— А если не получится? — Спросил я.
— Тогда НЕ переместимся. — Спокойно ответил Учитель.
— Скафандры начнут разрушаться через двадцать минут.
— Спокойно ответил Учитель.
— Скафандры начнут разрушаться через двадцать минут. — Напомнила Килеана. — Может, стоит поторопиться?
— Я и так делаю все, что могу. — Буркнул Яманубис, выбивая по округлой поверхности комнаты причудливую дробь.
Я подумал, что таким образом он имитирует действия Богов Хаоса. Когда они материализовались, чтобы жить в своих дворцах, то, наверняка, принимали облик довольно больших существ с множеством конечностей. Для включения Врат требовалось нажать на определенные точки комнаты, что для Богов не составляло особого труда. Яманубис же сейчас был заключен в обычное человеческое тело. Ему приходилось метаться от одной части комнаты к другой, приседать, подпрыгивать до самого сферического потолка и стучать, стучать, стучать… Не удивительно, что его переговорный кабель скоро отсоединился и в полной тишине мы потрясенно следили за нечеловечески быстрыми передвижениями бывшего Бога Смерти.
— Он не успеет! — Внезапно воскликнула Килеана. — Смотрите: поверхность скафандров уже не глянцевая, а матовая. Это начал разрушаться верхний слой.
У меня по спине побежали мурашки. Мне показалось, что я ощущаю, как холод Ледяного мира начинает проникать внутрь скафандра. Сначала озноб перейдет в мороз, мороз сменится стужей, стужа вызовет обледенение и потом…
— Я попробую защитить скафандры от разрушения. — Сказала Дилл. — Я чувствую, что моя волшебная сила достаточно возросла.
— Дилл, милая, ты хотя бы представляешь себе, что боевой скафандр Повелителей — это не просто одежда, а шедевр микромолекулярной технологии? — Тихо, но отчетливо произнесла Килеана, и в ее голосе послышались нотки отчаяния. Впрочем, она быстро овладела собой и после секундного колебания продолжила. — Скафандр состоит из особого материала, невосприимчивого к магии, так что воздействовать непосредственно на него бесполезно. Вот если ты попробуешь создать вокруг нас хотя бы тоненькую защитную пленку, как это делал Горохор во время полета через Хаос…
— Я постараюсь. — Робко проговорила Дилл. Но все мы знали, что эта робость вызвана не сомнениями в своих силах, а природной скромностью. Магия юной волшебницы была единственным шансом избежать гибели… Или отсрочить ее…
Дилл начала что-то напевать, и в то же мгновение наши скафандры как будто покрылись радужной мыльной пленкой. Внезапно песнь оборвалась. Неужели?!… Нет. Килеана знаками показала, что наши переговорные кабели не выдержали и рассыпались. Они не попали в защитное поле, созданное Дилл, и теперь осыпались на пол мелким белым порошком. Я с нарастающим страхом посмотрел себе под ноги. Неужели всем нам суждено превратиться в такую же ледяную пыль?!
С этого момента мы могли общаться друг с другом только знаками. Я, Дилл и Килеана тесно прижались друг к другу, инстинктивно ища друг у друга тепла и защиты. Даже разделенные скафандрами, мы ощущали согревающее единение. А вокруг нас в бешеном ритме продолжал метаться Яманубис. Я уже с трудом успевал следить за его молниеносными движениями. Никогда ни один человек, даже Повелитель, не смог бы двигаться с такой скоростью, с какой двигался низенький толстячок Яманубис. От него сейчас зависело, успеем мы покинуть Ледяной мир или же навсегда останемся тут, мелким белым порошком рассыпавшись по полу.
Сквозь радужную пленку и стекло скафандра я видел лицо Дилл. Ее губы быстро шевелились, а глаза были закрыты. Она находилась в глубоком трансе как тогда, когда из расчески Килеаны создавала мост через реку, кишащую рыбами-волосами. Я не мог ей ничем помочь.
Я не мог ей ничем помочь. Мне оставалось только верить в ее силы, ждать и надеяться на то, что Яманубис откроет Врата раньше, чем Дилл потеряет сознание.
