— Она сейчас уйдет, — с непонятной уверенностью произнесла Арэлл и медленно пошла навстречу животному?сторожу. Гай дернулся было вперед, но заставил себя остаться на месте. Махара рыкнула негромко, еще раз втянула носом воздух. Позволила элланке приблизиться, обнюхала ее ладонь. Подняла голову, посмотрела на Атэра разумными, ярко блестящими глазами и одним длинным прыжком скрылась в темноте.
Подняла голову, посмотрела на Атэра разумными, ярко блестящими глазами и одним длинным прыжком скрылась в темноте.
— Ужас какой, — прошептала Гермия, выпуская локоть эллана.
— Будешь за меня хвататься, — любезно откликнулся ей тот, — в следующий раз руки отобью.
— А вы меня не пугайте! — с достоинством заявила нахалка. — Тоже мне лурий?защитник!
— Идемте, — велел Гай. — Нужно спешить. И, Арэлл, прошу, не нужно так рисковать. Она могла ранить тебя.
— Не могла. Она поняла, что мы просто хотим пройти.
— По?моему, это хорошая примета, — неожиданно сказал Октавий. — Мы прошли без боя.
Ну да, кому, как не ему, несостоявшемуся жрецу, разбираться в приметах. Хотя, может, он прав.
На поверхность они выбрались уже за городом. Тоннель вывел на склон реки. Рэйм остался за спиной. В свете утра он казался серым.
Атэр вспомнил, как входил в него. В компании ангела и демона. «Свет и тень станут рядом… А теперь я сам бегу от них».
Гермия сверкала счастливыми глазами из?под капюшона и сдерживала улыбку. Чему радуется, дурочка?! Улыбаться можно будет, когда столица империи останется далеко позади.
Арэлл с непонятной тоской смотрела на город. Октавий заметно прихрамывал, морщился от боли и, похоже, не притворялся.
Критобул машинально поглаживал себя по груди. Там, под лорикой, был спрятан мешочек с пеплом брата. Юлий вглядывался в горизонт, прикрыв глаза ладонью. Гай хмурился, думая о чем?то своем, и поглаживал рукоять меча.
— Куда теперь? — спросил Марк, вытирая потное, несмотря на холод, лицо.
Эллан посмотрел на него как на сумасшедшего.
— Куда?! В Элл иду, конечно.
— За нами будет погоня, — предупредил Октавий.
— Да, как же! Найдут они нас! Я закрыл дорогу. Стер наши следы.
— Тогда вперед. — Гратх стер с лица следы задумчивости. — За тем холмом, в роще, лошади. Пешком мы далеко не уйдем.
Лошадей оказалось восемь. Интересно, когда преторианец успел привести их сюда? Гермия села на предназначавшуюся Аристиду.
— Отлично, — оживился Критобул, взгромоздившись на своего гнедого жеребца. — Атэр, ну где ты там?!
Минуту назад эллану показалось, что на одном из холмов стоит высокий человек в черном плаще, край которого эффектно развевается на ветру, и смотрит им вслед. Но теперь он не был уверен, что ему не почудилось.
Он пришпорил свою лошадь и поскакал за остальными.
ЭПИЛОГ,
на котором лично для меня ничего не заканчивается…
Энджи стоял у окна. Услышал мои шаги, но даже не повернул голову.
— Ну что?
— Ничего. Его нет. Нигде. Пропал.
Рэйм гудел. Этой ночью из тюрьмы бежала преступница — элланка Арэлл. То есть ей помогли бежать. Доблестные охранники — те, что остались в живых после дерзкого нападения — рассказывали, что ее украли чуть ли не демоны в человеческом облике. Один из них плевался огнем, другие были вооружены горящими мечами. Они схватили пленницу и унесли ее сквозь стену.
— И можешь мне не рассказывать, кто этот «демон», плюющийся огнем.
Ангел тихо рассмеялся:
— Он многому научился.
