— Вы едва не опоздали, — упрекнул один из них. — Посадка на челнок уже идет. До старта четверть часа. Позвольте ваш багаж. Нужно торопиться.
— Вы уверены, что ждали именно нас? Кто вас прислал?
— Служба.
Ага, значит, все-таки я прав.
— Генерал Иванос?
— Видите, вы сами знаете — кто.
— Но у нас нет ничего — никаких документов на проезд, мы даже не знаем…
Говорить это приходилось в затылок парню — он, держа в каждой руке по чемодану, продвигался, пересекая зал, весьма прытко. Его коллега, отягощенный обоими рюкзаками, составлял арьергард, мы с Лючаной держались в середине процессии.
— Все у меня. Передам вам, пока багаж будет проходить досмотр.
Стойка была уже перед нами. Встречавший опустил чемоданы на ленту контролера и облегченно перевел дыхание, стараясь, чтобы это получилось не очень заметно. Из внутреннего кармана своей куртки извлек два продолговатых конверта, положил на стойку перед проверявшим.
И одновременно Лючана большим пальцем руки ткнула меня в бок. Как бы невзначай. Я не сказал ни слова. Но внутренне сразу же привел себя в состояние собранности. Боевой готовности.
Потому что такой двойной тычок был одним из вариантов сигнала тревоги. И, еще не поняв опасности, я уже был уверен в том, что она реальна: Лючана никогда не объявляет тревоги попусту. В этом я ей доверяю целиком и полностью.
Я повернул голову к ней. Поднял брови. Она взглядом указала наверх — туда, где над стойкой на табло светилась надпись:
«Рейс 16-48. «Чемпион Эры». Старт 18.10».
Только тут я понял.
Рейс. А на Ардиг рейсовые корабли не ходят.
— Все в порядке, — сказал контролер. — Можете идти на посадку.
— Спасибо, — проронил я.
— Можете идти на посадку.
— Спасибо, — проронил я. — А не скажете, когда мы прибудем на место?
— На Серпу? Ну, если…
Он не договорил, да в этом и не было нужды. Я перебил его единственным словом:
— Сразу!
Встречавший, тот, что нес чемоданы, стоял справа от меня. Так что вырубать его пришлось левой рукой, но надеюсь, что он этого даже не заметил. Во всяком случае, не успел взять защиту: скорее всего, расслабился раньше времени. Второй встречавший, что стоял позади, оказался на полу за мгновение до моего: Лючана успела занять позицию повыгоднее и смогла работать обеими руками.
— Уходим! — скомандовал я.
— Ну уж нет! — ответила она. — Я не стану бросать наши вещи. Инспектор, мы отказываемся от посадки и забираем багаж!
Но у инспектора были свои представления о том, что нам сейчас полагалось делать. Он успел нажать кнопку тревоги, и полицейские уже бежали сюда с трех сторон. Вступать с ними в схватку я не собирался. Но полицейских опередил вокзальный врач. Его, правда, занимали не мы, а оба распростертых на полу субъекта. Он склонился сперва над тем, что оказался на его пути первым, — над парнем, которого сработала Лючана. Нашел пульс, заглянул, подняв веко, в зрачок.
— Ты не пересолила? — спросил я жену, стараясь выглядеть совершенно спокойным.
— Ровно столько, сколько нужно, — ответила она. — Оказывается, еще не разучилась. Хотя имелись сомнения.
— Ты молодец, — снова не удержался я от похвалы.
Врач, прежде чем перейти ко второму, взглянул на Лючану и покачал головой:
— У вас тяжелая рука, мадам. Не хотел бы я быть вашим мужем.
— А кто вам позволил бы? — поинтересовался я.
Он не ответил и принялся разбираться с моим клиентом. Тем временем полицейская рука, тоже нелегкая, опустилась на мое плечо:
— Я арестую вас за нанесение побоев…
Я не дал ему закончить:
— Я повинуюсь. Но требую, чтобы оба потерпевших были также задержаны для выяснения их личностей. Они…
В свою очередь он перебил меня:
— Сам знаю, как мне действовать, — огрызнулся он. — А если вы намерены сопротивляться власти…
— Нимало. Но если вы позволите им ускользнуть…
— …то уж мы не позволим.