Я смотрел на свою любимую волшебницу и чувствовал, как странная легкость охватывает мое тело. Голова закружилась, как после большого бокала игристого вина. «Это и есть смерть?» — хотел я спросить, но меня никто бы не услышал. Мои друзья находились рядом, но каждый был заключен в непроницаемую скорлупу скафандра. «Даже когда окружен близкими людьми, смерть встречаешь в одиночестве.» — сделал я невеселый философский вывод.
Головокружение усилилось, и мне показалось, что мои ноги отрываются от пола… Круглая комната сжалась вокруг меня, выдавливая из тела разум и душу. Я закрыл глаза и, наверное, заорал от боли и ужаса…
Глава 18. Замок Диктатора.
… Потому что, открыв глаза, обнаружил, что мои друзья смотрят на меня с недоумением и участием. Все мы были покрыты густым слоем белой пыли и стояли в центре пустой круглой комнаты. Странно, ее стены были совершенно черными, никаких светильников не наблюдалось, однако я мог видеть своих друзей, как при нормальном дневном освещении. И еще: где, собственно, наши скафандры, и, вообще, что произошло?!
— Молодец, Дилл. — По-дружески весело хлопнул волшебницу по плечу Яманубис. — Если бы не твоя магия, до открытия Врат мы бы не дожили. Мне как раз не хватало десяти минут, кстати, тех самых, что кое-кто потратил на «малышей»-кристаллов… Ладно, ладно, не обижайтесь, все хорошо, что хорошо кончается.
Учитель просто весь светился энергией, как будто только что не работал на пределе своих немалых возможностей, пытаясь открыть эти проклятые Врата.
— Успели! — Выдохнула Килеана, вкладывая в это короткое слово такую силу и такое множество различных чувств, которые никогда не смогут быть переданы на бумаге.
Я понял, что те симптомы, которые я принял за приближающееся оледенение, на самом деле были вызваны прохождением через Врата Между Мирами. Значит, у нас получилось! А этот белый порошок — все, что осталось от скафандров Повелителей. Не сдерживаемые больше магией Дилл, они рассыпались пылью.
Постепенно приходя в себя, я поднял глаза на свою невесту. Не говоря друг другу ни слова, мы сжали друг друга в объятиях, как будто хотели удостовериться, что мы — это мы, а не бесплотные духи, попавшие в мир теней.
— Еще не время, дети! — Строго сказала Килеана, обменявшись за нашими спинами веселыми взглядами с Яманубисом. — Не забывайте, что самое трудное еще впереди.
Эти слова мгновенно отрезвили меня. Я вспомнил о том, зачем мы пришли в замок Гилеаниса, и постарался обуздать свой пыл. Выпустив Дилл, я проверил, хорошо ли выходят ножи из ножен на бедрах. Теперь мне стало ясно, почему Килеана настаивала, чтобы они были надеты под скафандр. В противном случае, наше оружие рассыпалось бы такой же белой пылью, как и боевые доспехи. Ощутив в руке приятную тяжесть ножей, полюбовавшись на их голубоватые лезвия длиной почти в локоть, я почувствовал себя более-менее уверенно.
Мы подошли к выходу из комнаты. Точно такой же круглый извилистый коридор, как и в Ледяном замке, но только с черными стенами, шел вниз.
— Похоже, — сказала Килеана, — эти замки не просто близнецы, а зеркальные отражения друг друга. Врата Между Мирами на Саллаке находились в подвале, а здесь, на Калласе, видимо, мы оказались в башне.
Я мысленно перевернул Ледяной замок вверх ногами и понял, что Повелительница права. Коридор, по которому мы там спускались, шел по спирали вниз.
Коридор, по которому мы там спускались, шел по спирали вниз. Здесь же для того, чтобы попасть в комнату, где находились Врата, надо было подняться вверх. Значит, верхние этажи и башни Ледяного замка здесь, на Калласе, должны превратиться в подвалы и подземелья. Да уж, в фантазии Богам Хаоса не откажешь!
Едва мы ступили в широкий коридор, выявилось и еще одно различие между замками. Поверхность под нашими ногами оказалась гладко отполированной, так что практически невозможно оказалось сохранить равновесие и не поскользнуться.
