— Ужас какой… — Наташу передернуло. — Она их хотя бы моет?
— Нет: у нас в доме вода по счетчику, экономит, — признался Макар. — Но откровенное старье вроде как не подбирает, только новые, так сказать, свежеопустошенные.
— Я подсолнечное масло покупаю только в магазине, — заметил Геннадий. — Там точно знаешь, что продукт в нормальных бутылках продают. Правда, насчет качества самого масла бывают сомнения, но это уже другой вопрос… Влад, когда начнем охоту на чертей? Деньги нужны — мочи нет.
— Нашел чем озадачить, — улыбнулся Макар. — Я не помню ни одного момента в своей жизни, когда денег хватало на всё необходимое.
Владислав достал из кармана остатки суммы, заработанной на избавлении институтских коллег от чертей.
— Как только купим пустые бутылки и вложим в них фигурки людей, так сразу и приступим, — сказал он. — Сегодня я это дело оплачу, но в будущем, если всё пройдет удачно, мы будем откладывать часть прибыли на служебные расходы.
— Поддерживаю! — воскликнул Геннадий и поднял правую руку, голосуя за предложение. — А тех, кто откажется, мы лишим части заработанного принудительным путем.
— Думаю, до такого не дойдет, — заметил Макар. — А я даже готов отдавать Наташе свою порцию шоколада от киндер-сюрпризов. Пусть полакомится, мне для хорошего человека ничего не жаль.
— Даже зарплаты? — поинтересовалась Наташа, прищурившись а-ля предводитель пролетариата Владимир Ильич.
— Даже зарплаты, если замуж выйдешь, — не моргнув глазом, ответил Макар.
Наташа хихикнула.
— А как я потом мужу объясню, почему ты мне каждый месяц деньги приносишь?
— Если за меня выйдешь! — исправился Макар.
— Это официальное предложение? — спросила она.
— Бета-релиз, — честно ответил Макар.
— Хм. Стало быть, я могу тебя протестировать и бросить, если мне что-то не понравится?
— Можешь. А как долго ты намереваешься это делать?
— Пока не удостоверюсь в отсутствии у тебя багов, зависаний и наличия твоих бета-релизов на стороне. Или пока не получу официальное предложение от более смелого.
— Короче говоря, не хочешь мой шоколад, так бы сразу и сказала, — буркнул Макар. — Ну что, Влад, давай денег, да пойду я за бутылками, пока их не отдали продавцами на рынке.
— А я пойду разгребать хлам в своем гараже, — сказал Геннадий. — Машины у меня до сих пор нет, свободного места много — на первое время для хранилища бутылок подойдет.
Владислав протянул Макару сотенную.
— Наташа, — сказал он, выдавая лаборантке пятьсот рублей, — тебе предстоит купить киндер-сюрпризы и достать из них фигурки. Я как руководитель нашей маленькой группы отправлюсь на поиски помещения для офиса. Как только обнаружу подходящее, звоню вам, и мы собираемся на новом месте для проведения последних опытов с поимкой чертей.
— А потом, я полагаю, мы дадим объявление в газету, начнем ездить по вызовам лечить людей и зарабатывать большие деньги? — спросил Геннадий.
— Да.
— Потрясающий план! — воскликнул Макар. — Лаконично и по существу. Особенно пункт насчет больших денег.
— Я прямо сейчас захотел горы своротить, — поделился настроем Геннадий.
— Так выпьем же за то, — произнес Макар с легким кавказским акцентом, доставая из кармана рубашки ромовую конфету и держа ее на манер рюмки, — чтобы нам никогда не пришлось покупать губоказаточную машинку и не вспоминать о бесцельно прожитых годах.
— Ты снова конфет с ромом купил? Объешься до невменяемости, в вытрезвителе врачи от истерики помрут, когда узнают, что ты употреблял, — укоризненно произнесла Наташа. — Как не стыдно.
— У меня дома еще и чай со вкусом рома есть, — ухмыльнулся Макар. — Мощная штука. Готов работать от зари до зари.
