Муромский, продемонстрировав знаменитую реакцию чемпиона, отшвырнул активную посудину в сторону.
— Спокойно, это теракт! — вскричал бдительный экс-военный. — Все в укрытие! Паника по моей команде!
Друзья ломанулись в дебри орешника и залегли там, ожидая взрыва. Секунды текли одна за другой, пятая за десятой, но ничего не происходило. Пристыженно посмеиваясь, друзья вернулись назад.
Между тем молнии, напугавшие наших героев, погасли.
Вместо них на серебристой поверхности блюдца появилась трещинка, вдоль которой шастало зеленоватое существо вроде кузнечика. При появлении беглецов существо застрекотало, затем соскочило на землю и, грянувшись оземь наподобие сказочной Царевны-лягушки, трансформировалось в удивительную особь пяти футов ростом. Теперь оно напоминало уже не кузнечика, а шаржированного крокодила, обряженного в затрапезный костюмчик, с галстуком и при шляпе.
Первым с оторопью справился неунывающий Попов.
— Вот видишь, Никита, — назидательно заметил он Добрынину, — к чему приводит сама мысль о здоровом образе жизни. Жили мы себе, не тужили, все нам было до фени. А сейчас? Как будто мало нам невидимых девушек и скачущих матерных голов. Еще и пляшущие зеленые человечки пожаловали, здрасте-пожалуйста. Ой неладно что-то в гадском королевстве, ой неладно!
— Погоди, погоди, — остановил его Никита. — Конечно, в употребленном нами карбонаде присутствовал какой-нибудь глюконат, натрия там или кальция. Но думается мне, не он грозит нашему психическому здоровью. А грозит нам, бойцы, контакт с внеземной цивилизацией. С братишками нашими по разуму.
— Ага, или с сестренками, — саркастически поддакнул Муромский. — Читал я у фантастов, что разум у рептилий страшно далек от гуманоидного.
Тут существо откашлялось и не лишенным приятности баском обиженно произнесло:
— Во-первых, я вам не рептилия. Во-вторых, здравствуйте, дорогие земляки! Или нет?.. — Оно похлопало себя по шляпе и наклонило голову, как бы прислушиваясь, — Да, здравствуйте, дорогие земляне! Наше содружество находится в созвездии Парнаса… извините, в созвездии Персея. Мой лингвистический помощник не успел покеля заграбастать всю информацию — отсюдова возможны некоторые лексико-семантические ляписы. Или лапушки? Ляпсусы, да! Устами младенца глаголет истина в вине…
Коммуникабельный Алексей заботливо похлопал пришельца по шляпе. Тот снова прокашлялся:
— Кхм, еще раз прошу простить меня за несовершенство техники. Так вот, содружество наше очень дружное, потому что мы очень любим дружить. Цель моего визита — поиск наиглавнейшего дружбана на вашей планете.
— Вспомнил, мужики, вспомнил! — закричал Илья, возбужденно хлопая себя по ляжкам. — Был такой мультфильм, там один крокодил дружил с неведомой зверушкой. Как же его, блин, звали: не то черепашка Ниндзя, не то Черепушка-ниндзя?
— Сам ты черепушка! — огрызнулась из травы сушеная голова.
Добрынин снисходительно посмотрел на Илью:
— Чебурашка, балда. Чебурашка и Крокодил Гена. У нас начальник училища здорово любил этот мультик. Загонял по большим праздникам курсантов в клуб и крутил весь сериал. А потом грозил в адрес Пентагона: мол, вот вам, гудзонские ястребы! Не сгинет дружба между народами!
Персеанский любитель дружбанов нетерпеливо заерзал:
— Чебурашка, Чебурашка! Истинно так и растак! В пошлую эпоху наш разводчик случайно попался на территорию Земли. Перед тем как исчезнуть на горизонте, он переслал видеоматериал о величайшем дружбане всех времен и народов. Ужели это не миф и я окопался в легенду по самые помидоры?! О, земляные червяки, прошу вас, проведите, проведите меня к нему — я хочу видеть этого Чебурашку!
Никита жалостливо потрепал его по плечу:
— Да, боец, ты попал. Однако не в сказку. Легенды, брат, штука хорошая, но ненадежная. Боюсь, что Чебурашку твоего можно отыскать только в музее «Союзмультфильма».
