И в самом деле: машины, как и на кольце в Жизнецентре, двигались донельзя плотно и безостановочно, так что проскочить между ними и не оказаться сбитым было совершенно невозможно.
— Но здесь оставаться тоже глупо, — возразил Меркурий. — Давайте хотя бы пойдем вперед; должен же где-то возникнуть регулируемый перекресток! Или хотя бы такой же подземный переход.
— Отсюда я не вижу ничего похожего, — сказал Гост, ростом превышавший, как уже упоминалось, всех остальных.
— Если мы примемся маршировать по этой дороге, нас обнаружат еще скорее, — не согласился Федоров. — Давайте-ка прежде всего сойдем с середины, приблизимся хотя бы к машинам — там мы будем не столь заметны издали. Да и кроме того… Протиснуться между машинами, конечно, нельзя, это так. Однако они и здесь движутся с относительно малой скоростью, так что… Любой из нас наверняка видел такие трюки на киноэкране.
— Вы имеете в виду… — начал было Изнов.
— Вот именно. При такой скорости движения можно, разбежавшись как следует, вскочить на капот ближней машины — и, перепрыгивая с одной на другую, быстро и без особого риска оказаться на тротуаре. Это вовсе не так сложно, как может показаться с первого взгляда.
— Ну, это во многом зависит от индивидуальных возможностей каждого… — пробормотал Изнов, сомневаясь.
— Что касается вас, посол, то не беспокойтесь: мы просто подсадим вас на капот — а тот, кто вспрыгнет первым, втащит вас за руку и перетащит через весь поток: по-моему, машины в полосах разделяет по ширине едва ли больше полуметра…
— Вынужден согласиться, — сказал Изнов несколько нервно, — потому что другого выхода, похоже, не существует… Хотя — если снова воспользоваться опытом терранского кинематографа — можно поступить и иначе…
— Это интересно, — проговорил Федоров едва ли не весело.
Это вовсе не так сложно, как может показаться с первого взгляда.
— Ну, это во многом зависит от индивидуальных возможностей каждого… — пробормотал Изнов, сомневаясь.
— Что касается вас, посол, то не беспокойтесь: мы просто подсадим вас на капот — а тот, кто вспрыгнет первым, втащит вас за руку и перетащит через весь поток: по-моему, машины в полосах разделяет по ширине едва ли больше полуметра…
— Вынужден согласиться, — сказал Изнов несколько нервно, — потому что другого выхода, похоже, не существует… Хотя — если снова воспользоваться опытом терранского кинематографа — можно поступить и иначе…
— Это интересно, — проговорил Федоров едва ли не весело. — Чрезвычайный и полномочный посол — в роли изобретателя кинотрюков.
— Ничего подобного. Я ничего не изобретаю, просто использую. По-моему, куда проще и удобнее — скорость ведь, как вы уже говорили, небольшая — кому-нибудь, кто половчее — вам, советник, например, или тому же Госту, — когда очередная машина поравняется с вами, распахнуть дверцу водителя, вырвать его из машины — они ведь телом помельче нашего, — вскочить на его место, сразу же вывернуться сюда, на свободное место — а тут уж и все мы поможем, усядемся и поедем.
— Куда? — полюбопытствовал Меркурий.
— Да хотя бы на тот же космодром. Направление замечено, а этот их обычай оставлять середину улицы пустой нам окажется очень на руку: тут можно и развернуться, и вообще что угодно.
— Браво, посол! — сказал Федоров. — Откровенно говоря, не ожидал, что вы способны сочинить такой авантюрный сюжет.
— По-моему, это не авантюра вовсе, а точный расчет.
— А я и не отрицаю. Просто узнаю вас с совершенно новой стороны.
