Сдавленный стон свидетельствовал о том, что мой друг не преминул проиллюстрировать свое обещание увесистым пинком.
— Имя?
— Клемен Жако, — как и требовал Рейнар, четко и запинок сознался пленник.
— Кто тебя послал? Ну, быстрее!
— Герцог Гиз.
Я приблизился к месту допроса. Лис стоял, широко расставив ноги, прицельно направив ствол своего пистоля в лоб цареубийцы. Тот, невысокий, но хорошо сложенный, в черном одеянии, сидел, облокотясь спиной на каменный забор зажимая рукой пробитое бедро, в тщетной попытке остановить текущую из раны кровь.
— Как ты должен с ним встретиться? — В этот миг раненый увидел меня, и на его лице блеснул отсвет надежды.
— Ваше Величество! — едва расцепляя губы от боли, про стонал он. — Прошу у вас защиты. Сохраните мне жизнь, и поведаю вам тайну!
— Навряд ли твоя тайна стоит того, чтобы ты прожил хот бы одну лишнюю минуту, — недобро усмехнулся я. — Но если ты ее расскажешь, доживешь до суда.
— Хорошо, — промолвил наш пленник, прислушиваясь галдежу придворной знати.
Паника, вызванная появлением призраков и смертью ко роля, должна была вот?вот улечься, а вслед за этим у придворной знати наверняка могло возникнуть желание хоть с кем?нибудь расквитаться за только что пережитый ужас. Клеме Жако был идеальной фигурой для их расправы.
— Только пусть этот мсье отойдет.
Я сделал знак Рейнару.
— Но если ты, несчастный, вздумаешь дернуться, — предупредил я, — шевалье д'Орбиньяк прикончит тебя не задумываясь! За годы нашего знакомства он еще ни разу не промахивался!
Лис отошел с явной неохотой, и убийца, убедившись в том, что мы остались одни, зашептал горячо:
— Я гугенот, сир. Я человек принца Кондэ. Спасите меня, сир!
— Жанен д'Авеню[57] решил сбросить рога?! — криво усмехнулся я.
— Если вы не спасете меня, сир, я скажу, что выполнял ваш приказ, — с плохо скрываемой угрозой в голосе посулил стрелок.
— Занятная мысль, — жестко оскалился я. — А чтобы не получать остаток гонорара, ты решил пристрелить меня самого. — Я ткнул пальцем в пулевое отверстие на стальной пластине оплечья. Раненый откинулся и застонал от досады. — А теперь слушай меня, негодяй. Мне нет никакого дела до твоей веры, будь ты лютеранин, иудей или же приверженец Магомета. Если мадам Екатерина позволит, я вздерну тебя лично. А доведется, под твоей виселицей своей же рукой обезглавлю принца Кондэ! Д'Орбиньяк! — Я повернулся к Лису. — Вяжи его. Да гляди, чтобы он не истек кровью до приговора.
Вопреки угрозам, я не принимал участия в казни Клемена Жако. Я попросту не мог принимать в ней участие. В эти часы быстроногие кони уносили Наваррский полк все дальше и дальше от Труа. В замок Юссе, куда должен был прибыть истинный Генрих де Бурбон. Я уже много месяцев ждал этой встречи и все же внутренне опасался ее, так до конца и не решив, что же буду говорить своему двойнику. Ведь как ни крути, полгода, прожитые мной в шкуре Беарнца, вовсе не папка с надписью «Дело», которую можно передать «наследнику». Оставались люди, которые были дороги мне и ничего не значили для короля Наваррского, — Маргарита, Конфьянс, Жози, брат Адриэн, да и шевалье де Батц… все это время верно служивший своему сюзерену бесстрашный Мано.
Ведь как ни крути, полгода, прожитые мной в шкуре Беарнца, вовсе не папка с надписью «Дело», которую можно передать «наследнику». Оставались люди, которые были дороги мне и ничего не значили для короля Наваррского, — Маргарита, Конфьянс, Жози, брат Адриэн, да и шевалье де Батц… все это время верно служивший своему сюзерену бесстрашный Мано. Каково всем им будет узнать, что с самого момента Варфоломеевской ночи они были жертвами обмана невесть откуда взявшегося авантюриста?самозванца?
