— Студенты, — коротко ответил Николай. — Хищническая история об отношении будущих химиков к горелочному топливу. Думаю, вы меня понимаете… Но хватит о грустном. Что вы хотите сделать со спиртом?
— Нам нужно превратить его в ацетальдегид, — объяснил Владислав. — Дело срочное и весьма важное.
— Но вы только что сказали, что не станете его пить, — удивился Николай. — Каким образом вы намереваетесь превращать его в то, что вам нужно, не употребив?
— Химическим путем, конечно. Для того мы к тебе и пришли.
— Нормальные люди переводят спирт в ацетальдегид в организме, а не при помощи реактивов.
— Я — антиалкогольный маньяк, если ты забыл.
Николай кивнул головой.
— Забудешь такое диво… — пробормотал он. — Ну, хорошо. А как, позвольте поинтересоваться, вы представляете себе процесс получения ацетальдегида из спирта в моем кабинете?
— Очень просто, — ответил Владислав. — Нужно добавить соляной кислоты, процентное содержание которой равно кислоте, находящейся в желудке человека. И произвести еще кое-какие манипуляции, чтобы на выходе получить настоящий ацетальдегид.
— Угу, — глубокомысленно произнес Николай.
— Угу, — повторил Владислав.
— А кто, извините за прямоту, мешает вам сразу чистый ацетальдегид, а не переводить хороший продукт на непотребное химическое дело?
— А разве он продается? — удивилась Наташа.
— Да вы, никак, с дуба рухнули? — ахнул Николай.
— Да вы, никак, с дуба рухнули? — ахнул Николай. — Бог его знает, сколько десятилетий ацетальдегид производят в промышленных масштабах для получения уксусной кислоты и еще кучи разных веществ, перечислять которые я могу до тех пор, пока меня не уволят за невыполнение основной работы. И нечего переводить медицинский спирт на создание ядовитой жидкости. Ваш ацетальдегид стоит всего ничего — около тысячи рублей литр, в зависимости от жадности продавцов. И продают его хоть литром, хоть цистернами. Много вам нужно?
Владислав выглядел крайне озадаченным.
— Правда? — переспросил он. Если ацетальдегид производят в промышленных масштабах, как и спирт, и при этом не было никаких аномальных явлений, то версия Геннадия оказывается разбитой в пух и прах. На что же реагируют эти зеленые гады? — Слушай, а ты не в курсе: никто из рабочих подобных предприятий не жаловался на разного рода аномальные явления, случающиеся во время производства ацетальдегида?
— Если считать аномалией низкую зарплату, то очень даже жаловались.
— И больше ничего?
— Прости, не понял, — произнес химик. — Вы какие-то странные сегодня. Бутылка еще не почата, а вы ведете себя так, словно успели перебрать. На что еще должны жаловаться работники химической промышленности?
— На головную боль, например.
— Насколько мне известно, подобной статистики в открытом доступе нет.
— Жаль.
— Народ, — Николай открыл тетрадь, увидел, что уже написал то, что нужно, закрыл ее и задумался на несколько секунд, — скажите прямо, что вы затеяли и какого рода результаты намереваетесь получить? Мне намного проще заниматься решением задачи, если ее условия не являются для меня же засекреченными.
Макар открыл было рот, чтобы наговорить с три короба о похождениях чертей с колотушками по людским головам, но Владислав ответил раньше.
— Единственно, что могу сказать — явление, которое мы изучаем, связано с разгромом нашего института. Ты в курсе, наверное, во что его превратили на днях?
— Слышал. — Николай хихикнул. — Похоже, вы уже пытались получить ацетальдегид предложенным мной способом, но переоценили собственные силы. Я прав?
Владислав укоризненно покачал головой.
— А о чём я еще могу подумать? — возразил Николай. — Вы определенно занимаетесь какой-то ахинеей, но не пойму, какой и ради чего.
— Как только создашь нам литр ацетальдегида, так сразу же и раскроем секрет, — сказал Владислав. — Я обещаю.
