В одно прекрасное и тихое утро, когда горные буки и грабы уже начали сбрасывать свой золотой наряд, пришли первые, ещё несмелые заморозки. Хотя в низинах ещё клубился туман, здесь воздух приобрёл ту замечательную прозрачность, что бывает только поздней осенью. И вот в эту-то утреннюю прелесть и выбралась из своего неведомого укрытия Айси, хранительница рек и озёр.
Полюбовавшись с высоты на седые пласты мохнатой дымки, из которой торчали кроны деревьев в низинах, грациозная и изящная дева улыбнулась. Наклонилась к своему излюбленному озерцу, выудила ладошкой первую тонкую льдинку. Посмотрела сквозь неё на солнышко, прищурив один глаз. Видимо, оставшись довольной, Айси воровато огляделась по сторонам — не видит ли кто? И совсем по-девчоночьи принялась мягко потирать ледышкой тут же заалевшие, словно у людей, щёчки.
Затем фея счастливо потянулась, роняя с точёных пальчиков капли в спокойную гладь озерца. Закружилась было в танце своей вечной молодости, но затем сторожко замерла — по каменистой осыпи сюда явно кто-то поднимался снизу. Поскольку ни горные духи, ни окрестные нимфы тарарам не подняли — выходит, это кто-то из своих?..
Айлекс издали приветливо помахал рукой. Да поднатужившись, гаркнул так, что две горные косули, на всякий случай затаившиеся в тени валунов, рванули прочь как ошпаренные.
Да поднатужившись, гаркнул так, что две горные косули, на всякий случай затаившиеся в тени валунов, рванули прочь как ошпаренные.
— Привет, Хранительница!
Идущая рядом с ним Мирдль демонстративно поморщилась и зажала ушки. Вряд ли кто признал бы нынче в этой типичной лесной дриаде бывшую монашенку из богом и людьми проклятого монастыря. Постройнела, приобрела почти девчоночью стать и лёгкую походку — только серьёзное выражение зелёных глаз выдавало прежнее происхождение от рода людского. Босиком и в одной лишь цветочной тунике, поверх которой по-прежнему тускло блистал знак Хранителя, болтающийся на кожаном шнурке, она просто радовала взгляд — и грела душу.
— Чего орёшь? — она немилосердно пихнула локтем в бок своего спутника.
Пользуясь тем, что Айлекс охнул и споткнулся на полушаге, Мирдль прыгнула вперёд и ловко опередила его. Первой вышла на берег притаившегося меж скал горного озерца.
— Привет, сестра, — она осторожно обняла и чмокнула в щёку Айси, попробовала ногой ледяную воду и зябко передёрнулась. — У-у, холодрыга!
— Ну, здравствуйте, коль не шутите, — фея посматривала хоть и настороженно, но без подозрительности. — Ну вот ни за что не поверю, чтоб вы пришли просто так. Что-то замыслили, не иначе.
Она уселась на свой излюбленный валун на берегу, дабы понежиться на солнышке. Только, на этот раз она не смотрела в никуда своим таинственным и чарующим взором голубых глаз, а следила за подозрительно невесёлой парочкой. А дела там пошли совсем плохо — Защитник сбросил с плеча поклажу, отстегнул пояс со светлым мечом и тёмной шпагой, которые даже будучи нацепленными на разные стороны, шипели и плевались друг на друга.
Волосы феи огненным встали дыбом от ужаса и солнечным цветком запылали вокруг неё — Айлекс поцеловал свою возлюбленную так печально, что тут в Зеркало смотреть не надо. Что-то непоправимое случится…
Айлекс всё-таки зашёл в воду по пояс, осторожно неся на руках Мирдль и не будучи в силах оторваться от её глаз цвета несбывшейся мечты. Красавица вздрогнула легонько, когда он положил её на воду. А затем взял за плечи и погрузил в глубину.