Боюсь, что Чебурашку твоего можно отыскать только в музее «Союзмультфильма». И то не самого Чебурашку, а, мягко говоря, чучело Чебурашки. Таковы реалии.
Заметно погрустневший персеанин сел на хвост и возрыдал крупными крокодильими слезами. Слезы ручьем скатывались с инопланетного лица. Образовавшийся поток бодренько зажурчал в озеро.
— Ну мужик, что ты, в самом деле? Будь мужиком, не все так плохо, — принялся успокаивать его Илья. — Свет клином ему сошелся на Чебурашке! Да у нас, чтоб ты знал, добрых людей знаешь сколько? Зачем далеко ходить — и Лешка, и Никитка, да и я туда же, чем тебе не добрые? А хочешь обязательно зверушку, так есть у нас добрая черная голова. Может, подойдет вместо Чебурашки? Если нужно, мы к ней уши-лопушки приклеим.
— Ты лучше расскажи-ка, что за фокус мы сейчас наблюдали, с изменением объемов материальных тел? — проявил конструкторскую заинтересованность Попов. — То ты крошечный, а то вон какой крокодил. Что за гений, парадоксов друг, здесь поработал?
«Крокодил» робко улыбнулся, промокнул галстуком остатки влаги на глазах и, изредка пошмыгивая, разговорился.
— Не сердитесь на меня, добрые землянки! Я неважно оснащен техническими знаниями. Я всего-навсего скромный профессор дружбанологии. Впрочем, ведущий специалист в своей области, — приосанился он. — Ученый совет рекомендовал зарядить экспедицию. Насадили меня в это автоматическое судно, объяснили, как пользоваться трансформатором, и — фьюить!
— Трансформатор, говоришь?
— Да! Да! Трансформатор, он навроде грушки для малышат: кнопку нажал — взлетели, другую нажал — сели. Третью нажал — и вот я здесь!..
Пришелец помолчал немного, чтобы перевести дух. Взгляд его остановился на упаковке капустно-огуречного сока. Рептилоид с истинно научным любопытством попробовал содержимое на язык. Затем, шумно выдохнув, надолго присосался к канистре.
Муромский, наблюдая за мощными глотками, забеспокоился:
— Эй, парнище, тебе хоть не повредят земные витамины? Противопоказаний в метаболизме не будет?
— Не ведано мне, добрые люди, ни о какой сметаноболезни. Просто все твердое мы жуем, все жидкое пьем. А у вас разве не так? Пить — не за ухо лить!
Дружбанолог после употребления напитка «Бодрость» внезапно оживился. Зеленоватая кожа слегка потемнела, местами даже побурела. Он с нечеловеческой теплотой во взгляде обратился к троице:
— Мне и вправду можно с вами задружиться? Давайте же станем дружбанами, не ошалеете! Нипочем нам водки жбан, если рядом есть дружбан! Оле-оле-оле-оле, друж-бан чемпион!
После этих достойных речевок глаза экспериментатора, нахлебавшегося досыта рассола, закатились, хвост подломился, а самого повело на землю, куда, сердечный, и рухнул.
— Никак, преставился, бедолага? — всполошился Попов.
Ан нет, бедолага едва заметно подрагивал конечностями и вполне по-земному похрапывал.
Никита развеселился:
— Вот же, зараза, вырубился. Бойцы, да он назюзюкался, он пьян в матушку! И с чего — с рассола?! Фишка года: три раздетых мужика, не считая говорящей головы, и в дупель ушатанный рассолом космический крокодил Гена. Поздравляю всех нас с первым контактом!
— Есть контакт! — объявили богатыри и вдругорядь дружно чокнулись соком.
Послеполуденная жара опадала медленно.
Поэтому друзья решили сначала повторить водные процедуры, а там уж и мозговать на свежую голову, что делать с рептилоидом.
Сытая и отдохнувшая компания резвилась на воде, что твои дельфины. От избытка адреналина затеяли игру в жмурки. Та еще, признаться, забава! Муромскому завязали глаза его же футболкой — ну и давай он ловить кого ни попадя. Самыми комичными выглядели Илюхины попытки, определив на слух месторасположение жертвы, подкрасться к ней под водой. А хрена ли старому боксеру: грудная клетка растягивается как баян, легкие, не отягощенные никотином, работают как кузнечные мехи, — и летит этакий человек-торпеда сквозь толщу вод и воображает себя невидимкой. Это в прозрачном-то до самого дна озере.
