— Инженер проверять аппарат, это есть истинный закон любой цивилизованный страна! — уперся на своем усатый ворчун.
— Проверять? А он не рванет, часом? — продолжал сомневаться колдун. — Вон, орки недавно рассказывали, как на огненной бочке своего шамана запускали. До сих пор кости собрать не могут…
— Kann sein, — пожал плечами пилот и задумался. [7]
Но трудные и неприятные мысли не могли надолго задерживаться в голове доблестного тевтонского рыцаря, и герр Ганс решительно рубанул кулаком:
— Курить найн, остальное — ja, ja! На борт! Мы лететь испытательный полет! Немедленно!
Вздохнув, мистер Данбартоншир уступил. Похоже, только испытав неведомый механизм, можно было спровадить настырного гостя домой. Шагнув в хлипкую корзину, старик покрепче ухватил первую попавшуюся веревку и с угрозой пообещал:
— Только ты смотри, а то… Если чего не так, я тебе эту штуку знаешь куда засуну?
— Все есть хорошо! Мы лететь! — отмахнулся толстяк и дернул какой-то рычаг.
Рванувший подобно удалой тройке, дирижабль лихо набрал высоту и начал кружить над деревней.
Рванувший подобно удалой тройке, дирижабль лихо набрал высоту и начал кружить над деревней. Вывалившийся от неожиданности за борт колдун висел на длинной веревке и орал что-то идейное, судя по непрерывности и громкости. От неожиданности он забыл все заклинания и теперь болтался над лихо мелькающими под ногами домами, заборами и разбегающимися в разные стороны крестьянами.
Тем временем герр Ганс, довольный тренировочным полетом, бодро крутил штурвал и распевал во все горло:
— Дойчланд зольдатен, герр унтерофицирен!…
К вечеру бензин в тарахтящих двигателях закончился, и сигара второго «Гинденбурга» опустилась за околицей…
* * *
На следующее утро осунувшийся мистер Данбартоншир убеждал главу района, тыча пальцем в окно:
— Вы же знаете, я человек старый, мне эти новинки ни к чему. А тут прислали, лиходеи, и не знаю, как быть. Выбросить жалко, и в сарае сгниет…
— Китайский, небось? — с интересом разглядывал тушу дирижабля круглый господин в костюме от «Бриони».
— Вот еще! — искренне возмутился колдун. — Из самой Германии! Немецкое качество, лучше любого «мерседеса»! И главное, можно оформить, что с него поля опыляют. И статья расходов хорошая, и никакая проверка не подкопается.
— А чего у него морда усатая нарисована?
— Авангардисты украшали, — покраснел старик, и зачастил: — А главное, там ведь и кожаный салон, два совершенно новых двигателя и совсем без пробега. Подарок, чтоб его…
* * *
Мистер Данбартоншир со слезами радости смотрел, как пара квадратных помощников главы районной администрации старательно привязывает канат к буксировочному крюку джипа. Похлопав по кожаному боку цеппелина, колдун еле слышно прошептал:
— Испытательный полет, говоришь? Будет тебе полет. Испытательный… Наше руководство, оно всегда на праздники испытания устраивает, с водкой и чем покрепче… А как выпьет, так сигару изо рта и не выпускает… Так что будет тебе и курение на борту, и стрельба из ракетниц под пузом… И никакой кайзер нам не указ…
Медленно бороздя небеса вслед за неторопливо покатившим джипом, дирижабль слабо вращал винтами, и ветер доносил обрывки слов:
— Солдатен… Официрен…
Закутавшись в свой балахон, старик стоял и махал на прощанье платочком. Потом промокнул глаза и задумчиво спросил сам себя:
— Может на фейерверк остаться?
Но потом покачал головой и направился к стоящей на парковке подводе:
— Ну его, к лешему. Карму сначала почищу. А то после вчерашнего даже все матерные слова закончились. Надо отдохнуть. Хватит. Налетался…
PS. То, как мистер Данбартоншир понял своего гостя:
1. Это невероятно!
