Обладатель сотни идей будущего отдыха посмотрел на остекленевшие от ужаса глаза колдуна и подавился воздухом.
— Кхе… Похоже, пирамиды ты уже видел…
* * *
Через два часа староста сдался и устало признал, что идеи у него закончились. Совсем. Оказалось, что за свою длительную и бурную жизнь сосед успел побывать в самых невероятных местах крошечной планеты. Где в силу особой злопамятности богов испытал неведомые обычным туристам приключения. Приключения, начисто отбившие охоту появляться еще раз среди достопримечательностей Африки, Америки, Европы и других континентов.
— Знаешь, — опустошенный толстяк поднялся и пожал плечами: — я не представляю, куда тебе еще съездить и развеяться. Но скажу одно: тебе обязательно надо взять отпуск и отдохнуть. От нас, от деревни. От всяких волнений и прочего… Иначе тебя на сенокос не хватит…
— Я отдохну. Обязательно. Придумаю, куда бы податься. Вот утром придешь, а у меня табличка на двери висит: «Уехал в отпуск». И только так! — обреченно выдохнул колдун и помахал на прощание.
Солнце уже село, и первые звезды пробуравили темнеющий небосвод, а сутулая худая фигура продолжала маячить на крыльце, издавая печальные вздохи…
* * *
Забегавшийся по делам староста лишь к обеду успел дойти до соседа, где его взору предстала кривая табличка, небрежно прибитая к калитке:
«Уехал в отпуск. Не беспокоить!»
Подивившись странной надписи и одновременно порадовавшись за колдуна, староста уже собирался было бежать дальше, как услышал пугающие звуки. Протяжное мычание доносилось из избы через приоткрытую дверь и непроизвольно вздымало волосы на загривке.
— Он там что, в обмороке лежит, что ли? — присел староста и задумался.
Ночью можно вызвать участкового. Того не то что мелкая нечисть, того сами демоны боятся больше всех святых, вместе взятых. Но днем, в полдень? Скажут еще, что солнцем голову напекло, примерещилось что-то. Кроме того, любопытно же одним глазком глянуть, чего там происходит, у этой нехристи колченогой…
* * *
Люк в подпол распахнулся, и в его проеме показалась удивленная голова.
— Эй, Карлович, а ты что тут делаешь?
Колдун сидел на широкой лавке в обнимку с бражным бочонком и распевал во все горло что-то древне-шотландское. Может, любимую колыбельную бабушки. А может какой-то гимн шотландских баронов, поджаривающих пятки неудачливым пленникам.
— Я? Я, ик, я тут в отпуске! Я же говорил, что, ик, придумаю… И придумал! Нет меня, понял?! Нет! Я все, я уехал! — мистер Данбартоншир махнул рукой и щедро расплескал брагу из ведерного ковша. — Вот недельки две погуляю, отдохну, и вернусь! Имею я право на отпуск?!
— Имеешь! — староста радостно закивал, потом задумчиво смерил взглядом батарею бочонков у дальней стены погреба и осторожно спросил: — А меня с собой в отпуск не захватишь? Ты ведь почти каждый год отдыхаешь, а я все бегом, все на общество здоровье трачу… Не поверишь, ни разу за последние двадцать лет отдохнуть не довелось!
* * *
В мутных сумерках редкие путники шарахались от мрачной избы, чернеющей слепыми окнами на улицу. И не понятно было, что пугает крестьян больше: двухголосое завывание неизвестных чудовищ, идущее из-под земли, или криво начертанное красной краской заклинание на заборе:
«Мы уехали в отпуск. Не беспокоить!»
09. Армия мистера Данбартоншира
Потомственный чернокнижник, колдун с официальным дипломом, гордый потомок шотландских свободолюбивых повстанцев и прочая, прочая, мистер Данбартоншир страдал. Духовно, морально и материально в придачу.
..
