Законы и порядки Малого Торжка Серега выведывал очень настырно и старался хорошенько запомнить. Незнание «понятий» не освобождает от ответственности, но зато способствует освобождению от имущества, свободы и жизни.
Поспрошав прохожих (здесь все знали всех), Мыш отыскал Чифаню с неразлучным Сычком, и все четверо отправились в Любимову лавку. Чифаня собственноручно подобрал чехол для ножа и повесил его на Серегин пояс: единственную, если не считать плавок, вещь, оставшуюся у него из прежней жизни.
— Дар! — солидно сказал Чифаня. Лавочник?закуп, торговавший кожевенным товаром, не возражал. Чифаня был — из старших родовичей и мог распоряжаться родовым имуществом. Во всяком случае, на уровне чехла для ножа.
Разобравшись с вооружением, в складчину купили копченой свинины, лепех, огурчиков, квасу (Сычок намекал на что?нибудь покрепче, но ему не вняли) — и отправились на реку. Серега ощущал себя будто в отпуске. Для полного удовольствия не хватало только девочек.
Чтобы утрясти обед, Духарев слегка погонял Сычка, обучая разным приемчикам. Мозгов у Сычка было немного, но с остальным дела обстояли неплохо. А уж удар он держал — загляденье. И это — без всякой техники, исключительно на здоровье.
«Я из него сделаю чемпиона! — решил Духарев. — По крайней мере — местного масштаба».
Глава шестнадцатая
В КОТОРОЙ СЕРЕГА ДУХАРЕВ ЛИЧНО УЧАСТВУЕТ В СОБСТВЕННОМ ШОУ А ЧУТЬ ПОЗЖЕ ДЕЛАЕТ ДВА ПОЛЕЗНЫХ ВЫВОДА
Ишку?угра Сычок опять завалил.
И кузнеца, этакую человекообразную машину с немереной мускулатурой — тоже. Подбил ногу выученным у Сереги приемом, уселся сверху и взял на болевой. Кузнец взвыл и запросил пощады. Не будь у кузнеца такой могучей мышцы, не умеющий соразмерять силу Сычок вообще порвал бы сопернику связки. Третий противник, из купцов, по предложению Духарева сначала боролся с Ишкой и управился с ним на удивление легко. Раз?два — и угр уже воткнулся мордой в землю. С Сычком купчина провозился дольше, но потом исхитрился и кинул Сычка через себя. Классически — с упором стопы в живот. Картинка была замечательная: Сычок был килограммов на двадцать тяжелее худощавого и подвижного купчины. Кинул, перевернулся проворно и наступил пяткой на Сычково горло. Наступил и убрал ногу. Но оспаривать его победу никто не стал. Видно же, что пожалел лежачего.
Народ был в восторге. Эта публика, в отличие от публики древнеримской, а также — и от многих Серегиных соотечественников, кровожадностью не отличалась.
Духарев отсчитал победителю премиальные.
— Устал? — спросил он.
— Есть маленько, — признал купчина. Красивый малый: глаза синие, волосы темно?русые, а борода — светлая.
— А завтра со мной бороться будешь?
— Гривна, — ни секунды не помедлил купчина. — А повалю тебя — две.
— По рукам! — согласился Духарев.
И оповестил Чифаню, чтоб тот, в свою очередь, оповестил народ.
Вообще?то Духарев не рассчитывал, что их шоу будет неизменно собирать аншлаг. И был приятно удивлен, когда и по третьему разу набежала изрядная толпа. Нет, конечно, далеко не все ставили значительные суммы, да и вообще ставили не все. Многие просто пришли поглядеть зрелище.
«Мы у них теперь будем вместо вечернего сериала», — подумал Духарев.
На этот раз ставки собирал сам Чифаня. Он же дал команду начинать.
Купчина атаковать не торопился. Правильная тактика. Серега был для него темной лошадкой.
Серега попробовал его «развести»: имитировал атаку и тут же подался назад, провоцируя на нападение, но купчина не «развелся».
Пришлось атаковать по?настоящему, хотя и сам Духарев немного осторожничал. Повредить противнику организм сверх необходимого — не самый лучший вариант.