По её сводящему с ума телу прокатилась судорога, из побледневших уст вырвались и взлетели к поверхности серебристые пузырьки воздуха. Мирдль не сопротивлялась и даже не вырывалась — лишь грустно смотрела на него из-под поверхности воды. И Айлекс не выдержал, отвернул взгляд с застящей мокрой пеленой — а когда вернул его, то обнаружил что ладони сжимают пустоту…
Айси осторожно пошевелилась и глотнула холодного воздуха. На всякий случай протёрла глаза — кристально-читое озерцо просматривалось до самого последнего камушка на дне. Но кроме слепо качающегося, выходящего из воды Айлекса, там никого не оказалось.
— Ну, ты вообще хоть иногда думаешь, что делаешь? — она прищурилась, глядя на сгорбленно сидящего на берегу парня, и на всякий случай заглянула в своё озеро ещё раз.
Пустота… холод и пустота…
— Нет, ну в самом деле, Защитник — я согласна, что этой стервочке прямая дорога в ад. Но когда она там хоть чуть пообвыкнется, оттуда ж все демоны в ужасе разбегутся — Сила-то при ней осталась! — Айси неодобрительно поморщилась изящным и вовсе не предназначенным для горестных чувств лицом. — И куда они прибегут искать защиты, догадываешься. Оно нам надо?
Серая туманная дымка застила взор и так затягивала в душное ничто, что Айлекс с трудом заставил себя ответить. И голос его не сильно отличался от стона.
— Здоровых и тупых подаришь духам земли да огня. А умных тоже найдёшь, куда… — силы его оказались всё же не беспредельны.
Вцепившись ладонями в камень, в немой муке кричащей и содрогающейся от боли души, он лёг на спину, подставив незрячие глаза огненному сиянию солнца.
Как же хочется ухватиться за клинок. Вон они оба, стоит только руку протянуть. Уж тёмная-то шпага не откажется проверить, есть ли сердце у того, кто своими руками убил свою любовь.
— Извини, Айси, у меня не то настроение…
Но фея оказалась то ли мудрее, то ли действительно многое поняла за свои многие тысячи лет.
— Нет, малыш — всё же я думаю, что Сила Жизни исправит даже такую змеюку, как эта Мирдль, — всё же в её голосе сквозила неуверенность. Но она храбро продолжила. — Ты ведь… ты ведь именно на это и рассчитывал?
Серые каменные скалы всё же не обрушились на лежащего человека — и гром с ясного неба не поразил его. Айлекс даже нашёл в себе каплю сил и попытался отшутиться.
— Не обижай змей, Айси — любая из них отравится и помрёт в страшных корчах, если укусит Мирдль.
— Мирдль, — как сладкую истину шёпотом повторил он.
Айси покачала головой и тихо вздохнула, отчего поверхность озера, чутко улавливающего малейшие колебания настроения хозяйки, нахмурилась и пошла свинцовой рябью. Безнадёжный случай. Надо же такому случиться — у Защитника всё-таки есть сердце. Горячее и яростное человеческое сердце, а не только холодная решимость лесного воина. А тут ещё и такое… совсем ещё щенок втрескался в матёрую волчицу — иных выражений для этой оказавшейся ох какой непростой Мирдль у феи просто не нашлось.
И всё же, эти человеки крепкая порода — вон, хоть сердце кричит и рвётся из груди так, что едва скалы не рушатся, а всё же Айлекс нашёл в себе силы подняться. Губы прыгали, упрямо не слушались, однако он заставил предательское тело повиноваться.
— Ответь мне, Хранительница — мы, люди, всегда убиваем то, что действительно любим?
Айси не ответила. По крайней мере вслух. Лишь отвернулась в сторону, да отчего-то потемнели воспоминанием её голубые безмятежные глаза. Она помолчала некоторое время, диковинным образом расплываясь в мутнеющем взоре парня, затем дёрнула плечиком.
— Я могла бы заглянуть за Зеркало, даже помочь… но пусть всё идёт свим чередом. Либо ты, Айлекс, идиот каких свет не видывал — либо твоя надежда сбудется.