Его любимый огород погиб под нахрапистыми сорняками, и старик с болью в глазах рассматривал зеленые колючие джунгли, пожравшие чахлые грядки помидор и кабачков. До той поры, пока на ходу оставались старые верные зомби, на куцых плантациях мистера Данбартоншира всегда кто-то копался. Пусть не тоннами, но свежая зелень и дары природы все же присутствовали на столе. Но безмозглые инопланетные братья разобрали на запчасти последнего из мертвецов, и отавшийся без рабсилы колдун пал духом. Не к лицу было великому и страшному магу ковыряться в земле. Так и лицо можно перед крестьянами потерять. А наученные горьким опытом, соседи больше не занимали у хитромудрого чернокнижника, спасая свои проспиртованные тела от несостоявшегося феодала. Жители деревни не занимали, зомби клепать было не с кого, колдун мрачнел с каждым днем. Ситуацию требовалось разрешить как можно быстрее. И судный день настал…
Закрывшись дома, мистер Данбартоншир привычно создал портал в жаркий загробный мир и плеснул туда пару ковшиков холодной воды. Довольно прислушавшись к рассерженым воплям, колдун устроился поудобнее и стал ждать.
Первым на борьбу с напастью отправили мелкое недоразумение размером с неуродившуюся тыкву. Этого демона старик сбил плевком и продолжил скучать.
Вторым сунулся демон чуть побольше, но этот рогатый пакостник успел удрать до того, как мистер Данбартоншир успел протянуть руку к ковшу.
Подождав для порядка еще пару минут, колдун рассердился на проявленное неуважение к его персоне и не постеснялся вылить всю кадку с холодной водой в дырку. Подождав, пока развеется пар, великий шотландец сунул голову вниз и проорал:
— Я не понял, мне что, потоп устроить?
Наконец, из подмоченного багрового тумана высунулась рогатая голова и с тоской в голосе спросила:
— Ну, чего расшумелся? Позвонить не мог?
— Я?! — возмутился мистер Данбартоншир. — Чтобы до тебя дозвониться, надо с десяток амулетов потратить! Пока через твою полусотню секретарей продерешься, сто раз душу Люциферу отдашь!
— Ну, я могу им отметку сделать, чтобы тебя без очереди пускали… — начал было высокопоставленный демон, но колдун лишь саркастически ухмыльнулся в ответ.
— Ничего. У меня другие способы. Более действенные.
— Это да, — печально вздохнуло порождение Тьмы и выбило из уха пару ведер воды. — Как не заявишься, так после тебя и документы потом сушить и лужи убирать. Одно раззорение…
— А я ведь только начал, — недобро пообещал старик.
Демон покосился и решил не обострять. Проклятого колдуна он знал уже больше тысячи лет лично и помнил, насколько у чернокнижника пакостный характер. Поэтому зубасто-клыкастая рожа вздохнула и спросила:
— За чем пожаловал?
Мистер Данбартоншир сложил руки на груди и повеселел: муторную процедуру препирательств и криков «а ты кто такой» миновали без задержки, можно было начинать торговаться. А торговаться старик любил.
— У меня огород пропадает. Я бы даже сказал — совсем пропал. Весь урожай под корень…
— Мы помидоры не жрем, — испуганно отпрянул демон. — Это не мои ребята!
— Если бы жрали, я бы вам хвосты оборвал тут же, — грозно пообещал колдун и продолжил: — Мне работники нужны. На постоянной основе. Дешевые и работящие. И чтобы без профсоюзов и прочих ваших подлых штучек.
Клыкастый гость задумчиво почесал рога и попытался отмазаться:
— А я при чем? У меня самого штаты не укомплектованы. Пока вас, грешников, дождешься, успеешь от тоски усохнуть…
— А кто мне в Париже проспорил желание? Кто сидел на башне и орал, что Квазимодо выберут красавцем года?
Демон насупился:
— Я не виноват.
Это у вас, людей, эстетические вкусы неправильные. Парня с меня лепили. Должен он был выиграть.
— Ну, должен, не должен — это уже дела прошлые. А желание ты мне проспорил.