2. Этого не может быть!
3. Быдло.
4. Крестьянин.
5. Прошу прощения.
6. Да здравствует кайзер!
7. Может быть.
07. Инопланетяне мистера Данбартоншира
Мистер Данбартоншир открыл калитку и шагнул во двор, с радостью вдыхая забытые за две недели запахи. Впервые за десять лет удалось вырваться по делам на Шварцвальд, на юбилейный шабаш. И хоть молодежь почти не говорила на классической латыни, да и истинные навыки чернокнижия порастеряли по большей части, но в целом колдун отдохнул от души. Выпито и съедено было изрядно, многих старых друзей удалось повидать. Кое-кто даже не поленился подняться из могил ради такого гостя.
Кое-кто даже не поленился подняться из могил ради такого гостя. И тряхнувший стариной верный потомок шотландских земель вернулся в отличном расположении духа домой, в свою крохотную деревню, затерявшуюся среди бескрайних сибирских просторов.
Скрипуче хлопнула за спиной закрывшаяся калитка, глухо звякнул баварским стеклом заплечный мешок, упав на густую траву, и мистер Данбартоншир ошалело спросил у мужиков, лихо допивающих остатки браги из заветного боченка:
— И как это понимать?
Односельчане с трудом признали в незнакомце в черном балахоне хозяина дома и радостно загомонили:
— О, Карлович вернулся! А мы тут это, сторожим! А то ведь они, проклятые, в доме не сидят, все по двору бродят…
— Кто?! — завопил дипломированный мастер черных дел, стремительно теряя остатки хорошего настроения. — Кто бродит, где бродит?!
— Твои родственники, — уверенно ответили мужики, тыкая заплетающимися руками в сторону железной клетки в человеческий рост.
[ Честно говоря, лет шестьсот тому назад эту клетка стояла в маленьком немецком городишке, где мистеру Данбартонширу довелось весело проводить время, гоняясь за инквизиторами. Доходило до того, что утром на казнь из клетки волокли уважаемого шотландца, а вечером туда же запирали его палачей. Когда реформация покончила с истребителями ереси, старик забрал полюбившееся стальное жилище с собой, на добрую память. На старости лет за полированными прутьями отлично медитировалось, или просто спалось на свежем воздухе. ]
Подойдя поближе, колдун заглянул внутрь, потом слепо нашарил конец скамьи и без сил опустился на твердое дерево.
— Это кто?
— Туристы, — наперебой стали рассказывать упившиеся до зеленых чертей соседи. — Они неделю как здесь болтаются. Все чего-то спрашивали, долгожителей искали. А из долгожителей у нас только ты, остальные больше ста и не живут…
На мистера Данбартоншира смотрели печальные огромные глаза на плоских зеленых лицах.
— Но почему тут? Ведь гостиницу еще осенью достроили! — возмутился старик, вылив остатки браги в пустой стакан.
— Это батюшка настоял. Сказал, что нехристям лучше вместе быть, чтобы потом не пришлось заново хотель освещать. Выходит, вы одной крови, вот к тебе и определили.
Занюхав рукавом брагу, колдун нашарил на столе миску с квашеной капустой и захрустел закуской. Крестьяне одобрительно оценили литровую величину опустевшей кружки и заулыбались: соседа любили и за умение изготовить отличный забористый продукт, и за умение его выпить в хорошей компании.
— Спрашиваешь, чего не в доме поселили? — мужики перевели выразительные жесты старика и засуетились. На стол вывалили кучу малопонятных железок, коробок с кнопками и разрисованных записных книжек. — Мы попробовали их дома держать, так ведь они по всему двору разбредаются! Весь дом истыкали палками, дырок как в решете! В огороде всю зелень повывели, в банки к себе попрятали. А зомби твоего последнего на части разобрали! Еле отбились, хотели кого-нибудь из нас изловить и сравнить! Вот в клетку и запихали, отсюда они вылезти не могут, одно спасение…
