— Учитель, это случайно не та самая волшебница, которая предсказала, что я единственный, кто может убить Императрицу Повелителей? И ты все еще веришь в ее способности?
— Та, та, и не надо насмешничать. Предсказание, возможно, еще не исполнилось. Дословно оно звучало так: «Родится человек, который уничтожит Повелителя Повелителей, неправедно получившего власть и неправедно ею воспользовавшегося. Человек освободит миры от угрозы вечного рабства под пятой Империи и заставит саму Империю измениться и переродиться».
— Тогда это было сказано не о Килеане, а о Гилеанисе. — Догадался я. — Наверное, именно его мне придется…
— Ну уж нет. — Перебила меня Повелительница. — Гилеанис — мой. Он будет жить до тех пор, пока не расскажет, как похитил моего отца и где его прячет.
Глаза Килеаны мерцали мрачным мстительным огнем, и я подумал, что Гилеанис бысто выдаст все свои тайны, попав в руки этой миловидной девушки. И еще я порадовался, что принадлежу к числу друзей Императрицы, а не к команде ее врагов.
— Как это мило! — Насмешливо пропыхтел дракон. — Мои предки, павшие в Битве Богов, сейчас бы порадовались, глядя как победившие их Повелители уничтожают друг друга в борьбе за власть.
Килеана покраснела от гнева, и открыла рот, чтобы дать жестокую отповедь Горохору, но вдруг сникла и растерянно произнесла:
— А ведь ты прав, дракон. Своими руками мы уничтожаем Империю, которую построили. Гилеанис и его банда предали дело, завещанное нам Первыми Богами. — Тут девушка выпрямилась и гордо закончила. — Но я покараю заговорщиков и исправлю допущенные ошибки. Возрождающийся Бог Трисмегист будет гордиться своими первосотворенными помощниками!
— Мне нравиться эта Повелительница, — заявил Акон, так, чтобы его слышали все. А потом добавил. — А тебе?
Сначала я решил, что его мысленный вопрос адресован дракону, что было вполне естественно и нормально. Но когда журчащий голос в моей голове повторил: «А тебе нравиться Повелительница?», я понял, что кругг обращается непосредственно ко мне.
— Да, конечно. — Мысленно ответил я ему.
— Но та, которая посветлее и повыше, я чувствую, тоже тебе нравиться?
— Дилл? Я ее люблю.
— «Нравиться» и «люблю» — это разные понятия в человеческой психологии?
Я задумался, вспоминая всех своих многочисленных подружек с Острова Белой Скалы, особенно Тику Биллан, которую, как мне казалось, я любил. Но теперь, когда рядом со мной была Дилл, те прежние чувства казались бледными и выцветшими. Как объяснить все это амебообразному круггу?
— Спасибо за объяснение, человек Рен. — Раздался в моей голове голос Акона. — Теперь я достаточно изучил этот аспект человеческих взаимоотношений.
Вот, значит, как. Мысли, пронесшиеся в моей голове, были уловлены круггом и приняты за ответ. Надо в следующий раз постараться фильтровать воспоминания. Некоторые сцены, всплывшие в моем сознании, были слишком откровенны и интимны. Так что я думаю, кругг почерпнул новые сведения не только о духовной ипостаси человеческой любви.
Килеана тем временем продолжала спорить с Горохором и Яманубисом по поводу необходимости посещения Перекрестка Измерений. Она собиралась, если это так уж необходимо, в одиночку пройти через Врата Между Мирами и встретиться с волшебницей Ридалиной.
— Поймите, — убеждала она, — вы даже представить себе не можете, сколько спутников, зондов и тайных агентов Империи находится сейчас на Перекрестке. Их и раньше там было немало, а теперь, когда Гилеанис ведет за мной охоту, стало еще больше. Самое обидное, что я не знаю, кто из эмиссаров Дальней Разведки вовлечен в заговор, а кто сохранил мне верность. Так что приходится считать, что любой Повелитель немедленно сообщит о появлении нашей довольно пестрой команды Гилеанису. А это значит, что через Сеть ППП в считанные минуты на нас свалятся штурмовые отряды Империи. Но если я пойду одна, то у меня будет гораздо больше шансов на успех. На перекрестке все мои приборы и устройства вновь заработают, а у меня в рюкзаке, учтите, есть много сюрпризов даже для агентов Дальней Разведки.
— Нет, мы отправимся все вместе, — покачал головой Яманубис. — И не через Врата, а на драконе.
— На драконе?! — Поразилась Повелительница. — Но ведь после Битвы Богов они утратили способность летать между мирами.
— Да, так было. — Пророкотал Горохор. — Мы были первыми разумными существами, которых создали Великие Древние Боги Кулл и Рианна. Мои предки обладали великой магией и могли свободно перемещаться в любое Измерение, в любую точку Вселенной. Но в Великой Битве почти все они были уничтожены. Те, кто выжил, в большинстве своем выродились в примитивных рептилий, потерявших разум и память. Но нашлось несколько драконов, которые сумели сохранить свои силы…
— Которые во-время смылись с поля боя, — с горькой усмешкой перебила Килеана, — сбежали, поняв, что им не выстоять против боевых крейсеров Повелителей. Хотя перед этим несколько тварей сожгли корабль, на котором была моя мама. Она умерла конечной смертью. Конечно, мы знали о том, что где-то на окраинных Измерениях скрываются жалкие остатки некогда могучего племени. Так что я верю: ты можешь летать между мирами.
Вот это да! А я и не знал, что у Килеаны нет мамы. Хотя странно: если она погибла в Великой Битве, как ребенок появился всего несколько тысячелетий назад? Наверное, опять какая-нибудь технологическая магия Повелителей.
Из пасти Горохора вырвалось облачко горячего дыма. Я невольно сделал шаг назад и потянул за собой Дилл. Мне показалось, что сейчас начнется серьезная потасовка. Но Горохор, сверкнув глазами на Яманубиса и Акона, не сдвинулся с места.
— Успокойся, Кил, — тихо произнес Учитель, — многое из того, что произошло давным-давно, пора придать забвению.
— Успокойся, Кил, — тихо произнес Учитель, — многое из того, что произошло давным-давно, пора придать забвению. Жертвы были с обеих сторон. Мир с тех пор очень сильно изменился.
— Мир много раз менялся, и скоро измениться вновь, — раздался обращенный ко всем голос кругга. — Если возрождаются забытые Боги, то скоро всех нас ждут новые потрясения.
Это было мрачное пророчество. Дилл вздрогнула и прижалась ко мне. Я вспомнил Того, Кто Назвал Себя Трисмегистом, но мне почему-то не было страшно. Пусть трепещут те, кто когда-то был его врагами.
— Давайте вернемся к нашей миссии. — Напомнил Яманубис. — Как говориться: «делай, что должно, и пусть будет то, что будет».
— Некогда грозный Бог Смерти нынче стал философом-фаталистом? — Иронично ухмыльнулся Горохор, растянув еще больше свою огромную пасть. — Ладно, проехали. Так что, все летим на Перекресток Измерений?
— Все. — Твердо подтвердил Яманубис. — Как договорились: ты, Горохор, обеспечиваешь перемещение между Измерениями, ты, Акон, прикрываешь нас своими чарами от наблюдательных устройств и любопытных глаз.
— Только учтите, — небрежно пыхнул дымком в небо дракон, — хоть Перекресток находится в Срединных Мирах, для безопасности я зайду со стороны Хаоса. Повелительница-то выдержит, а вот за этих двух хлопающих ресницами человечков я поручиться не могу. Путь через Хаос непрост. Человеческое восприятие реальности слишком слабо и ненадежно.