Эти слова принадлежали уже не полицейскому, а одному из двух мужчин, подошедших к нам последними. Того из них, что был постарше, я узнал, и он меня тоже: пересекались в свое время. Я подмигнул ему, он — мне.
— Прошу не вмешиваться в действия власти! — предупредил его блюститель порядка.
— Служба! — услышал он в ответ и увидел хорошо известный значок. — Благодарю, капрал, дальше этим делом займемся мы. Вы свободны. Приятно видеть, что полиция реагирует столь быстро и решительно. Думаю, благодарность вашего начальства не задержится.
Полицейские почли за благо считать инцидент исчерпанным и разошлись, каждый в своем направлении. Мой клиент зашевелился, приходя в себя. Офицер Службы спросил своего напарника:
— Ты вызвал наш патруль?
— Они на подходе.
— Вы вовремя оказались здесь, ветеран, — сказал я ему. — Спасибо.
Он покачал головой:
— Напротив, полковник, опоздали. Подъехали к вашему дому, когда вас уже увезли. Правда, мы быстро сориентировались: машину эту засекли еще на подходе к дому, остальное вы уже поняли. Где ваш багаж? Ага. Берем. Идемте.
— Далеко ли? — спросил я на всякий случай.
— Ну… Вам лететь не отсюда, а со старта «Норд». Там ждет кораблик. Милая такая яхточка, называется «Триолет». Она вас доставит — генерал сказал, что вы знаете, куда и зачем.
Старт «Норд»? Милая яхточка в закрытом порту для военных и служебных кораблей. Кстати, и правительственных тоже. Высший уровень надежности.
— Видишь, — сказал я Лючане, — я же говорил, что генерал всегда продумывает все до деталей.
Она лишь покачала головой — что, скорее всего, означало неуверенность в том, что все уже обошлось.
8
— Странный, однако, кораблик, — заметил я, когда мы подошли к предназначенному нам транспортному средству. — Я-то думал, что знаком со всеми типами космической техники. С яхтами, во всяком случае. А тут что-то такое… Не очень, откровенно говоря, понятное.
И в самом деле, таких мне видеть еще не приходилось. Для прогулочника слишком, так сказать, поджарая — впрочем, до мини-крейсера не дотягивает, да и без видимых признаков вооружения. Хотя множество каких-то выступов, выростов непонятного назначения. Странная, как бы играющая окраска: зеленая? Нет, желтизна какая-то… Да нет же, скорее цвета морской волны? Отстал, отстал я от современности — в тех мирах, где я обитал последние месяцы, такими кораблями и не пахло. Ну что же, тем интереснее будет лететь.
— Что-то новое, — сказал я нашему провожающему. — Но, в принципе, может сойти и за яхту, и — для сведущего — за дальний разведчик. Всестихийный — так это, кажется, именуют? «Триолет» — ничего общего с поэзией, а просто работающий в трех средах, скорее всего так. Кваркотроники больше, чем людей. Верно?
— Почти угадали, — ответил подчиненный Иваноса. Похоже, знание моего славного прошлого позволяло ему быть откровенным — в установленных пределах, разумеется. — Но вы еще успеете во всем разобраться. А вообще-то эта модель не рекламируется. Используем для нестандартных случаев. Как, например, этот. Высочайшая надежность и адаптивность к любой обстановке. Класс!
Я подумал, что, наверное, мы с Лючаной и в самом деле теперь котируемся у Иваноса весьма высоко! Надо будет отблагодарить его как следует — когда вернемся, конечно. Хотя… вряд ли машину отправляют только ради нас.
— Много чести для нас. А кто еще летит? — задал я вопрос вскользь, словно из одной только вежливости, как если бы на самом деле это меня вовсе не интересовало.