Купчина из?под атаки ушел. Очень грамотно и четко. Духарев не мог не восхититься: ни одного лишнего движения, уклоны ровно настолько, насколько требуется. Ни сантиметром больше. А вот контратака у купчины явно хромала. Резкие, но легко видимые удары по ногам, захваты слабые, удары проносные, расхлябанные. Великолепный бросок, которым купчина метнул через себя Сычка, с Серегой не прошел бы никогда. Тот просто не позволил бы себя схватить. Лягался купчина сильно и больно. Но почему?то целил всегда по ногам, так что предугадать его движения было несложно.
Убедившись, что держать удары противника — сущие пустяки, Духарев обнаглел, плюнул на защиту, оберегая только голову и все, что ниже пояса, — начал финтить и в конце концов достал купчину длинным, пробитым из?под руки май?гери. В последний момент противник попытался блокировать летящую в живот Серегину ногу, но блок, быстрый и резкий, почему?то пошел сбоку, Серега влепил прямо в «солнышко», и поединок закончился.
Только позже, анализируя весьма интересный поединок, Духарев понял, почему техника противника выглядела одновременно и искусной, и ограниченной. Словно бы чего?то ей не хватало. В общем, Серега понял, чего ей не хватало. Оружия. Будь у купчины даже не меч, а банальная палка — и финальный удар Духарева принес бы ему не победу, а разбитую голень.
«Ну, будь у него палка, я бы тоже иначе работал!» — успокоил себя Серега.
— Эй! — толкнул Духарева Сычок. — Ты че пригорюнился? Аида мед пить!
— Я — пиво, — машинально отозвался Серега.
— Эй! — толкнул Духарева Сычок. — Ты че пригорюнился? Аида мед пить!
— Я — пиво, — машинально отозвался Серега.
— Пей что душа желает! — радостно заявил Сычок. — Куны есть!
— С вами алкоголиком станешь, — усмехнулся Духарев.
— Алкоголяк — это кто? — заинтересовался Сычок.
— На тебя похож! — ответил Духарев.
— Да будет тебе! — Сычок самодовольно ухмыльнулся. — Ты тоже на морду красен!
Духарев не сразу сообразил, что красивый и красный — для Сычка синонимы.
В общем, они отправились на полюбившийся постоялый двор и опять напились.
Но до этого Серега успел сделать два полезных вывода. Первый: до настоящего, по здешним меркам, бойца ему далеко, но в кулачных боях, именно из?за привычки народа к оружию, у Духарева преимущество. Это как с обученным солдатом, который на татами раз за разом пропускает удар в печень. Потому что привык: правый бок прикрыт прикладом автомата. Второй: в тех случаях, когда противник Сычку не по зубам, Сереге имеет смысл выходить самому. Два полезных вывода и одна идея: а кто, собственно, сказал, что противник должен быть один? Пусть их будет двое. Или больше. Серега любил и умел работать с группой. А зрелище от этого только выиграет.
Глава семнадцатая
В КОТОРОЙ ВЫЯСНЯЕТСЯ, ЧТО СЕРЕГА ДУХАРЕВ ЕЩЕ ПОМНИТ КОЕ?ЧТО ИЗ КЛАССИКИ
Слада ухватом вынула из печи горшок. Вкусный запах тушенного с овощами мяса достиг Серегиного носа и вызвал неудержимое слюноотделение. Солнце, воздух и вода вызывают здоровый аппетит и кардинально снимают синдром абстиненции, в просторечии именуемый похмельем.
Слада поставила на стол три деревянные миски. Дома они с Мышом не соблюдали здешнее правило: женщины едят после мужчин. И пищу в огонь — божкам — не бросали.
— Кирие элейсон… — нестройно затянули Мыш со Сладой.
— Отче наш, иже оси… — по?русски вторил им Серега единственную молитву, которую помнил. Помолившись, принялись за еду.
— Вкусно! — похвалил Серега.
— На здоровье, — Слада держалась с Сергеем очень вежливо, но какой?то кусочек теплоты, который возник между ними вначале, пропал.
