не предвещало трагической развязки. Потом случилось то, о чем я вам уже рассказывал: Лада объявила о своей беременности.
— И вы ей не поверили, — кивнул я головой.
— Я сказал вам неправду, князь Вадимир. Мы ей поверили, и я, и ваш отец Великий Всеволод. Но мы оба вспомнили о древнем пророчестве, правда, это произошло только тогда, когда мне явился сам Световид. Он сказал, что допустил ошибку. Боги тоже ошибаются, князь Вадимир. Когда-то очень давно бог Световид встретил девушку, ее матерью была Волчица, а отцом Бер. Дочь Волчицы и Бера родила от бога близнецов, мальчика и девочку, и это было началом конца. Девочку звали Мара, а мальчика Светозар. Эти двое, войдя в зрелый возраст породили монстра, пожравшего весь мир. Слухи о той катастрофе дошли и до нас, вот почему мы испугались, и я, и Всеволод. Мы решили принести Ладу в жертву богу Световиду. Пусть бог сам разбирается со своим потомством. Но тут в дело вмешался заезжий франк, будь он проклят.
— Вы имеете в виду Пьера де Шаузеля?
— Да, его звали именно так. Несколько раз мы пытались взять штурмом его замок, но каждый раз путь нам преграждали злые духи навьи. Я рад, князь Вадимир, что тебе удалось их превозмочь. Твой отец Великий Всеволод оказался прав, и тебе нет равных среди чародеев этого мира.
Похоже я совершенно напрасно притащил несчастную Марью Моревну в это логово язычников. Чего доброго Великий Ширгайо вздумает принести в жертву дочь, если ему не удалось разделаться с матерью. Я оглянулся, ища глазами девушку, но верховный жрец перехитрил меня.
— Я ее спрятал, — кивнул головой Ширгайо, с кривой усмешкой на тонких губах. — Вы с ней одной крови, князь Вадимир. Я тоже славянин и знаю, что это такое. Но ты ее получишь назад, живой и невредимой, как только убьешь Светозара.
— А кто помешает тебе убить ее, как только я покину этот храм?
— Нельзя убить дочь бога, князь Вадимир, ибо в ней заключена сила плодородия нашей земли. Неужели ты считаешь меня сумасшедшим?
Если говорить откровенно, то да, я считал Великого Ширгайо человеком сдвинутым по фазе, уж слишком сильно расходились наши представления о мире. Впрочем, в данном случае его суеверие возможно пойдет мне на пользу и сохранит жизнь несчастной девушке.
— Но ведь твоя бывшая жена Лада родила только девочку, а значит, пророчество не сбылось?
— Ты же сам сказал, что Светозар уже посватался к Маре. Или меня подвели мои уши.
— Светозара родила совсем другая женщина, я знаю это совершенно точно, Великий Ширгайо.
— Теперь это уже не имеет значения. Боги часто бывают близоруки в своих отношениях с земными женщинами. Возможно, их было две. Возможно, Пьер де Шаузель спрятал мальчика, дабы не искушать судьбу. Мне нужен труп Светозара, князь Вадимир.
— И ты не боишься последствий, требуя убить сына бога?
— Сын Световида может принадлежать только небу, земля всегда будет слишком тесной для него.
Или жрецы Чернобога считают иначе?
В последних словах Великого Ширгайо мне послышалась угроза. Этот безумец, в страхе перед концом света, чего доброго, мог объявить войну всем ближникам Велеса. А мне менее всего хотелось, давать повод к религиозной войне. Я, правда, не был знаком с Великим Всеволодом, и Марья Моревна не была моей племянницей, но это, разумеется, не снимало с меня ответственности за их жизни.
— Хорошо, вы получите Светозара, Великий Ширгайо, живым или мертвым.
— Только мертвым, князь Вадимир, слышите? Мертвым и никак иначе. Ибо убить его можете только вы.
— Но почему?
— Спросите об этом своего отца. А еще лучше свою матушку.
— Вы, кажется, пытаетесь меня оскорбить, Великий Ширгайо?
— Клянусь Световидом, нет. Я всего лишь пытаюсь выразить вам свое восхищение, князь Вадимир.
Намек был более чем прозрачен. Похоже, что и Великий Ширгайо, и Великий Всеволод, считали некоего князя Вадимира сыном бога Велеса. Вот только непонятно, какое отношение этот человек имел ко мне, и какими качествами он обладал, чтобы заслужить столь лестное подозрение в божественном происхождении. Или я опять сталкиваюсь со своим отдаленным предком, чьи ошибки мне придется исправлять, как это уже было в далекой Атлантиде? Ведь у царя Аталава не возникло и тени сомнения в том, что я его сын. Более того, он сделал все от него зависящее, чтобы спасти своего непутевого отпрыска и позволить ему невредимым уйти из обреченной крепости. Кто-то опять пытается моими руками переиграть ситуацию в свою пользу, не очень считаясь с тем, что Вадиму Чарноте может и не понравиться конечный результат.
— Нам вернут наших коней?
— К вашим услугам мои конюшни, князь Вадимир. Не смею вас больше задерживать.
— А я не прощаюсь, Великий Ширгайо. В данных обстоятельствах это было бы плохой приметой.
— Вас проводят за стены города. Счастливого пути, князь Вадимир.
Город Аркона был велик, во всяком случае для средневековья. По моим прикидкам здесь могло проживать никак не менее ста тысяч человек. И большинство его зданий были каменными. К сожалению, предрассветные сумерки мешали мне их рассмотреть. Да и волхв, назначенный в проводники Великим Ширгайо вел нас по глухим улочкам и делал это, видимо, не случайно. Верховный жрец храма Световида, судя по всему, опасался, что чей-то недобрый глаз опознает во всадниках сыновей Великого Всеволода и растрезвонит о темных делах божьих ближников всему свету. Через крепостные ворота нас выпустили беспрепятственно, видимо, городской страже и в голову не пришло, ставить под сомнение слово сопровождавшего нас волхва.
— Почему они построили храм из дерева? — спросил я у Марка, когда мы оказались в чистом поле за стенами величественного города. — Ведь они умеют обращаться с камнем.
