— Вы что-нибудь брали из его комнаты?
— Ах да. Чуть не забыл, — волшебник поднялся. — Подождите меня, пожалуйста.
В отсутствие хозяина Эдрик внимательно осмотрел комнату. Не обыскал (хотя ему очень хотелось это сделать), а именно осмотрел — глазами. Перелистал пару книг. Поэзия Алмазных Княжеств. Астрономический справочник. Какое-то произведение на непонятном языке. Эдрик услышал звук открывающейся двери и положил чужую вещь на место.
Волшебник принес два предмета: черный нож с вычурной рукояткой, украшенной завитками цветочных узоров и полупрозрачный черный шарик с фигуркой феникса, выгравированной на его поверхности.
— Единственные два предмета, в которых мне удалось обнаружить хоть какую-то магию… Нож ничего особенного из себя не представляет. Вероятнее всего, он использовался в ритуальных целях и несет на себе лишь остаточную, отраженную магию. Обсидиановый шарик — полноценный артефакт, но мне так и не удалось разобраться в том, что он из себя представляет. Фигурка феникса заставила меня предположить, что он мог принадлежать вашему работодателю…
Эдрик кивнул и достал из кошелька точно такой же шарик.
— Тайный знак?.. — полушепотом спросил Аронгобан.
— Средство связи.
— Ваш хозяин слышит, о чем мы говорим?..
— Он мне не хозяин, — отрезал Эдрик. — Нет, не слышит. Для установления связи необходимо время.
— А воспользоваться им…
— …может лишь тот, кому Фремберг его дал. Давайте вернемся к делу. Вы сказали: в комнате были следы демонического присутствия. Поподробнее, пожалуйста, об этом.
— У меня есть… специальный амулет, способный… ммм… обнаруживать такие вещи. Даже если демона поблизости уже нет, амулет может уловить его эфирный след. Со временем, конечно, след исчезает… но не сразу.
— А по какому принципу работает этот амулет?
— Вы разбираетесь в Искусстве?
— Немного.
— Тогда я могу вам показать…
— Не надо. Лучше объясните.
— Ну… — Аронгобан задумался. — Вероятно, вы знаете, что каждая из человеческих душ по-своему взаимодействует с окружающей средой.
— Вероятно, вы знаете, что каждая из человеческих душ по-своему взаимодействует с окружающей средой. Поглощает одно, выделяет другое. Состав воздуха, которым дышит ваше тело, меняется, проходя через вас. Точно таким же образом дело обстоит с жизненной сущностью. Шэ дышит энергией, но ее состав на вдохе и выдохе различен. Люди и демоны по-разному оперируют энергией и оттого по-разному насыщают ее, пропуская через себя. Зная это, можно обнаружить присутствие демона. По запаху, так сказать.
— И в комнате Маскриба он был?
— Верно. Слабенький совсем запах, но еще различимый.
— А сколько времени должно пройти, чтобы ваш амулет перестал чувствовать этот запах?
— Увы, не могу точно ответить на ваш вопрос. Все зависит от того, насколько сильна жизненная сущность демона. Обычно — через два-три часа амулет перестает что-либо чувствовать, но тут…
— Когда вы прибыли в гостиницу?
— В середине дня… ну, может быть, чуть раньше.
— Хмм… Если Маскриб вызвал какую-то тварь в середине ночи… — Эдрик замолчал.
— Именно, — кивнул Аронгобан. — Это было что-то очень, очень могущественное.
— И никаких беспорядков, которые можно было бы связать с этим происшествием?..
— Нет, ничего.
— Странный демон. Огромной силы, но ограничился убийством вызывающего. И никого больше не тронул. И таинственно исчез сразу после вызова.
— Ну… — Аронгобан задумался. — Возможно, ему было сложно длительное время пребывать на поверхности земли. У демонов, из-за нестабильности их плотского естества, такое часто бывает. Он мог разорвать Маскриба, а затем провалился обратно — туда, откуда его вызвали.
— Да, возможно. Я учту эту версию. К сожалению только, она не объясняет других фактов.
