— По моим сведениям, в замке Шаузель сегодняшней ночью намечается одно весьма загадочное мероприятие.
— Откуда такие сведения? — насторожился я.
— У меня есть в этом замке агенты. За синьором де Шаузелем нужен глаз да глаз. Этот сукин сын собрал здесь кучу всяких шарлатанов и ныне у них намечается что-то вроде вселенского шабаша нечистой силы.
— И куда интересно смотрит святая инквизиция, — возмутился я.
— А ты куда смотришь?
В эту минуту я смотрел на человека, который шел по замковому двору, освещая себе путь факелом. Отсутствие нормального электрического света, это по моему мнению самый большой недостаток средневековых замков. Привыкнуть можно ко всему, даже к отсутствию телевизора, но вид здешних светильников и факелов повергал меня в тоску. Во-первых, все они страшно воняют, а во-вторых, при обилии открытого огня обладают крайне малыми функциональными возможностями, что мешает заинтересованным людям опознать нужный объект даже на расстоянии десятка шагов. Но этого шагающего по двору типа я, кажется, опознал.
— Я смотрю на Сеню.
— Какого еще Сеню? — не понял меня Марк.
— На Мордреда, сына достославной феи Морганы.
Мордред сопровождал Медузу Горгону во время ее визита в замок Перрон, но куда-то пропал во время случившегося там катаклизма. Точивший на него зуб Марк Ключевский был этим обстоятельством крайне огорчен. Но теперь у него, кажется, появилась возможность посчитаться с хитромудрым Сеней по полной программе, а заодно и выяснить, за каким чертом он приперся в замок Шаузель. Благородного Мордреда-Сеню мы перехватили на террасе и в два счета загнули ему салазки. Наш старый знакомый попробовал было издать крик, но мы успели заткнуть ему пасть кляпом. После чего я, заметая следы, бросил горящий факел в ближайшую бадью с водой, и он с шипением угас, оставив нас почти в полной темноте. Впрочем, запасливый Марк тут же зажег фонарик. Никем не замеченные мы удалились с террасы, утащив с собой и ценного информатора, пропажи которого никто, кажется не заметил.
Ключевский лучше меня ориентировался в чужом замке и без труда отыскал укромное местечко, где мы могли обстоятельно поговорить с Сеней. Кажется, это помещение использовалось хозяевами в качестве кладовой для не особо ценных вещей. Во всяком случае, мы без труда отыскали почти что целую скамью, на которую и усадили нашего норовистого пленника. Пришедший в себя от неожиданного нападения сын даровитой мамы попробовал было брыкаться, но, распознав в нас старых знакомых, затих и призадумался. Ключевский с помощью зажигалки зажег два расположенных над дверью светильника, после чего мы приступили к допросу врага народа.
— Я не враг народа, — попробовал оправдаться Мордред, когда мы вытащили кляп у него изо рта.
— Тогда ты враг рода человеческого, — поправился я. — Что, по-моему, еще хуже.
— От оборотней слышу, — не остался в долгу Сеня.
— Он ведь у нас, кажется, вампир, — припомнил еще одно прегрешение Мордреда Марк де Меласс.
— Клевета, — дернулся Сеня. — То есть я был вампиром, когда служил Дракуле, но богиня Артемида меня излечила от этого гнусного порока.
— Какая еще Артемида? — удивился я.
Сеня промолчал. То ли сообразил, что сболтнул лишнее, то ли разбирался в греческой мифологии еще хуже, чем я. Тем не менее, мы не могли оставить столь интересный факт в биографии нашего старого знакомого без внимания. Для стимулирования отзывчивости пленника, Марк слегка пощекотал ему ребра. Сеня намек понял и выразил готовность к сотрудничеству.
— Она явилась мне во сне.
— И где ты видел этот сон?
— Здесь, в замке Шаузель.
— А как ты попал в этот замок?
— Мы перебрались сюда из замка де Перрон вместе с феей Морганой, в ту ночь когда там стены тряслись.
— А как тебе объяснила сей скорбный факт знаменитая волшебница?
— Никак. Я ее не спрашивал. Был счастлив, что вообще унес оттуда ноги.
