— Ладно, я вот что сделаю… Без жребия, бери ППШ и вот…
Поднявшись, он что-то негромко сказал сидящему в кузове контрабасу. Тот кивнул, исчез в глубине своего передвижного склада, а затем подвинул к краю дощатого кузова ящик, на котором сверху лежали старинный, хоть и новый с виду, пистолет-пулемет с отсоединенным магазином, брезентовый подсумок с рожками и две кобуры, старые, из задубевшей кожи, но не пустые.
— В общем, я тебе так — ни два, ни полтора, — сказал прапорщик, перекладывая все на свой стол. — ППШ тебе положен и двести патронов к нему. Но я тебе даю целый цинк, тут тыща двести двадцать четыре таких. И два ТТ, с экспериментального долгого хранения. Для женщин в самый раз. Понял?
— Так точно! — вспомнив устав, ответил осчастливленный Володя. — Век не забуду!
— Тогда регистрируйся и вали отсюда, не задерживай очередь.
Такой удачи он никак не ожидал. Если честно, он не слишком верил в то, что удастся получить больше одного ствола, а тут… пусть не СКС, и даже не ППШ, но пистолеты лишними не будут, тем более целых два.
Уезжать он не спешил. Забрался в машину, повесил неудобную кобуру с одним из ТТ себе на ремень, прикинув, как ее можно будет переделать, затем взялся набивать рожки к ППШ. До темноты было пока далеко, есть еще дела, какие надо бы сделать. И главное — узнать, где все же люди живут общинами, если живут, и есть ли там врачи. У кого конец света, а у кого и роды на носу.
24 марта, суббота, утро. Округ Юма, Аризона, США
Раннее утро, только рассвело. Пока прохладно, дневная сковородочная жара еще не накатила.
Пока прохладно, дневная сковородочная жара еще не накатила. Еще раз пройти по дому, посмотреть — не забыто ли что? Вроде все взял. Все, что мог придумать и найти, все, что хоть чем-то могло оказаться полезным. Пока я езжу на этом большом фургоне, не стану мелочиться. Разве что из одежды оставил на месте официальные костюмы. Есть у меня такое чувство, что они уже никогда в жизни не понадобятся.
Самое главное — еда и оружие. Бак полный, я заправился по пути домой из ломбарда. Еда упакована и лежит в большой сумке за сиденьем. Оружие справа от меня. Все. Можно ехать. Нажал на клавишу дистанционки, висящей на потолке, ворота полезли вверх. И застряли. Черт, так и не починил, скотина ленивая.
Выбрался из фургона, подошел к застрявшим на высоте полуметра от земли воротам. Подлез под них плечом, дотянулся до края и с силой рванул вверх, сдвигая их с непонятной мертвой точки, где они через раз застревали. И сердце провалилось в желудок, а волосы встали дыбом оттого, что я почти нос к носу столкнулся с мертвяком. Как я сообразил оттолкнуть его ударом ноги, сам не понял. Пнул его куда-то в область паха — он упал назад, а я отскочил в гараж, трясущимися руками хватаясь за рукоятку пистолета и пятясь от него как можно дальше.
Мертвяк довольно быстро поднялся на ноги и сразу же шагнул следом за мной.
— Твою мать! — заорал я на него по-русски. — Ты где был, сволочь? Откуда ты взялся?
Он, естественно, не ответил, а продолжал спокойно и неуклюже идти ко мне. Босой, в серой шелковой пижаме, на запястье бинт. Нижняя часть лица перемазана кровью: уже ел кого-то. Совсем свежий, и кровь на подбородке свежая.
Я вновь отбежал назад, вскидывая пистолет и сбрасывая предохранитель. Мертвяк на оружие внимания не обратил, продолжая буравить меня своим жутким взглядом. Или это я такой трусливый, или у них и вправду с глазами что-то не так. Каждый раз, как встречусь взглядом, так аж колотит.