* * *
Юссе был уже близок. Островерхие белокаменные башни уже виднелись над кроной леса, окружавшего его со стороны Луары. Поскольку мост у Плесси?ле?Тур был разрушен, на» пришлось переправляться паромом близ Ле?Рео. Оставив солдат под руководством де Труавиля неспешно пересекать реку я, взяв лишь Мано и Лиса, с максимально возможной скоростью устремился в замок. Уже изрядно вечерело, а потому стоило поспешить, чтобы не уткнуться носом в запертые ворота Проблема, конечно, разрешимая, но все же процедура опознания малоприятна. Особенно если настоящий Генрих де Бур?бон все?таки опередил меня.
Мы промчались, не сбавляя галопа, сквозь арку ворот когда седовласые ветераны стражи уже возились с массивным засовом.
— Прочь! Прочь! — Мой гневный окрик заставил опешивших караульных прижаться к стене.
— Но сир! — округляя удивленно глаза, начал один из них. — Вы же всего только…
— Молчать! — рявкнул я, соскакивая с коня и бросая поводья на руки стражника. — Всем молчать!
— «Слышь, сир, я так понимаю, шо ты уже приехал», — раздалось у меня в голове. — «В смысле, прибыл».
— «Похоже, ты прав», — быстро ответил я, делая де Батцу и д'Орбиньяку, уже покинувшим свои седла, знак следовать за мной.
— Мано! — Я повернулся к коронелю своей гвардии. — Возьми Жозефину и Конфьянс и вместе с ними приходи в покои королевы Маргариты.
— Но, сир, подобает ли? — неуверенно проговорил де Батц.
— Это приказ! — прикрикнул я и добавил значительно тише: — Вероятно, последний.
— Что вы говорите, мой капитан?! — ошарашено выдохнул Мано.
— Выполняйте, шевалье, — резко сказал я.
Переполошенный гасконец бросился выполнять королеве кое распоряжение.
— Ну шо, Капитан, все по новой? — почесал затылок Лис. — Опять ищем, куда девался Генрих? Кто не заховался, я не виноват!
— Так. — Я сосредоточенно нахмурился. — Я сейчас к Маргарите, Мано приведет туда всех наших. Надо было и брата Адриэна с собой взять. Жаль, он на коне толком держаться не умеет. Ладно, к утру доберется. А сейчас прикажи запереть ворота и никого не выпускать. Особенно меня. Не хватало еще, чтобы Генрих Наваррский опять улизнул!
— Живо представляю себе эту картину! — хмыкнул Рей?нар. — Ты номер один ломишься в калитку с криком: «Замуровали, ироды!», а ты номер два утешаешь себя, в смысле его, что, может, все обойдется! Королева в отпаде, народ безмолвствует.
— Ладно, к черту твои представления! — огрызнулся я. — Сейчас не до них. Разузнай, кто видел Генриха, найди Его Величество и постарайся привести в покои Маргариты.
— А если он уже там? — не замедлил поинтересоваться мой друг.
— Тогда я с ним встречусь.
— Ну ты, главное, ничему не помешай! — насмешливо озаботился Лис. — Или как там: Анри, Анри, присоединяйся! У нас тут так весело!
— Лис! Действуй! — не удержался от резкости я. Беарнца в покоях королевы Наваррской не оказалось. Однако прием, оказанный мне Ее Величеством, яснее любых слов говорил, что я иду по горячим следам.
Однако прием, оказанный мне Ее Величеством, яснее любых слов говорил, что я иду по горячим следам. Можно сказать, по пылающим.
— Да как вы посмели, подлец?! — Королева подхватила с прикроватного столика драгоценную бейджинскую курильницу для благовоний и с размаху запустила ею в гостя. Тлеющее содержимое расписного сосуда, вылетев, упало на пушистый кашанский ковер, заставляя меня одновременно уклоняться от метательного снаряда и лихорадочно топтать тлеющую шерсть распластанных на полу фениксов и драконов.