— А на горе Меру ты был?
— Я был у подножья. Когда все вампиры пали замертво, я почему-то уцелел. Правда, едва не помер от страха, пока крался вслед за вами по подземелью замка Перрон. Там же кругом черепа да кости.
— А почему ты нас не окликнул? Сейчас бы дома пиво пил.
— Ага, — шмыгнул носом Сеня. — Так я вам и поверил.
Пока что у меня не было причин не доверять пособнику Дракулы. Он действительно мог уцелеть после катаклизма на горе Меру, где сгинули его хозяева, Люцифер и Медуза Горгона. Судя по всему, Сеня стал вампиром, находясь в здравом уме и твердой памяти, а потому смерть покровителей не повлияла фатально на его физическое состояние. В могилы вернулись только те, которые из нее поднялись волею даровитых магов.
— Я так понимаю, что ты родился в веке двадцатом?
— А то когда ж еще, — обиделся Сеня.
— А когда продал душу дьяволу? — грозным голосом завзятого инквизитора произнес Марк де Меласс.
— Не продавал я души, — заартачился упрямый Мордред. — Мне за нее никто копейки не дал.
— Выходит, ты бесплатно работал на Дракулу?
— Нашли дурака, — обиделся Сеня. — Влад Дракунов хорошо платил и работа поначалу была непыльная. Кто ж знал, что он вампир. Меня с ним Фрол свел, когда я после зоны без гроша в кармане сидел. Поработай, говорит, на хорошего и щедрого человека. Гад!
— А кто он такой этот Фрол?
— Кореш. Кирилл Фролов. Не думал я, что он меня так гадски подставит. Если вернусь домой, я ему бороденку повыщипаю.
— А с Анастасией ты где познакомился?
— В театре. Она там работала.
— А с Анастасией ты где познакомился?
— В театре. Она там работала. Фролов ее в ресторан водил. Иуда. Но я же тогда не знал, что она ведьма. Красивая баба и все. А потом, когда я в этот замок вернулся, она уже здесь была. Сказала, будешь служить теперь мне.
— И ты согласился?
— А куда деваться. Я в этом заповеднике гоблинов всем чужой. А Настя обещала меня домой вернуть. Вот, говорит, примем роды и катись ты, Сеня, в свою Россию.
— Какие еще роды? — не понял я. — Кто рожать-то будет?
— Не знаю, мужики, клянусь мамой. Но тут такой шухер поднялся. Анастасия уж целый месяц колдует. Каких-то странных типов вокруг собрала. Каждую ночь здесь у нас если не гром, так молния. Вся дворня в ужасе. Сам Антуан тоже икру мечет. А Анастасия его успокаивает. Не бойся, мол, сир, еще день-другой и солнце засияет над нашей головой и устрашенные рыцари Тьмы сгинут в преисподней. Я так понял, что рыцари Тьмы это ты, Чарнота и твой друг актер.
— А ты что, видел меня на сцене? — удивился Марк.
— Видел. Ты Ивана-царевича играл. Пудрил, значит, мозги доверчивой публике.
— Темнота, — обиделся даровитый Ключевский, — что ты понимаешь в искусстве.
— Все вы одним миром мазаны, — обреченно махнул рукой Сеня. — Одно слово — темные силы нас злобного гнетут. Мне бы только домой попасть, а там…
— А там тебя уже ждут сотрудники ФСБ Миша и Вася, которых ты, надо полагать, еще не забыл.
— Ох, мать честная, — схватился за голову Сеня. — Но ведь это не я их в свиней превращал. Я всего лишь заманил их в замок.
— Вот и объяснишь все это компетентным товарищам. Короче, Мордред, будешь работать на меня, я тебе помогу отмыться, а если нет, то загремишь по совокупности лет на двадцать, а то и на пожизненное. За Дракуновым ведь много чего в Российской Федерации числится. А спросить не с кого, все его братки померли в одночасье, и мало того, что померли, так еще и рассыпались прахом. Можешь себе представить степень разочарования работников прокуратуры? Они буквально рвут и мечут в поисках живых членов банды Дракунова.
