— Ну чего встали там? Не видали, что ли, на что способен настоящий рыцарь? — человек многозначительно нахмурился в ту сторону, и потасовка немедля возобновилась.
Мало-помалу дёргания лежащего на грязном полу тела прекратились, а в нечеловечески зелёных глазах появился осмысленный блеск.
— Кто таков? — с напускной суровостью вопросил молодой человек, хотя в глубине его всё смеялось. Шутка ли — если раньше жизнь вытворяла с ним что хотела, то теперь он сам ухватил поводья и может поворачивать, куда ему заблагорассудится!
Поначалу голос эльфа вовсе не мелодично сипел и булькал. В самом-то деле, столько лет в петле болтаться, чудесным образом сохраняясь телом в приемлемом состоянии! Мелькнула даже у парня подспудная мыслишка, что ради него одного это и задумано было — но по здравом размышлении он её отбросил. И в тот момент, когда воодушевлённый элем, а пуще доверием господина Урук таки стал биться на равных с напирающей на него толпой проходимцев, щедро раздавая тумаки и пинки, к перворождённому наконец вернулся голос.
Выяснилось, что зовут того Хэлларен Нахрагаль как-то там ещё и вдобавок Тинувиэль чуть ли не сим-сим. Лет эдак двадцать назад, когда корчмой заведовал ещё папаня Шрокена, которому в конце концов один подвыпивший хоббит пырнул в брюхо зачарованным кинжалом, прорвался в эти края на разведку отряд перворождённых — да срочно отступил ввиду напрочь превосходящих сил Тёмных.
— Ну, а мне не повезло, — эльф повздыхал, потирая шею, а потом пожал плечами. — Коня подо мной убили, ну и…
Рыцарь понимающе покивал, и только сейчас обратил внимание на несколько, как бы это сказать, не те пропорции храбро пытающегося подняться с пола остроухого.
— А ведь, пожалуй, ты не эльф — а эльфа. Или эльфя? Эльфка или эльфийка?
Больше всего ворчал и причитал по этому поводу Шрокен — дескать, не разобрались тогда по запарке, а то могли бы сначала всем скопом и огулять.
— Больно ты резвый, как я погляжу, — парень отчего-то почувствовал, как изнутри вновь поднимается мутная ледяная волна.
Он тут же поймал насторожившегося и разом прекратившего ныть гоблина за шиворот. Другой рукой ухватил сзади за пояс — и в полёте отправил барахтающегося корчмаря в общую свалку.
Там встретили новенького восторженным рёвом и щедрыми тумаками. Коль скоро потасовка закипела по-новой, парень оставил её своим вниманием и вернулся к эльфке.
— Что умеешь, Хэлль?
Мимо пролетел пущенный неловкой рукою кувшин. Перворождённая ловко увернулась, скорчила в сторону новоявленного рыцаря рожицу по поводу столь варварского сокращения своего благородного имени — и храбро попыталась встать на ноги. Ну что ж, коль дворянин уже чуть ли не явственно намекнул, что подумывает взять ту на службу, то подать ей руку и помочь утвердиться на своих двоих было вовсе не зазорно…
— Всего понемногу, — девица кисло кивнула в знак благодарности и потёрла ещё ноющую шею.
Затем вздохнула, набираясь решимости.
И с неожиданной ловкостью ввинтилась в кабацкую драку.
— Наших бьют! — азартно завопила она и отвлекла от Урука одного из двух дюжих троллей, которые уже почти вышибали из орка дух.
Парень не придумал ничего умнее, нежели вернуться за свой стол и поднять за успех своих… гм, людей, кружку молока — благо служанка притащила ещё. Да и зрелище, право, стоило того. Драка вспыхнула словно огонь, в который плеснули щедрою рукою земляного масла, и кулаки да подручные предметы замелькали с удвоенной скоростью.
