Восставшие из рая

— Не то слово! — тут Черчек узрел железку в руках подвальника, и его лицо (Черчека, а не домового) налилось дурной кровью. — А-а, так вот куда мой ножик запропастился! Я его, как дурень, с зимы ищу, а он тут, рядышком! Ну, Падлюк (это кличка у него такая, Падлюк, — пояснил старик мне), ну, зараза, ты у меня допрыгаешься! А ну, отдай немедленно!..

Подвальник по кличке Падлюк скорчил в ответ гнусную рожу — она у него и так была весьма паскудная, а стала еще гнуснее — затем скрутил здоровенный, не по росту, кукиш и шмыгнул обратно в подвал.

Чем и спасся от полена, которым не замедлил запустить в него возмущенный Черчек.

Нож подвальник, естественно, уволок с собой.

— Так вот чем он бочку с квашеной капустой открыл! — продолжал кипятиться дед. — И добро б сожрал, а то по всему погребу разбросал! Вонища теперь от нее — я-то не сразу спохватился… А ты, Болботун, чего веселишься?! — прикрикнул он и на запечника. — Небось, вместе шкодили, а?

Запечник Болботун поспешил спрятаться за мою ногу, а Черчек все бушевал, сразу забыв о нем:

— Ну, попадись он мне, этот паразит! То сапоги дерьмом вымажет, — старик уже обращался ко мне, явно в поисках сочувствия, — то зимой ступеньки водой польет — чуть ноги себе не переломал! И свечки все в доме сожрал, на пару с этим, — обличающий перст уперся в прятавшегося за моей ногой Болботуна. — Падлюк! Одно слово — Падлюк!..

Внезапно Черчек успокоился и, отвернувшись, тихо проговорил:

— Вот это и есть Лица Лишенные… Память, то есть, потерявшие. И я таким стану… после смерти. Или еще чем похуже. Недолго ждать осталось…

Он замолчал и медленно побрел к дому, так и забыв отдать мне собранный узелок.

Я совсем по-другому взглянул на запечника, который развлекался тем, что со всего размаху всаживал свой маленький кулачок в мою ногу и с чмоканьем извлекал его обратно. Вот он, бывший маг, колдун, владелец Дара, живая сказка, прошедшая сквозь врата смерти…

Зачем? А вот зачем…

Я порылся по карманам и обнаружил кусок зачерствевшей оладьи. По крайней мере, лучше, чем свечка…

Присев на корточки, я протянул еду запечнику.

— Давай знакомиться, хулиган… Меня зовут Анджей. Есть хочешь?

Отскочивший было Болботун недоверчиво покосился на меня, опасливо приблизился, поспешно схватил угощение и, пискнув что-то неразборчивое, снова отскочил. Еще раз глянул на меня и набросился на еду.

Талька тронул меня за плечо.

— Ты знаешь, папа, — вздохнул он, — Черчек мне тоже умереть предлагал.

— Ты знаешь, папа, — вздохнул он, — Черчек мне тоже умереть предлагал. А Дар ему отдать. Говорил — я тогда к маме вернусь… тебе просил не рассказывать, а то, мол, ты сердиться будешь. Я, конечно, хочу к маме… только страшно. Вдруг умрем, а потом — как эти, — Талька указал на жадно жующего запечника. — По подвалам прятаться…

Болботун слизнул крошки и уже уверенней шагнул ближе, знаком прося добавки. По-моему, он начал ко мне привязываться. На мою голову.

— Эй, — заорал в хате Черчек, громыхая посудой, — сюда иди!.. Поешь перед дорогой да переоденешься…

Я смотрел на Болботуна. Взять его с собой, что ли? Живая душа, все веселее…

Рядом сопел Талька. Он тоже хотел идти со мной и знал, что не возьму.

И не возьму. Я нутром чуял — а может, не нутром, а доставшимся мне осколком Дара — что здесь ему будет безопаснее. Здесь — Бакс. Здесь — Черчек и Вилисса, которым мой сын позарез нужен живым.

Чтобы он мог добровольно умереть.

И отдать им Дар.

Я неслышно выругался и пошел к избе…

ИНТЕРМЕДИЯ

Кто скажет мне «подлец»?

Пробьет башку?

Клок вырвав бороды, швырнет в лицо?

Потянет за нос? Ложь забьет мне в глотку

До самых легких? Кто желает первый?

Ха!

В. Шекспир

БАКС

…ребята поработали на славу — все небо, как матом, обложило серой мглой, и никакой тени видно не было. Странно получается: мы — нечисть по их понятиям — тень отбрасываем, а они, вроде как нормальные люди — нет. У нас дома все наоборот… Может, они как раз нечисть и есть?..

Ладно, чего зря мозги сушить… Вон, кстати, и кабак — здоровенный бревенчатый дом с широким и на удивление чистым крыльцом… ни тебе плевков, ни окурков, ни шелухи от семечек — чисто воскресная школа, а не злачное место!..

Вот черт. Опять забылся — пальцы сквозь ручку прошли! Аккуратнее надо, медленнее… вот так.

Хорошо, что не стемнело еще полностью, и свечей не палят — а то бы меня мигом раскусили. А так — ничего, сойдет. Вон и столик свободный.

— Чего изволите, Человек Знака? — вырастает передо мной толстопузый хозяин.

Человек Знака? Ладно, леший с ним, пусть будет Человек Знака.

— Пиво есть? — какой-то мелочью я у Черчека разжился, на пиво наскребу…

— Конечно!

— Два пива.

— Желаете что-нибудь из еды?

Да ну его, авось, хватит!..

— Желаю. Рыбку желаю.

— Сию минуту!

Хозяин исчезает. И тут же возникает вновь, с двумя глиняными кружками, на которых стоит подносик с сочащейся жиром рыбиной, нарезанной изящными ломтиками, и из них выглядывает алая икорка. Однако! Обслуживание у них — как у нас в ресторане… да еще не во всяком. Может, и житье-бытье у них не такое сволочное, как его старый лопух Черчек расписывал? Ну, пришли местные оболтусы, плюхами перекинуться — так у нас это дело сплошь и рядом! Взять хотя бы того лохматого, что с НАШЕГО хутора — за банку первача ножом пырнет…

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80