— В таком случае, почему мы до сих пор сидим на месте? — удивился Владислав. — Вперед, к созданию нашего собственного светлого будущего!
— И пусть наши враги навечно остаются в пластиковых бутылках! — добавил Геннадий. — Какой, кстати, у пластмассы срок полураспада?
— И, главное, какова у неё критическая масса? — хихикнул Макар. Геннадий улыбнулся.
— А если серьезно?
— При нашей жизни простоит, а больше мне и не нужно знать.
— И то верно.
Друзья разошлись выполнять задания руководителя, а Владислав медленно зашагал по тротуару в сторону киоска за газетой бесплатных объявлений. Ему было, о чём подумать: еще вчера он сомневался насчет открытия фирмы по лечению людей, да и слова черта о наличии разного рода галлюцинациях не давали покоя. Червячок сомнения грыз душу и нашептывал: поберегись, ведь ты не знаешь, какие галлюцинации встретятся тебе на пути? Черт внес немало сумятицы в эту проблему.
На Липсика, время от времени приходившего в гости, показ банки с дерущимися «сквородочниками» произвел огромное впечатление. Он стал смотреть на Владислава куда уважительнее и присмирел: перестал появляться без стука, пугая его выпрыгиванием из-под кресла, дивана или угла.
— Я думал, ты не догадаешься, — признался он. — Простое решение не всегда оказывается верным.
— И не такие орехи грызли, — похвалился Владислав. — Так что не задавайся, и на старуху бывает проруха.
— Ты только не лови меня, — попросил черт, — ведь я никому не сказал о том, где ты живешь и чем занимаешься.
— Я знакомых не ловлю, — ответил Владислав. — Веди себя спокойнее в моей квартире, и будешь жить свободным и счастливым.
— Договорились! А ты скоро охоту за нашим братом начнешь?
— Зачем тебе? — не понял Владислав.
— Хочу в будущем мемуары написать! — поделился мечтами черт. — Представляешь: через триста лет выйдет в свет моя книга о давних событиях, и романтически настроенные черти отправятся искать по планете древние склады бутылок с заточенными в последних страдальцами. Куча чертей отыщет пропавших родственников, слезы будут литься ливневыми потоками, смывая на своем пути сердобольных зрителей… И самое хорошее — для тебя, я имею в виду — ни один пострадавший не сумеет добраться до заточителей и свернуть их в бараний рог в связи с их длительным к тому времени несуществованием.
— Ты выпил, что ли? — воскликнул Владислав. — Хорош чушь нести. Лучше скажи: другие галлюцинации — они такие же частые гости у людей или появляются намного реже? Я пока что вижу исключительно чертей.
— Твое счастье, Владислав, честное слово, — ответил черт. — Другие появляются реже, но многие из них куда опаснее. Я не знаю, способен ли ты видеть их или нет, но если нет, то считай себя счастливцем. Я тебе говорю. Охоться на нашего брата и не пытайся расширить свои познания о разнообразии жителей мира галлюцинаций. Спать крепче будешь.
Черт, как-то разом ставший серьезным, пригрозил Владиславу пальцем, повторил:
— Учти, я не шучу! — и юркнул в стену, не желая продолжать разговор на данную тему или вспомнив о каком-нибудь крайне важном деле.
…Продавщица быстро отсчитала сдачу и протянула её вместе с газетой. Владислав поблагодарил по старой культурной привычке, положил свернутую газету в полиэтиленовый пакет и зашагал домой: читать объявления и выбирать среди двухкомнатных квартир на первом этаже подходящее помещение.
До конца ремонта института оставалось недели три, не меньше, и за это время Владислав планировал выяснить, насколько стоящим окажется избавление людей от чертей и головной боли. А там будет видно, какой окажется приобретенная способность — сомнительным даром или подарком небес. В случае успеха новое «хобби» превратится в основную работу, а в случае неудачи коллектив спокойно вернется на прежнее рабочее место и забудет о том, что происходило за время вынужденного отпуска.