В конце концов, орудующая слаженно, плечо к плечу парочка таки внушила к себе должное уважение. Сначала на их сторону переметнулся тролль-лесоруб с той ещё рожей, будто ею долго и с упоением возили по стволу вековой сосны. Затем вдобавок пара гоблинов со злыми и разбитыми харями сообразили, что тут к чему — и постепенно они заставили всех остальных оказаться со стонами и сдавленными проклятиями на полу.
— Ну что ж, вполне, — сир рыцарь жестом показал — прекратить. И добавил, что если эти трое покажут себя достойно в одном деле, то он берёт их к себе солдатами под начало сержанта Урука. Надо ли упоминать, как гордо выпятил грудь изрядно помятый, но непобеждённый орк?
Постанывающего корчмаря с подбитым левым глазом бодрая пара гоблинов весело оттарабанила на кухню. Тролль угрюмо пожал лапу орку, а отделавшаяся парой синяков эльфка принялась пинками и тумаками поднимать на ноги остальных пострадавших. И стало быть, костяк будущего отряда уже намечался…
— Слушай, Шрокен, а найдётся у тебя ведёрко чего-нибудь эдакого? — рыцарь непонятно покрутил в воздухе ладонью, поглядывая как двое побитых но неунывающих доходяг из числа местных ладили на место вывороченную вместе с косяком дверь. — Чтоб горело хорошо?
На заплывшей здоровенным синячищем и слегка оттого перекособоченной физиономии слегка очухавшегося гоблина живенько изобразилось понимание. Он поскрёб себя по грязной макушке с остатками волос, и нехотя кивнул.
— Да я тово, сир рыцарь, на пробу перегнал немного самогона на чистый дух. Такая зараза вышла — прошу прощения у вашей милости — что никто и пить не в состоянии, даже эти оглоеды, — он кивнул в сторону вернувшейся к своему излюбленному занятию толпы.
Изложенный молодым человеком план севшему за его столик и почтительно внимающему отряду показался простым и чуть ли не гениальным. А потому, уточнив пару деталей и возможные пути отхода, не мешкая отправились в путь — благо хмурое здешнее утро уже грозило перерасти в самый что ни на есть настоящий, ненамного менее хмурый день…
Ох и путаные, нехорошие здесь стёжки-дорожки! — мысль эта обожгла, всполошила задремавшие было от равномерного покачивания седла мысли и погнала их словно ветер стаю ворон.
Итак, всё-таки дворянин древнего рода, уж клятва принятия на службу о том говорила недвусмысленно. Всех продрало до печёнок. Да и судя по всему, маменька как бы не Светлой жрицей была — вон как карёжило того упыря от одного запаха. С другой стороны, тёмные, так и гуляющие в душе волны явственно намекали, что папенька оказывался скорее всего чёрным колдуном. Вот уж странный мезальянс… но как парень ни пытался вспомнить своё имя, в голове поднимался только лёгкий звон — да такой, что в конце концов она разболелась.
— Урук, то зеркало в корчме зачарованное? — с высоты седла он наблюдал, как тощая эльфка что-то распутывала в явственно завязавшихся чуть не морским узлом тропинках.
— Точно так, ваша милость, — пробасил орк и почти что вежливо сплюнул щепку в сторонку — здоровенную шипастую дубину он буквально выгрызал зубами из целого ствола не такого уж и молоденького дубка.
— Точно так, ваша милость, — пробасил орк и почти что вежливо сплюнул щепку в сторонку — здоровенную шипастую дубину он буквально выгрызал зубами из целого ствола не такого уж и молоденького дубка. — Шрокен баял, что когда-то пришлый колдун зачаровал, шоб оборотней и светлых сразу тово… обличало.
Молчаливый тролль с угрюмой харей занимался тем же — разве что его дубина оказывалась на пяток фунтов потяжелее. Он кивнул в полном согласии со словами сержанта, и с душераздирающим хрустом вгрызся в плотную древесину.
В это время эльфка распрямилась с усталым но довольным Уфф! и ловко словно белка взлетела в седло к рыцарю.