— Каких же?
— Вы знаете о том, что на капрала, занимавшегося расследованием, было оказано магическое воздействие? Безаппеляционный приказ, который и до сих пор в силе?
Аронгобан кивнул.
— Знаете? — Эдрик приподнял бровь. — Так значит, это вы сделали ему внушение?
— Нет. Что вы! — Городской волшебник махнул руками, как бы отгоняя подальше от себя повисшее в воздухе нелепое подозрение. — Зачем мне это?..
— Если не вы, то кто?
— Вероятнее всего, Ёнко Нарвериш. Он был в гостинице незадолго до моего прихода. Если вам известно, что сознание капрала было обработано, вероятно, вы знаете и содержание приказа. Ёнко заставил стражника отпустить его, не допрашивая.
— Вы не пытались выследить Нарвериша?
— Признаться, нет.
— Почему?
— Это человек Фремберга Либергхама, бессмертного Пепельного Мага, Хозяина Обсидиановой Башни. Я совсем не исключал того, что убить Маскриба мог и он. Мало ли по каким причинам. Или послать демона. А Нарвериш должен был проверить утром, сумел ли демон справиться со своей работой.
— Маловероятно, — сказал Эдрик.
— Да, — кивнул Аронгобан. — Ваше прибытие лишний раз подтверждает, что эта версия — между прочим, весьма правдоподобная — неверна.
Если за смертью Маскриба стоял Фремберг, зачем ему расследование?.. Вот только два месяца назад я этого не знал. И поэтому не стал прилагать больших усилий к тому, чтобы обнаружить Нарвериша. Конечно, как городской чародей, я обязан следить за порядком в Рендексе, но я еще не настолько выжил из ума, чтобы переходить дорогу бессмертному.
— Значит, до моего появления вы были убеждены в том, что Фремберг сам же и организовал убийство…
— Нет, вы меня не поняли. Я ни в чем не был уверен. Но я не мог не учитывать и такую возможность. Я отправил письмо Фрембергу, где подробно излагал все обстоятельства дела. Через две недели — очевидно, сразу после получения письма — он навестил меня. Появился прямо в доме, миновав все защитные чары, которыми окружено мое скромное жилище… Он был встревожен и разозлен. Ничего нового я сообщить ему не мог. Он же сказал, что обязательно разберется с этим делом, но не сейчас — кажется, он был чем-то занят.
— И больше не появлялся?
— Нет. И не давал о себе знать. До вашего прибытия.
— Ясно. По поводу Ёнко Нарвериша вам больше ничего не удалось выяснить?
— Увы. Когда появился Фремберг, уже поздно было его выслеживать.
— А где он жил?
— За Малой рыночной площадью, в гостинице «Ослиный хвост».
— Ну и названьице… — хмыкнул Эдрик.
— Да нет, вполне себе приличная гостиница. У них над входом когда-то была фигурная вывеска, изображавшая некое фантастическое существо. Потом вывеску сломали, остался только хвост. Непонятно чей, но похож на ослиный. Отсюда и название.
— Вывеску не могли новую повесить?
— Могли. И повесили. Но название уже закрепилось.
— Хм… Ёнко уехал в тот же самый день, когда погиб Маскриб?
— Да. Сразу после того, как побывал в его доме. Эдрик задумался.
— Есть еще что-то, что вы хотели бы рассказать мне по этому делу?..
— Пожалуй, нет.
— Мне будет открыт доступ в княжескую библиотеку?
— Конечно, конечно…
Надраенный до зеркального блеска паркет слегка поскрипывал под сапогами Эдрика. Его проводник, молоденький паж, скользил по полу совершенно бесшумно.
Княжеская библиотека впечатлила Эдрика: огромный светлый зал с двумя десятками высоченных стеллажей, заполненных свитками и книгами. Столы, стулья, подставки для пергамента… В углу, нахохлившись, сидел сутулый человек в рясе гешского жреца и кисточкой для письма что-то старательно выводил на листе мягкой бумаги.