— Знаете, мне вдруг захотелось ощутить себя настоящим десантником. Как вам известно, я никогда в жизни не проходил военной службы; но есть, наверное, в каждом мужчине нечто такое… атавистическое, если угодно…
— Да не оправдывайтесь, посол, ваш замысел совершенно в духе десанта. Правда, мне, откровенно говоря, не верится, что все получится до такой степени просто. Однако — чем черт не шутит? Что же, идемте! Первым попытаю счастья я. Гост, вы нацелитесь на вторую машину, ее лучше будет тоже нейтрализовать сразу же, а если у меня сорвется — штурмуем ее. Вперед, десантники!
Они быстрыми шагами пересекли пустую полосу проспекта под прямым углом, сближаясь с все так же плотным и неторопливым потоком машин. И когда до внешнего ряда оставалось уже менее метра, шедший направляющим Федоров внезапно остановился — словно с ходу налетел на непреодолимое препятствие.
— Что за черт!..
Остальные поравнялись с ним — и в свою очередь остановились, удержанные какой-то невидимой преградой, за которой все так же безмятежно скользили машины, а еще дальше, вдоль домов, шли прохожие. Федоров, выставив перед собой ладони, пошарил ими как бы в пустоте.
— Похоже, что это просто стекло, — проговорил он едва ли не разочарованно. — Я-то решил было, что это какое-нибудь поле… — Он постучал костяшками пальцев по преграде — раздался характерный звук. — Да, оно самое. Ну-ка…
И, отступив на шаг, он ударил по стеклянной стене ногой.
Ничего не произошло.
Ничего не произошло. Стекло даже не дрогнуло и уж подавно не разбилось. Машина проехала в полуметре за ним, в ней сидели, кажется, четверо — но ни один даже не повернул головы в сторону стоявших по эту сторону преграды.
— Небьющееся стеклышко, — сказал Федоров сердито. — Броневое, что ли? Интересно, за каким чертом им это понадобилось? Ведь наверняка удовольствие не дешевое…
— Можно предположить, — сказал Меркурий, — что это защита… от чего-то такого… — он сделал неопределенное движение руками, — ну, вот как у нас приходилось затягивать тротуары сеткой для предохранения людей от нападения экх. По-моему, очень похоже.
— То есть ты думаешь, что середина проспекта свободна для того, чтобы по ней могло беспрепятственно двигаться что-то — или кто-то, представляющее серьезную угрозу для жителей? — уточнил Федоров.
— Возможно, Его Приятное Свечение и близок к истине, — проговорил Изнов. — Что мы знаем об этом мире? Меньше даже, чем ничего. Возможно, временами через город проносятся какие-нибудь неостановимые стада… Или дикие орды… Или действительно чьи-нибудь инопланетные десанты…
— Стада или орды — в мире, где развит космический флот, где на более чем современном уровне — если сравнивать с нами — находится, судя по телевидению, электроника?.. — недоверчиво пробормотал Федоров.
— У нас на Синере есть и то, и другое, — сказал Меркурий грустно. — Но и экхи тоже бегали стаями, и вы прекрасно помните это.
С минуту они помолчали, глядя на все так же невозмутимо проезжавшие в одном шаге — и все же недосягаемые — машины.
— Стаи и орды — это, конечно, романтично, — высказал свое мнение Гост. — Но мне думается, что все куда проще. Не их защищают, но, наоборот, — от них. Ведь если это действительно правительственная полоса…
— М-да, — почти сразу согласился Федоров. — Это действительно проще — и правдоподобнее… Ну, что предпримем теперь?
Трое посмотрели друг на друга, Меркурий же продолжал смотреть сквозь стекло. Внезапно он схватил Госта за руку.
— Смотрите! Там… да смотрите же!
— А что я должен увидеть?
— Там, на тротуаре!
— Ну, идут люди… или как их…
— А между ними? Это же вы! На полторы головы выше всех прочих. Да вы что — себя не узнаете?
— Дьявол! — пробормотал Гост. — И правда, похож… Но я-то здесь! Э! Э! А вон и вы! Эй, десантники, поглядите-ка, если вам интересно увидеть себя со стороны: вон мы все там шагаем! Ничего себе номер!
