Вряд ли когда-нибудь люди сумеют по-настоящему освоить эту территорию. Дети пустыни не позволят им этого.
Дети пустыни не позволят им этого. Да, был период, когда благодаря усилиям Небесных Избранников скайферское племя находилось на грани уничтожения. Но затем Избранники развратились и сгинули сами, и нелюди-кочевники быстро восстановили свою былую силу. Когда-нибудь они перейдут реку и предадут огню города и села Речного Королевства. Меня это не радует: хотя я и был принят скайферами, как один из своих, все же по рождению я — человек. Но я уверен — вторжение произойдет, рано или поздно. Оно неизбежно. Люди слишком слабы. Они отдали свою силу светлым богам, но защитят ли их боги от орд кочевников, которые хлынут сюда через сто — а может быть, уже и через десять лет?.. Не знаю. Возможно. Несколько тысяч лет тому назад — защитили. Тогда на землю явились посланцы Небес и был создан Стханат.
Но захотят ли боги вмешиваться вновь? Мне думается, за прошедшие века смертные, такие слабые и нестойкие в своей вере, должны были здорово их разочаровать…
Мы остановились вечером, в рощице на вершине холма. Пустили пастись лошадей, приготовили ужин. И только после этого начали разговор о делах.
— Итак, — сказал Эдрик. — Я хочу знать твою историю. Кто ты, откуда, почему за тобой охотятся, что ты знаешь о книге… все.
— У меня тоже есть вопросы.
— Какие?
— Кто ты, откуда, что ты знаешь о книге и как она к тебе попала, — скопировал я его тон.
Он несколько секунд задумчиво разглядывал меня. Как будто что-то решал.
— Хорошо, — произнес он ровным, ничего не выражающим тоном. — Я тебе расскажу. Начинай.
Что-то ответить ему было нужно, но тут передо мной встала настоящая дилемма: лгать или нет. К сожалению, я не знал, какая правда ему понравится больше всего. Он мог быть Небесным Избранником… а мог и не быть. У него могли быть моральные принципы… а могли и не быть.
Хотя… учитывая, что он не выказал никаких мук совести после убийства оборотня, с принципами у него все в порядке.
И с чего я только взял, что он — новый Избранник?.. С таким же успехом он мог служить и богам Тьмы. Или вообще никому не служить.
Я пришел к мысли, что в некоторых случаях лучше полагаться на правду, чем изощряться во лжи.
И я ему все рассказал. Ну, почти все. Конечно, я немного подсократил свой рассказ, убрав из него излишние натуралистические подробности — вроде того, что я проделал с Одаренной девицей в замке Рэйнфлик. Про свои сны я тоже не упоминал.
— Расскажи подробнее о том, кто и зачем написал эту книгу, — потребовал Эдрик после того, как я закончил.
— Мне не так уж много известно. Колдуна, в чьей памяти содержалось знание о книге, звали Шальга Кермет.
— И сейчас его воспоминания принадлежат тебе?
— Да, но они очень отрывочны. Шальга был талантливым черным магом, но к концу жизни слегка изменил свои взгляды и даже принял сан в одном из храмов Осолагбора. Он стал одной из первых жертв Ночной Тени, а до того, как это случилось, прожил около трехсот лет.
— Он что, был бессмертным? — осведомился Эдрик.
— Нет. Просто знал несколько фокусов. Он был уже глубоким стариком, когда полез в подземелье.
— Откуда он узнал о книге?
— Книгу написал его учитель. Имя его мне неизвестно, но, судя по всему, он был настоящим мастером чернокнижия. Кроме того, к тому моменту, когда началось обучение Шальги и еще нескольких мальчишек, он уже был демоном — а стал он им, совершив переход по Игольчатому Мосту и изменив свое естество.
Кроме того, к тому моменту, когда началось обучение Шальги и еще нескольких мальчишек, он уже был демоном — а стал он им, совершив переход по Игольчатому Мосту и изменив свое естество. То есть родился он человеком. Впоследствии он записал часть своих знаний о переходе, о Слепой Горе, о трансформациях, соответствующих годовому циклу. Так появилась эта книга. Но уже в ходе работы планы учителя Шальги изменились. Воспитанники подросли, а новых учеников он брать не хотел. Он вообще собирался закрыть школу и отправиться в далекое путешествие. Но перед этим он решил отомстить. Сделать «подарок» одному своему недругу. Его имя мне тоже неизвестно, знаю только, что он жил в Рендексе и был несколько столетий тому назад какой-то важной шишкой — может быть даже, местным князем. Учитель Шальги откорректировал текст. Последнюю треть книги он построил таким образом, что текст как бы прошивало некое невидимое читателю заклятье, которое приводилось в действие Тэннаком того, перед чьими глазами находился текст. При том команда, пробуждающая Тэннак, проходила мимо сознания. Читатель, не осознавая этого, как бы сам себя заколдовывал. В памяти Шальги все это так хорошо отложилось потому, что его учитель на примере своего «труда» прочел воспитанникам целую лекцию, как можно проводить такие воздействия и какие системы шифров, зная которые можно отмыкать чужие души, вообще существуют. У читателя должно было появиться желание прочитать заклятие, содержащееся в самой последней части книги. То, что с тобой, случилось, когда я тебя нашел… я так понимаю, это результат того, что ты поддался на воздействие?
— Не совсем, — Эдрик поморщился. — Я понял, что книга как-то странно влияет на мой разум и сумел перебороть ее силу. Но мне стало любопытно, для чего оно вообще было нужно. На последних страницах было записано заклинание, могущее вызвать некоего «проводника по Мосту». Я хотел призвать эту тварь и посмотреть, что она из себя представляет.
— Похоже, ты все еще находился под действием заклинания…
— Нет, — отрезал Эдрик.
— Нет? Вызвать неизвестно зачем неизвестно какого демона… Это не похоже на разумное решение.
Эдрик не ответил.
— А что произошло дальше? — полюбопытствовал я.
Он косо на меня посмотрел.
— То, что и должно было произойти. Ты что, не знаешь?
— Нет. В воспоминаниях Шальги этого нет.
— Там была вторая ловушка. Сложное заклятье, которое собиралось таким образом, что его элементы в итоге складывались совсем в иную конструкцию, чем та, которую рассчитывал получить заклинатель. Если бы я не успел отпрыгнуть, превратился бы в кровавую пыль. Такое уже произошло с одним магом несколько месяцев тому назад. Долго гадали, почему он так странно умер. Теперь понятно, почему.
— Да? Интересно… Я могу узнать эту историю?
— Позже. Что случилось с учителем Шальги?
— Как и собирался, он отправил книгу своему недоброжелателю, распустил школу и уехал. Он собирался податься на службу к Королю Теней. Больше Шальга его не видел и ничего о нем не слышал. Вероятно, его учитель погиб.
— Почему ты думаешь, что в этой книге есть вообще хоть слово правды? — спросил Эдрик. — Если она создавалась как оружие…
— Изначально — нет. Кроме того, учитель Шальги рассказывал своим ученикам о Слепой Горе и изменениях естества. Значит, не все, что там написано — ложь.
— А ты не думаешь, что правды там ровно столько, чтобы ложь выглядела правдоподобной?
— Возможно.
— А ты не думаешь, что правды там ровно столько, чтобы ложь выглядела правдоподобной?
— Возможно. Но это мой единственный шанс. У меня не так много времени осталось, я это чувствую, — неожиданно для себя я обнаружил, что говорю об этом совершенно спокойно, так, как будто бы речь шла о ком-то другом. — Я почти покойник. Единственная моя надежда — изменить естество, начать все с начала. Иначе — смерть.
