— Да.
— Ее нет. Куда исчезает то, что порождено нашим сознанием? Откуда оно берется? Где оно? Подумайте над этим. Урок окончен. А теперь спать…
— Нет! Я должен знать!
— Барон, — сжалился Артфаал, — вы видели лишь один из возможных вариантов будущего вашего мира. Их великое множество, и человеку не дано угадать, какой путь изберет история. Каждую минуту, каждый миг делается выбор, и порой судьбы миров зависят от ничтожной малости. Не мучайте себя, ложитесь и спите.
Дождь прекратился так же внезапно, как и начался. Песок без остатка впитал этот дорогой подарок. Я улегся и закрыл глаза, кот, как всегда, уютно свернулся на моей груди.
— Спокойной ночи, барон.
— Спокойной ночи, герцог, — ответил я, впервые назвав его этим звучным титулом.
* * *
— Ты. Не. Оправдал. Моих. Ожиданий.
— Но, мой господин…
— Ты будешь жестоко наказан. И я еще подумаю, сохранить ли твою никчемную жизнь.
— Мой господин, я ранен и слаб!
— Мне это безразлично. Ты должен был сдохнуть, но выполнить приказание. Кстати, у тебя осталось всего четыре дня… Как там мальчик?
— Бастард непобедим, моих умений недостаточно, чтобы сразиться с ним. Он снова и снова доказывает свои неограниченные магические возможности. Порча не подействовала. Мне остается лишь рассчитывать на проводника.
— Он надежен?
— Они жаден и труслив, мой господин. И сделает все, что я ему приказал.
— Хм… посмотрим…четыре дня, не забудь…и помни: никто не должен связать гибель мальчика с тобой. В противном случае тебе не жить.
В противном случае тебе не жить.
* * *
Я проснулся очень рано и в прекрасном настроении. Давно у меня не было такой спокойной ночи. Мне снились какие-то веселые цветные сны, и мраков кайлар не пытался нападать… Кстати, о кайларе. Я решил пройтись по лагерю, в надежде обнаружить что-нибудь подозрительное, пока все спят. У прогорающего костра стояли усталые часовые, над окутанной утренней синевой пустыней торжественно звучал могучий храп мастера Триммлера. Солдаты крепко спали. Стараясь шагать так тихо, чтобы даже песок не шуршал под ногами, я двигался от воина к воину, внимательно оглядывая каждого, сам не понимая, что хочу обнаружить. Вдруг до меня донеслось тихое бормотание. Я пошел на звук и вскоре наткнулся на Дрианна, который сидел на корточках и что-то нашептывал в свой амулет из черного дерева. При виде меня парень то ли испугался, то ли смутился и резко прервал невнятный бубнеж.
— Что ты делаешь? — прямо спросил я. Не было у меня возможности разводить журженьские церемонии. Лучше выяснить все сейчас, чем потом пасть от Темного заклятия.
— Ничего, Рик, это я так, молился…
— Амулету?
— Это память об одной девушке, — еле слышно прошептал маг.
Ну, и что тут скажешь? Пытке его подвергать, или амулет отбирать? Разозлившись, я выкрикнул:
— Подъем! — и, развернувшись, зашагал прочь, бросив мальчишке. — Вставай давай, расселся!
Когда рота отправилась в путь, выяснилась одна любопытная деталь: пустыня, благодарная за краткий дождь, за ночь неузнаваемо изменилась. Сквозь песок проклюнулись тонкие нежно-зеленые ростки какой-то травы.
— Песчаный бог чуду явыл! — восхищался Салим.
