Андроид был, как всегда, быстр и точен в своих действиях. Вытолкав Машу в коридор, он буквально выбросил из лаборатории оглушенного своей неудачей доктора, с помощью прихваченного с собой прибора дистанционного управления выключил основной терминал компьютера, управлявшего исследовательским комплексом, и сам мигом выскочил за дверь. Иной в это время уже освободился и стоял, пригнувшись и растопырив когтистые передние лапы, — и дурак понял бы, что это угрожающая поза.
Искусственный разум «Цезаря» тоже не спал. Все-таки это была отличная машина, наделенная интеллектом, способностью к логическому мышлению и в том числе определенным набором эмоций. Едва люди и Бишоп покинули лабораторию, Цезарь полностью обесточил помещение, намертво запер дверь и включил аварийные огни. Иной, когда погас свет, дернулся, будто в испуге, мягко отступил на шаг назад, раскрыл пасть и сердито запищал. Так как теперь его отделяли от коридора толстая дверь и огромные прямоугольные бронестекла, Бишоп, к своему сожалению, не сумел различить звуковой сигнал.
ТРЕВОГА ПО КОРАБЛЮ! НАРУШЕН СТАТУС БИОЛОГИЧЕСКОЙ ЛАБОРАТОРИИ! ПРИСУТСТВИЕ НЕЧЕЛОВЕКА! ПОВТОРЯЮ: ПРИСУТСТВИЕ НЕЧЕЛОВЕКА! — оглушительным голосом речевого синтезатора известил Цезарь остальных.
Первым примчался Казаков. За его спиной хмуро возвышались обер-лейтенант Эккарт со своими громилами из антитеррористического подразделения, до удивления спокойный сержант Ратников и озабоченные происшедшим врачи.
Зверь осторожно бродил по темной лаборатории, натыкаясь на аппаратуру и переворачивая легкие пластиковые кресла. Изучал обстановку. Сквозь толстое обзорное стекло он выглядел неясной угловатой тенью, перемещающейся в глубине помещения.
— Что, черт вас задери, произошло? — Разъяренный Казаков набросился на бледного Гильгофа. — Отвечайте же!
— Он… он перестал слушаться, — почти заикаясь, ответил доктор. — Не могу понять почему. Разбил стекло камеры…
— Убью! — рявкнул лейтенант, сгребая незадачливого ученого за манишку, и, брызгая слюной, прокричал ему в лицо: — Кто говорил, будто эта тварь полностью подконтрольна? Кто меня уверял, что Иной теперь стал домашним животным, с которым дети могут играть, как с собакой? Иди теперь туда и усмиряй его как хочешь! Как его выгнать?
Иной, осмотревшись в помещении (видимо, темно га ему не была помехой — как-никак, он располагал исключительно полезным свойством в виде «биологического прибора ночного видения»), начал пристально изучать пол.
Просто царапал лапой по шершавому пластику покрытия. Зачем — непонятно. Однако сейчас никто не смотрел на зверя.
— Я… — пролепетал ученый, поправляя свои очки, — я…
— Головка от… — начал было Казаков, но Маша вовремя положила ему ладонь на плечо.
— Оставьте, — твердо сказала консультантка и не без труда оторвала лейтенанта от доктора Гильгофа. — Потом разберемся, почему это произошло. Нужно думать, что делать дальше.
— Убить проклятую тварь! — тотчас последовало предложение от Эккарта. — Причем убить немедленно!
— Потечет кислота. — Ельцова, нахмурившись, посмотрела на германского обер-лейтенанта. — И потом, если мы откроем дверь, Иной одним прыжком доберется до человека, стоящего в проеме.
— Запустить туда Бишопа с «умной винтовкой»! — Сержант выступил вперед. — Он же сам говорил, что Иные на него не реагируют как на живое существо!
