— Я знаю, он направил волка, и я до сих пор мокрая от его шершавого языка.
Тина рассмеялась:
— Он сказал, что ему нужно в другие миры сходить, там происходит неладное.
Криса кивнула и с тревогой посмотрела на побледневшее лицо матери.
— Тебе опять плохо?
— Я терплю. Скоро это кончится.
У Крисы навернулись слезы на глаза.
— Не говори так, мама.
Тина через силу улыбнулась:
— Твой отец мне давно сказал, что я умру раньше, чем тебе исполнится пятнадцать лет.
— Но мне всего тринадцать… Я вылечу тебя, мама, когда стану постарше и буду больше уметь.
— Нет, — Тина покачала головой. — Даже твой отец ничего не может сделать. Это не обычная болезнь.
— Ты совсем не старая, мама, чтобы умирать.
— Дело не в годах, дочка. Я слишком часто и неразумно пользовалась своим даром, это расплата. Как объяснял твой отец, это как?то связано с циклами обновления клеток. Используя повышенную энергетику, я что?то нарушила в снабжении клеток.
Я не умела брать энергию из того, что нас окружает, а брала ее из своего тела. Тебя я научила так не делать, а меня некому было учить, поэтому скоро умру. Ты должна быть к этому готова. Я устала от этой постоянной боли, теперь часто даже твой отец не может облегчить мои страдания.
— Мне будет трудно без тебя, мама.
Тина грустно улыбнулась:
— Я знаю, только ты и держишь меня в этом мире. Ты и твой отец, я до сих пор радуюсь каждому его прикосновению…
Это был трудный путь.
Ты и твой отец, я до сих пор радуюсь каждому его прикосновению…
Это был трудный путь. На улицах почти не было людей, только машины. Ему часто приходилось переходить на другую сторону улицы. Каждый прибор, останавливающий поток машин, был снабжен стеклянным окошечком.
Он потратил много сил и энергии, прежде чем добрался до городского парка. Проход в другой мир был здесь, в самой дальней и запущенной его части.
Зелень в парке умирала, дыша испорченным воздухом. Кир и сам был на грани. Этот мир и этот воздух забирали у него все силы, слабость его становилась все сильнее, и он уже стал бояться, что не успеет добраться до прохода а если и доберется, не почувствует его.
Проход был у всех на виду — потрескавшаяся скала с небольшим выступом, на котором и играло невидимое для других радужное пятно. Он с трудом забрался на скалу и втолкнул себя в небольшую нишу. Грудь сдавило, он закашлялся, выбрасывая из легких испорченный воздух, рванулся — и оказался в своем мире.
ГЛАВА 5
Они вышли на луг, на котором паслись овцы, но не успели сделать и нескольких шагов, как услышали чей?то суровый голос:
— Стойте на месте или получите стрелу в спину.
Корвин напрягся, его рука скользнула к кинжалу и сжала его рукоятку. Дара с беспечной улыбкой повернулась к говорящему и сказала:
— Мы идем без злых намерений и по важному делу к вашему королю.
Корвин медленно повернулся и увидел молодого мужчину с луком. Рядом с ним стоял второй, сжимая обнаженный меч.
— Положите ваше оружие на землю, — сказал лучник, не сводя с них напряженного взгляда.
Дара посмотрела на Корвина и громко сказала:
— Мы подчиняемся вам, — и тихо добавила: — Положи оружие, Корвин. Мы не будем беззащитны, у нас есть мой камень.
Корвин кивнул, расстегнул пряжку ремня, и пояс с оружием упал на землю. Дара сделала то же самое.
— Несколько шагов назад, — скомандовал лучник. Дара и Корвин осторожно попятились назад. Она тихо шепнула:
— Волчицы видят их и держат на прицеле.
— Ты чувствовала этих людей?
— Да, они слышали, как мы идем.
— Значит, ты специально обвалила тот камень? — спросил Корвин.
— Конечно, — улыбнулась Дара. — Иначе они могли бы испугаться и пустить в нас стрелу раньше, чем мы успели объясниться.