Я только усмехался. Однако идти стало немного веселей, барханы уже не смотрелись так отталкивающе-тошнотворно, казалось, даже солнечные лучи сделались чуть мягче. Солдаты приободрились, а мастер Триммлер принялся рассказывать очередную байку. Я, впрочем, не слушал, все мои мысли были поглощены ночным путешествием среди Тонких миров. Один из возможных вариантов будущего, сказал Артфаал. И есть еще много других. Как же хочется их увидеть! Впервые в жизни меня всерьез заинтересовали возможности, которые дает магия. Я вспоминал заклинание, сотворенное после тренировки. Как это было просто! Почему же я, дурак, как следует не учился? Насколько сейчас было бы легче. Ну, с другой стороны, никто ведь не мог предугадать, каким образом повернется моя судьба. Лично я видел себя в будущем только контрабандистом, искренне недоумевая, зачем дядюшка Ге пытается поделиться со мной своими познаниями и умениями. Если бы он мне сказал, что увидел в Зеркале судьбы, хоть намекнул о том, что меня ждет! Хотя… разве я поверил бы? Да нет, конечно. Всегда относился к гаданию с изрядной долей сомнения, считая его чуть ли не шарлатанством. И несмотря на то что всегда чтил старика как сильного мага, его попытки заглянуть в будущее считал странным чудачеством. Нет, некого мне винить в своем невежестве. Кроме себя, конечно. Говорят же, кнут — плохой учитель. Никто не сумел бы насильно сделать из меня настоящего волшебника. Придется теперь самому постараться, тем более что задел у меня имеется, и очень даже солидный. Кстати, вот сейчас и начну…
На привале я уселся чуть поодаль от остальных, быстро перекусил и приступил к упражнению, которое лорд Феррли рекомендовал проделывать регулярно. Расслабиться, отрешиться от окружающей действительности… После получасовой подготовки я сумел покинуть свое тело. Но, памятуя о предупреждении демона, далеко уходить не стал, просто повисел немного около самого себя. Интересно, что в таком состоянии я не испытывал никаких эмоций, рассудок оставался холодным и ясным.
Интересно, что в таком состоянии я не испытывал никаких эмоций, рассудок оставался холодным и ясным. Я рассматривал пустыню, воинов, сидящих вокруг, но теперь почему-то видел все в каком-то новом, необычном свете. Вернее будет сказать, цвете. Песок из желтого сделался тускло-серым, и на этом тревожном фоне, словно жирные кляксы, проступали многочисленные, пугающие непроницаемо-черные пятна. Каждый воин был окружен слабой, словно утренний туман, чуть-чуть светящейся дымкой. Йока окутывало травянисто-зеленое мерцание, Добб отливал красновато-коричневым, Дрианна обнимало призрачно-серебряное одеяние, над головой Зарайи реяла густо-синяя дымка с вкраплением бордовых тонов…
— Лейтенант! — мастер Триммлер, над которым висел нимб жизнеутверждающего оранжевого цвета, хлопнул по плечу мое расслабленное тело.
Я тут же вернулся в себя и еле удержал равновесие, чтобы не ткнуться носом в песок. Жаль, не успел всех рассмотреть.
— Лейтенант, — повторил гном. — Чего задумался-то? Давай споем, что ли!
Не ответив сыну гор, дабы не растерять сосредоточенности, я принялся творить первое пришедшее на ум заклинание. Не боевое заклятие, конечно, дабы не повредить отдыхающим воинам. Решил попробовать чары быстрого роста, которые никогда мне особо не удавались из-за сложности плетения. Не обращая внимания на удивленные лица солдат, я вдохновенно создавал замысловатый рисунок. Потом обратил заклинание себе под ноги и прошептал слова активации. Волшебство мягко вошло в песок, и я словно ощутил его внутреннее движение, а следом — тихий шепот соков в корнях молодых побегов. Прошло несколько секунд — и вокруг меня поднялись сильные упругие стебли, верхушки которых были увенчаны увеличивающимися прямо на глазах тугими бутонами. Еще мгновение — и они стали распускаться, превращаясь в пышные красные цветы, чем-то напоминающие маки.
— Ай, чуда! — заверещал Салим, с опаской, бочком придвигаясь к яркому островку летнего великолепия.
— Э-кхм, — солидно откашлялся мастер Триммлер, которого я, любуясь делом рук своих, как-то упустил из виду. — Ну, зачем так горячиться, лейтенант? Сказал бы, что не в настроении. Хотя спасибо, конечно!