— Кислота, — снова напомнила Маша. — Читали мой отчет о событиях на Ахероне? В нашем челноке, прямо в кабине пилотов, убили Иного. Окисляющая жидкость уничтожила очень важные кабели и главный процессор корабельного компьютера. Естественно, что мы потом не смогли взлететь…
— Если мне отдадут подобный приказ, — вмешался андроид, — я, конечно, пойду. Но, честное слово, очень не хочется. Мария Дмитриевна высказала более чем разумное предположение. Мы можем повредить корабль, не только убив животное, но и… Я плохо представляю себе последствия стрельбы из «умной винтовки», тем более разрывными снарядами, в маленьком помещении. Пожар? Короткое замыкание? Несомненно, противопожарная система «Цезаря» сработает, но к чему лишние трудности?
— Не нужно стрелять! — с болью в голосе воскликнул несколько очухавшийся Гильгоф. — Повредите аппаратуру! Там в криогенном хранилище его клетки, биологический материал! Невосполнимая потеря для исследователей!
На ученого никто и не посмотрел. Какие могут быть рассуждения о непреходящих научных ценностях, когда всего в нескольких метрах от людей, крепко уверовавших в свою безопасность, находится Иной, отделенный лишь плотным стеклом? Да плевать гнусному монстру на эту хлипкую перегородку! Разбил специально укрепленную капсулу, разобьет и ее! Разбежится, ударит всем корпусом об окно — и начнется…
Иной закончил свои изыскания на полу, вытянул щупальца, подпрыгнул, будто кенгуру, опираясь на хвост, зацепился передними лапами за проложенный по потолку кабель и повис, изредка поводя головой из стороны в сторону.
— Стрельба отменяется, — сказал Казаков, поразмыслив. — Может, закачать в этот отсек отравляющий газ? Потом провентилируем помещение или спрыснем антидотом… А, дьявол!
— Сообразили? — грустно улыбнулась Маша. — Его не возьмет никакое химическое соединение. Вещества, от которых любой человек окочурится через пять секунд, для Иного — что для нас испорченный неприятным запахом воздух. Мерзко, конечно, но дышать можно.
Зверь медленно и плавно перемещался по потолку лаборатории, будто выбирая подходящую позицию. За ним наблюдал только Бишоп, но и андроид не понимал, в чем смысл эволюций Иного.
— Ударить током? — продолжал строить варианты расправы с Иным Казаков. — Понизить температуру в лаборатории и заморозить? Тварь нужно побыстрее выставить наружу…
Яркими переливами засияла пурпурная тога, блеснули золотые браслеты на запястьях, и зарябило в глазах от квадратиков меандровой тесьмы.
Вещества, от которых любой человек окочурится через пять секунд, для Иного — что для нас испорченный неприятным запахом воздух. Мерзко, конечно, но дышать можно.
Зверь медленно и плавно перемещался по потолку лаборатории, будто выбирая подходящую позицию. За ним наблюдал только Бишоп, но и андроид не понимал, в чем смысл эволюций Иного.
— Ударить током? — продолжал строить варианты расправы с Иным Казаков. — Понизить температуру в лаборатории и заморозить? Тварь нужно побыстрее выставить наружу…
Яркими переливами засияла пурпурная тога, блеснули золотые браслеты на запястьях, и зарябило в глазах от квадратиков меандровой тесьмы. Фантом «Юлия Цезаря» изволил явиться самолично. Созданный компьютером корабля призрак прошествовал к людям из дальнего конца коридора со стороны двигательной установки и реакторного отсека.
— Еще один любитель давать обещания! — Казаков враждебно посмотрел на «хозяина» корабля. — Ты, мудак, что твердил? Мол, у меня все рассчитано, эксперимент безопасен, все под контролем?
«Не ругайтесь, пожалуйста, — ответил Цезарь, остановившись в двух шагах от лейтенанта. — Среди нас все-таки присутствует женщина. Я действительно полностью контролирую ситуацию».
— Вот как? — выкрикнул доктор Логинов и ткнул пальцем в сторону окна. — Ты погляди, что творится в лаборатории!