— Не шептаться, — приказал лучник. — Крон, посмотри на их оружие.
Мужчина с мечом приблизился к лучнику, и оба стали рассматривать их мечи, следя за волчатами боковым взором. К ним подошел еще один человек. Этот мужчина был стар и опирался на посох. Он долго разглядывал Дару и Корвина, потом сказал:
— Свяжите их и отведите в селение. Крон, если будет нужно, возьмешь лошадь и отправишься во дворец, король должен узнать об этом. Но предварительно поговори со стрелком, он скажет, что делать. — Старик еще раз внимательно их осмотрел и спросил:
— Какое у тебя важное дело, девочка?
Дара улыбнулась:
— О своем деле я могу сказать только вашему королю.
Старик тихо рассмеялся:
— Что ж, Крон, скажешь стрелку и это.
Даре и Корвину связали руки и повели по узкой тропинке вниз. Лучник шел сзади, по?прежнему держа их под прицелом. Крон, не выпуская из рук меча, шагал с ними рядом, помогая в тех местах, где тропинка была слишком крутой.
Дара сосредоточенно глядела себе под ноги, боясь оступиться, со связанными руками на крутой горной тропе это было бы опасно.
— Знаешь, — сказала она тихо Корвину, — наш приход сюда мне уже не кажется хорошей идеей.
Корвин ободряюще улыбнулся ей:
— Ты просто боишься, но ты все равно должна была это сделать.
— Молчите, пособники черных жрецов! — сказал с ненавистью Крон. — Скоро вы предстанете перед судом короля Рона. Я думаю, вас прикуют к скале и стервятники вдоволь вами полакомятся.
Неожиданно Крон споткнулся и кубарем покатился вниз. Корвин искоса взглянул на Дару и прошептал:
— Больше так не делай, ладно? Нам хватит неприятностей без этого.
Дара невинно пожала, плечами, продолжая осторожно спускаться.
— Здесь нужно очень осторожно ходить, — сказала она громко, обращаясь к человеку с мечом. — Вы не ушиблись?
Крон выругался, сплюнул и пошел впереди. Лучник рассмеялся.
— Ты стал неуклюжим, Крон. Дети в этом не виноваты.
— У них оружие убийц! — крикнул Крон. Лучник пожал плечами и чуть ослабил тетиву перед очередным спуском.
— Оставь выводы королевскому суду, наше дело только доставить их в селение и как можно быстрее вернуться. Вдруг вслед за ними придут другие…
Крон после этих слов прибавил шагу. Дара и Корвин теперь едва поспевали за ним.
Селение открылось за очередным поворотом тропинки. Дома были сделаны из камня, некоторые были в несколько этажей, и каждый из домов был похож на миниатюрную крепость. Во всех домах были узкие окна с железными ставнями.
Из?за небольшой каменной пристройки навстречу им вышел седой мужчина с мечом, рукоятка которого торчала из?за левого плеча. Холодные бесстрастные глаза воина оглядели Дару и Корвина и вопросительно посмотрели на Крона.
Тот молча положил на землю два узла с их заплечными мешками и оружием и развернул их. Седой мужчина едва заметно кивнул Крону и сказал:
— Отправляйтесь обратно, эти дети больше не ваша забота.
Он еще раз внимательно оглядел Корвина. Его глаза, казалось, заметили все: как он стоит, выражение его лица; и как он встретил этот холодный оценивающий взгляд.
— Идите за мной, — сказал седой мужчина и пошел вперед по дорожке, выложенной камнями. Корвин и Дара переглянулись между собой и настороженно пошли за ним. Крон и лучник шли сзади. Седой открыл дверь небольшого дома с единственным окном, забранным решеткой,
— Ждите, — сказал он. — За вами придут.
Одним быстрым незаметным движением он перерезал веревки кинжалом и втолкнул их внутрь. Дверь закрылась, и они услышали лязганье засова.
— Зачем тебе понадобился король? — спросил Корвин, когда они остались одни.
