— Похоже, этот номер у вас не пройдет.
— Почему? Там же сейчас вроде бы все спокойно. Я слежу за информацией по общим каналам…
— А я — по специальным, — перебил Иванос. — И она, скажу тебе, сильно отличается от публикуемой.
— И она, скажу тебе, сильно отличается от публикуемой. Сейчас загружу. Читай.
Он кивнул в сторону одного из мониторов. Я принялся читать один текст за другим и с каждой страницей понимал, что он прав. Иванос же попутно комментировал:
— Вот запрос на выдачу тебя, поскольку на Армаге — а Топси ведь формально область их интересов — на тебя заведено дело по обвинению в нарушениях тамошнего законодательства по статьям, предусматривающим фальсификацию документов, незаконное владение оружием, попытку похищения государственных секретов, а также связь с криминальными элементами, и прочее, и прочее. А помимо того, по Улару в отношении тебя начато преследование и вчинен гражданский иск, поскольку исчезновение Улара ставится тебе в вину как организатору действий, приведших к такому результату.
— Гм, — промычал я. — Просто удивительно, что я еще на свободе. Во сколько же они оценили ту планету?
— А ты не юродствуй. Дело-то официальное. Не приди ты сам, пришлось бы мне приглашать тебя. Хорошо еще, что это попало ко мне.
— Знал бы, — сказал я, — взял бы с собой хоть зубную щетку.
— Давай без шутовства. Некогда. Сам понимаешь, выдавать тебя им никто не собирается, и этот их запрос я замариную по высшей категории — просто время должно пройти. Но это еще не все. Смотри дальше.
Я посмотрел. И не только на то, на что он хотел обратить мое внимание. Но при помощи третьего глаза попытался разглядеть и еще что-нибудь интересное. Все было надежно заблокировано, так что увидеть удалось очень немногое — и оно для нас с Лючей никакого интереса не представляло. Поэтому я сдался:
— И до нее добрались? Неплохо работают, не ждал от них такой прыти, честное слово.
— Теперь понятно, да? И тебе, и Лючане показываться там, куда Армаг досягает — а уж на Топси они как дома, — скажу без преувеличения — самоубийственно. Так что этот ваш вариант не проходит ни с какой стороны. Плюньте и забудьте.
Ничего другого и не оставалось.
— Ладно, — сказал я, — спасибо за исчерпывающую информацию. Недаром у меня было такое ощущение, что надо тебя поставить в известность, вопреки моим привычкам. Если позволишь, когда изобретем новый план, снова тебя побеспокою, а то, может, меня и еще где-нибудь объявили в розыск. А куда-то нам улететь нужно. Люче в первую очередь. Иначе мы ее потеряем как нормального человека.
— В этом никто и не сомневается. А что касается новых планов…
Тут Иванос умолк и молчал не менее двух минут — для него это было совершенно необычным. Настолько, что я не решился прервать это безмолвие и терпеливо ждал. Он не смотрел на меня, прикрыл глаза веками, наверное, чтобы мой несколько растерянный вид не мешал ему соображать. А когда снова посмотрел на меня, в его глазах ясно обозначилась мысль.
— Знаешь, Ра, — произнес он с той интонацией в голосе, которая должна была свидетельствовать о полной откровенности, задушевности и доброжелательстве, — пожалуй, ты пришел как раз вовремя: похоже, я смогу вам помочь. Поскольку давно известно, что лучший отдых — это смена занятий, я могу предложить вам кое-что хоть сейчас… Понимаешь, тут назревает одно, прямо скажем, необычное дело и с минимумом риска, чтобы не сказать вообще без риска, зато — незнакомые места, небывалые впечатления, бездна новой информации…
Может быть, он говорил бы еще долго, но я остановил его одним только словом:
— Нет.
И пока он еще не пришел в себя, добавил:
— Никаких операций. Никаких задач. Никакого подчинения. Разве я не с этого начал?