Глава 11
Владислав сидел в кресле, передвинутом в угол лаборатории. Николай возился с пробирками, создавая ацетальдегид, а Макар и Наташа вышли на улицу, не дожидаясь окончания эксперимента. Владислав настоял: решил перестраховаться и обойтись малыми жертвами в случае непредвиденных обстоятельств.
Надев черные очки, специально купленные по случаю эксперимента — чтобы черти ненароком не перехватили его взгляд, — Владислав раскрыл взятый со стола справочник по химии и притворился читающим. Время от времени он посматривал по сторонам в поисках рогатых, но кроме безрогого химика пока еще никого не видел. В ожидании окончания опытов он осилил три страницы справочника и словно ребенок радовался найденным в тексте знакомым словам.
— Готово! — возвестил Николай, поднимая вверх руку с пробиркой, на треть заполненной почему-то зеленой жидкостью. — Ацетальдегид, пробная партия. Что теперь?
— Отлично, — Владислав отложил книгу, подошел к Николаю и поставил перед ним пустую литровую банку с лежавшим на дне пластмассовым пупсом.
— Ацетальдегид, пробная партия. Что теперь?
— Отлично, — Владислав отложил книгу, подошел к Николаю и поставил перед ним пустую литровую банку с лежавшим на дне пластмассовым пупсом. — Теперь выливай его сюда.
— Полностью?
— Полностью.
Николай наклонил пробирку и вылил жидкость в банку. Владислав поболтал банкой и поставил ее на пол подальше от химика и от себя.
— Закрой пробирку пробкой, — попросил он.
— Как скажешь, — Николай выполнил просьбу. — Что теперь?
— Теперь ждем, — сказал Владислав, — и скоро ты узнаешь, для чего мне понадобилось создавать ацетальдегид. Отодвинься к окну на всякий случай.
— Он не взрывается, — заметил химик.
— Сам — нет, — согласился Владислав. — Но ты всё равно отойди.
Николай пожал плечами, и, не вставая с кресла на колесиках, отъехал к окну.
— Ты хотя бы намекни, чего мне стоит ждать? — попросил он.
— Увидишь, — сказал Владислав. — А сейчас сделай вид, будто занимаешься другими делами. Как только оно начнется, я сразу об этом сообщу.
— Начнется что? — потребовал объяснений Николай.
— Я не могу сказать однозначно, — лаконично объяснил Владислав. — Ты жди. Если я не ошибаюсь, то ожидание продлится недолго.
— А если ошибаешься, то мы просидим перед банкой до конца смены, как два идиота? — заметил Николай.
— Возможно.
— Потрясающе… Занимаемся черт знает чем ради непонятной цели. Не был бы ты моим другом, давно бы тебя выгнал за издевательства и забрал бутылку в качестве моральной компенсации.
— Поверь мне, Коля, оно того стоит.
— Давай, я сам сделаю выводы о стоимости увиденного, — возразил Николай. — А пока, сдается мне, вы решили устроить глупый розыгрыш, и это недорогого стоит.
— Разве я похож на Пельша?
Николай отрицательно кивнул головой.
— Но это ничего не меняет: Пельш не устанавливал монопольное право на глупые розыгрыши.
— Ты жди, и счастье придет, — Владислав вернулся на свое место и едва взял книгу, как увидел в окне рогатую физиономию. Принюхивающийся черт медленно поворачивал голову и уверенно шел на запах ацетальдегида. Владислав замер, боясь спугнуть добычу.
— Начинается… — прошептал он.
— Где? — встрепенулся Николай.
— Не делай резких движений, — попросил Владислав, — а то сорвешь эксперимент.
Черт дотронулся до окна, легонько постучал по стеклу, медленно просунул сквозь него руку и с такой же скоростью прошел по подоконнику, входя в кабинет. Снял сковородки с пояса и перепрыгнул с подоконника на стол, у которого сидел Николай.