— Да. Мы великолепные учителя. И что теперь прикажешь делать?! Я не могу его выследить. Даже если перепашу носом весь Рэйм. Он стер свой след. А с этой штукой в спине я вообще почти ничего не могу. Был в тюрьме. Почувствовал остатки его магии. Но только в самом здании. Куда он пошел потом, непонятно. Видимо, в тайный ход. Но я не нашел его. Может, если достать планы башни…
— Гэл.
Может, если достать планы башни…
— Гэл. — Энджи повернул ко мне спокойное, ясное, улыбающееся лицо. — Он хочет быть человеком. Мы ему не нужны. Он выбрал свой путь. А ты — еще нет.
— Чего я не выбрал?
— С кем ты? С Атэром или с Буллфером?
Я подошел к окну, стал рядом с ангелом. Посмотрел на утренний Рэйм. Этот красивый, отвратный город.
— Бульф давно сделал выбор. Пять тысяч лет назад. Но Атэр не знает, куда идет. То есть ему кажется, что знает, но на самом деле он заложник твоего света, Энджи. Того проклятого ритуала, который вы провели над ним. И мы с тобой тоже заложники. Куда бы ни пошли, как бы ни хотели облегчить свою судьбу, ничего не выйдет — будем двигаться до конца по тому пути, который ты открыл для моего Хозяина.
Партнер молчал. Что он мог сказать? Я был прав во всем.
— И вообще, знаешь ли, ваша светлость, как ты надоел мне вместе со своим Атэром, разговорами о свободе выбора и гуманизме?
Он тихо рассмеялся:
— Знаю.
— Тогда идем покупать лошадей. Я не собираюсь его разыскивать пешком. Надеюсь, ты почувствуешь его. Как только вылечишься от этого города. Или я его услышу, как только избавлюсь от этой дряни в спине.
— Куда поедем? — В Энджи промелькнуло что?то от прежнего образа любопытного, непоседливого четырнадцатилетнего мальчишки.
— Вошли в город с запада. Поедем на восток.
Из Рэйма мы выехали на следующее утро через Южные ворота. Сначала держались городской стены, а затем повернули строго на восток. Мне досталась смирная серая лошадка. Сначала ее волновал седок?демон, но потом присутствие ангела, видимо, успокоило. Энджи ехал рядом, на гнедом кабалтинце, довольно щурился на восходящее солнце и улыбался своим мыслям.
Я вспоминал, как несколько тысячелетий назад мы двигались вместе с Буллфером по таким же дорогам. Пыльным и грязным, разбитым и ухабистым. Шли искать спасения, защиты… власти… еще одного шанса на победу.
А теперь только мы с Энджи по?прежнему стремимся сохранить хрупкое единство. Мы идем вслед за «Буллфером» — как и раньше бешеным, темпераментным и необузданным. Только в этот раз он, то есть мальчишка Атэр, почему?то решил не принимать нашу помощь. Хочет идти один. Но почему? Желает сам завоевать всю славу или бесславие?.. А может быть, мой Хозяин и впрямь необратимо стал человеком? Поэтому?то он и хочет своей жизни, своей любви и изгоняет нас с ангелом.
Но я не могу понять, почему он отказывается от нашей помощи?! Это же прямая выгода! Все для него было бы настолько проще. Мы бы защитили его в этой дурацкой человеческой судьбе. Как уже было не раз, уберегли от опасностей и нелепостей, которые на каждом шагу могут прервать любую, самую великую, но беспомощную человеческую жизнь.
Я в очередной раз покрутил головой, пытаясь засечь хотя бы отголосок существования мальчишки.
Ничего.
Научил на свою голову! И где теперь искать упрямого остолопа?..
— Мы не нужны ему, Гэл, — сказал Энджи, словно прочитав мои мысли. А может, и правда прочитал.
— Знаю. Мы ему не нужны, — повторил и я и добавил то, о чем мы думали вместе, но не произносили вслух: — Это он нам нужен.