— Начать можно с чего угодно, важно — чем закончить.
— От нас обоих — сердечная благодарность за заботу. И полный отлуп.
— Не узнаю тебя. Ты бы хоть поинтересовался, в чем дело…
— И слышать не хочу. Я прекрасно понимаю: как всегда, людей не хватает, проблем куда больше, чем оперативников, и тому подобное. Но мы хотим отдохнуть — и ничего больше. Без приключений. Без нервотрепок. Без контактов. Наедине с природой, вот как. Извини, что потревожил тебя не вовремя. И желаю успехов. — Я встал с кресла. — Пока!
Однако он жестом удержал меня:
— Не дури. Ты обратился ко мне — и хочешь, чтобы я отпустил тебя без всякой помощи? Когда это я позволял себе такое? Скажи: какие условия вам нужны, чтобы восстановить форму как можно скорее? Сформулируй точно.
Я насторожился:
— Брось, Ив, ты не бываешь добреньким задаром. Хочешь все-таки держать нас на поводке?
— Не исключено, — признал он. — Сейчас об этом никакого разговора больше не будет — именно потому, что вы не в том состоянии, чтобы заниматься делом. Однако в моих интересах, чтобы такая возможность возникла хотя бы в ближайшем будущем. А для этого, как я понимаю, надо найти местечко, наибольшим образом соответствующее вашим пожеланиям.
— Ну, наши потребности минимальны, — утешил я генерала. — Прежде всего — вода. Много воды. Как можно больше. Море. Лучше — океан. Для Лючи сейчас это было бы самым действенным лекарством — удалось бы наконец смыть с себя все то, что…
— Понял. Много воды. Еще?
— Поменьше людей вокруг. Тишина. Полное, по возможности, отсутствие звуков, издаваемых двуногими без перьев, а также их продукцией.
— Ты уверен? Может быть, как раз наоборот — побольше народу? Чтобы отвлечь ее от всего…
— Не сейчас. Пока она, в ее представлении, покрыта грязью, чужие взгляды для нее самое страшное.
— Итак, поменьше людей и звуков. Дальше что?
— Ну, желателен, конечно, пристойный климат. Курортный, так сказать. У нас ведь издавна сложился такой стереотип отдыха…
— Верно. Сложился. То есть, как я понял, поближе к дикой природе и подальше от общества?
— Вот именно.
— Так-так.
Иванос выдержал еще паузу, правда, не столь продолжительную. Пошевелил пальцами над столом, словно разыгрывая какой-то пассаж на невидимой клавиатуре.
— Что же, есть такой вариант. Могу рекомендовать. Сам собирался туда, но вот дела заели.
— Любопытно, — сказал я, и на самом деле заинтересовавшись. — Куда же посоветуешь нам устремить свой путь?
— Ты, по-моему, не бывал на Ардиге? Это по каталогу номер 1402.
Это название не было для меня новым, как и обозначение любого другого обитаемого или хотя бы посещаемого мира. Но я там никогда не отмечался. Да и лежала эта планета — а вернее, «Детская площадка», то есть та система, в которой Ардиг находился, — далеко на окраине и сильно в стороне от оживленных трасс.
И ничего, что требовало бы моего с Лючаной оперативного участия, там вроде бы никогда не совершалось.
— Не приходилось еще.
— Ну вот, теперь как раз удобный случай соединить приятное с полезным.
— Полезное, как я понимаю, поправка здоровья. А что — приятное?
— Нет. Приятное как раз — ваша реабилитация. А полезное — ну, хотя бы устранение еще одного белого пятна в твоем знании миров Федерации. Будь у меня сейчас лишнее время, порекламировал бы это местечко. Но ты и сам найдешь необходимое в справочниках…
— Никакой хитрости?
— Никто не вынуждает тебя согласиться, Ра. Я просто предложил вариант, который вроде бы должен вас устроить. Ты не согласен — ладно, ищи сам.