Тем временем зомби обошел короткий капот фургона и двинул прямо на меня. И я выстрелил. Двумя «дабл-тапами» подряд, влепив без всякой надобности все четыре пули ему в лоб, почти начисто снеся верхушку черепа. Труп тяжело рухнул назад, завалив по пути пустые картонные коробки, стоящие у стены, и забрызгав своими мозгами белый борт машины. А я перевел дух. Какое там, к черту, «перевел» — я дышал так, словно километр пробежал изо всех сил, а руки у меня тряслись. Так и до инфаркта недалеко. Откуда он взялся? Почему так тихо стоял? Он что, все время стоял перед воротами? Зачем?
Ох, черт, сердце сейчас в горле застрянет. Это даже не стресс — это какой-то «караул». Убрав пистолет в кобуру, я открыл водительскую дверь фургона, вытащил оттуда дробовик и с ним наперевес осторожно пошел к выходу. Меня там целая делегация мертвецов не поджидает случайно? Но никого не было. Мертвецов не было, а вот из своего дома выбежал Том. И соседи слева глазели в окна со второго этажа.
— Что случилось? — крикнул Том.
— Гобблер пришел. Прямо ко мне в гараж, когда я ворота открыл!
Я беспомощно огляделся, не желая бросать труп в доме, пусть и покидаемом уже, и не желая в то же время хватать его руками. Том подошел ко мне, остановился, глядя на мертвеца.
— Это Уолтер. Я его знаю. Он живет на Джеронимо-стрит, — сказал Том.
— Впервые вижу, — ответил я.
— И он обратился дома, — добавил Том. — И уже кого-то ел. Надо бы проверить, что там творится.
Том достал радиостанцию из нагрудного кармана куртки и вызвал группу быстрого реагирования, которая сменила нас совсем недавно в «Десятой лунке».
Рация ответила, и голос из нее пообещал появиться через минуту. А я преодолел брезгливость, нагнулся, схватился за воротник пижамы и попытался вытащить тяжелое тело наружу. Но труп начал выскальзывать из шелка, обнажая худой торс мертвенно-бледного воскового цвета. Ранений на нем я не увидел, кстати.
— Вон же перчатки у тебя, — показал Том.
Я обернулся. Точно, в углу гаража стояло красное пластиковое ведро для мытья полов, в сетке которого лежали резиновые хозяйственные перчатки. Я схватил их, натянул на руки, после чего вытащил труп на тротуар перед домом, где его и бросил. Вернулся в гараж, налил в ведро воды из крана, торчавшего из стены в углу, после чего вылил его на машину, смывая сгустки крови. Затем еще раз и еще. Шланг я уже упаковал в кузов. Кровавые разводы смылись, а я сполоснул перчатки и забросил их в салон. Мало ли когда еще понадобятся.
Послышался звук автомобильного двигателя. К дому подкатил небольшой тойотовский пикап с двухместной кабиной. Один мужик в красной клетчатой рубашке сидел за рулем, а трое в разнотипном камуфляже разместились в кузове. Все были вооружены. Один из кузова окликнул Тома. Тот поднялся с колена от трупа, сказал:
— Это Уолтер, он живет на соседней улице. Жил, если быть точным. Он умер, и похоже, что он кого-то покусал. Надо бы проверить. Знаете его дом?
— Я знаю, — сказал средних лет невысокий мужичок латиноамериканской внешности. — Мы глянем.
Пикап рванул с места, резко развернувшись, и вскоре исчез в конце улицы. Я обрадовался, что Том не предложил мне поучаствовать — я от этого приключения пока все дух перевести не мог. Но Том вновь присел рядом с трупом. Достал из кармана раскладной нож и срезал острым как бритва лезвием бинт с запястья мертвеца.
— Смотри! Это не похоже на человеческий укус! — окликнул меня Том.
Я присел рядом. На бледной коже трупа выделялся полукруг маленьких проколов.
— Кто это его? — удивился я.
— Похоже на крысиный, — ответил Том. — Я был санитаром в морской пехоте в Наме, насмотрелся. Его не перепутаешь.
