Вот он каков — резидент Битраи на Арнии, думал Свард, переводя взгляд с экрана компьютера на сидящего напротив Эстуана. Здоровый тип. Рост, плечи, фигура… В теле видна мощь. Взгляд твердый, уверенный. Самая подходящая кандидатура для резидента. Интересно, каким он был полвека назад, когда служил в разведке? Техническое обеспечение? Знаем мы, как они обеспечивали! Небось и на задания ходил, пусть даже в группе управления. У них иначе нельзя. Либо ты разведчик, либо — ищи другое место службы. Говорят, даже тыловые подразделения там состоят из отборных молодцев, способных при случае и с пулеметом побегать, и по зубам дать. Армейская разведка — команда серьезная.
Свард раскрыл файл с рапортом командира группы захвата и пробежал глазами по строчкам. «Сильный огонь… активное сопротивление… использование ножей и подручных предметов… потери личного состава…»
Надо думать, Эстуан и помощников подбирал под стать себе. Не только формулы считать, но и кулаками поработать могут. Как еще его самого живым взяли?..
Сидящий по ту сторону стола человек не выглядел ни сломленным, ни подавленным. Ровная спина, расслабленная поза, взгляд какой-то сонный. Нервы у него, надо признать, даже не стальные, а скорее из титанита. И арест не пугает?..
— Причину задержания знаете? — задал вопрос Свард.
— Скажете — узнаю, — насмешливо произнес Эстуан.
— Вы и ваши пособники обвиняетесь в незаконном владении установкой ПСД и поддержании связи с преступными лицами.
По закону унии за это положены двадцать лет каторги и двадцать лет поражения в правах. А за сопротивление властям с использованием оружия — расстрел. Без права помилования.
Эстуан поморщился. Машинально тронул рукой левый бок. При захвате туда угодил каблук, оставив огромную гематому.
— Что вы сделали с установкой?
Эстуан молчал. Смотрел на стол своим полусонным взглядом, едва-едва кривил губы в скрытой усмешке и молчал.
— Вы взяты с поличным. Ваши люди — тоже. Улик предостаточно. Скоро мы накроем всю вашу сеть и найдем другие установки, если они есть. А из вас выкачаем нужные сведения с помощью специальных препаратов. Мы не станем церемониться — на кону безопасность всей унии. Какой смысл вам молчать?
Эстуан впервые поднял на него взгляд и вдруг улыбнулся:
— Какая у вас должность?
— Директор управления ПСМ.
— Ого! Высоко сидите… — Он сменил положение и скрестил руки на груди. — Я бы многое мог сказать. И по поводу опасности унии, и по поводу ваших действий… но не стану. К чему? Вы нас накрыли, признаю. Но этим ваши достижения и ограничатся. Те, кто попал вам в руки, — случайные помощники. Они ничего не знают и рассказать не смогут. Кто мог рассказать — погибли. Других установок вам не отыскать. И наших людей — тоже. Уже после прошлого раза, когда вы едва не накрыли группу переселенцев, мы предприняли меры и приостановили всю работу. А теперь и вовсе ляжем на дно.
— Вы так уверены?
— Да. И от меня вам ничего не узнать.
— Неужели тоже ничего не знаете? — сыронизировал Свард. — Простите, не поверю.
— Нет, почему. Знаю. Ведь я руководил всей работой. А почему — не скажу…
Эстуан вновь улыбнулся. Было в его поведении что-то странное, нелогичное. Свард это отчетливо видел, но пока не мог понять, в чем дело.
— Но я хотел сказать о другом. Вы упорно ищете Битраю и преследуете тех, кто ему помогает. А почему? Что он вам сделал? Он же просто ушел. Не захотел больше иметь дело с тайной полицией и унией, которая буквально сошла с ума от возможности заполучить в свои руки другие миры. И поэтому вы его считаете преступником?!
Свард закрыл файл, встал из-за стола, обошел его и присел на краешек напротив Эстуана.
— Мы как-нибудь потом вернемся к этой теме. Когда будет время. А пока могут сказать одно — Битрая и те, кто ушел с ним, представляют огромную угрозу для Арнии. И, судя по его последним данным, они проводят против нас крупномасштабную операцию. Чего мы не можем допустить. Так что песни о безвинно оклеветанном и оскорбленном ученом можете не петь.
— Вы ошибаетесь, — покачал головой Эстуан. — Сильно ошибаетесь. И готовы совершить еще много ошибок. Жаль, что вас нельзя переубедить и остановить. Да и поздно. Вы хотели знать, почему я ничего вам не скажу? Что ж, пожалуйста…
Камил бросил взгляд на стену, где висели часы, и глубоко вздохнул:
— Мы предполагали, что находимся под слежкой. Поэтому и приняли дополнительные меры безопасности. Правда…
— Что — правда?
— Правда, меры безопасности пригодились мне одному, остальные погибли. Так вот, мы ежедневно принимали препараты парной группы «калеена». Слышали о них? Да? Утром — доза яда. Днем — противоядие, которое через некоторое время само становится ядом.
Слышали о них? Да? Утром — доза яда. Днем — противоядие, которое через некоторое время само становится ядом. Вечером — новое противоядие. И так далее… Задержка с приемом больше чем на полчаса влечет за собой смерть.
Последние слова Эстуан произнес с некоторым трудом. Его лицо побледнело, а руки слегка задрожали.
— Так вот, дневную дозу противоядия я не принимал. И прошло уже больше часа.
Свард вскочил, сделал два шага вперед и схватил Эстуана за плечо:
— Лайд кра! Этого не может быть!..
— Может, — немеющими губами прошептал Эстуан. — Вы сделали ошибку, директор.
Эстуан уже с трудом удерживал сидячее положение. Его трясло все ощутимее, а губы все больше синели.
— Вы ошибаетесь… Рунген никому… не хочет… зла… Он… там… счастлив…
Свард с трудом удержал потяжелевшее тело Эстуана на стуле и увидел, как тот в последний раз вздохнул и закрыл глаза. Когда прибежали сотрудники полиции и спешно вызванный врач, был уже поздно…
— Калеена. Составной яд, — объяснял потом Сварду врач-эксперт. — Очень сложная формула. Каждая последующая доза является противоядием предыдущей. Таким образом, прекращение приема гарантирует смерть в любом случае. Чтобы выйти из этой цепочки, надо провести специальный курс. Одновременное очищение крови, прием серии лекарств и так далее… Спасти его было невозможно. Запоздание с приемом следующей дозы ведет к разрушению органов. Это он вам сказал правду.
— Никто из задержанных не дал никакой полезной информации, — докладывал начальник отдела. — О других установках, контактах и связях ничего не знают. Рассказать о подпольщиках не могут. Они даже не знают о недавнем уходе группы с Арнии…
— То есть пустышки, — сделал вывод Свард.
— Да.
— Что ж, нащупать к ним ниточку не удалось. Утешает одно — уничтожена установка. Возможно, она была последней у них? А?
Собеседник пожал плечами.
— В любом случае продолжайте работу. И держите меня в курсе дела.
— Хорошо, господин директор.
Попрощавшись, Свард пошел к стоянке личного транспорта, вспоминая подробности разговора с Эстуаном. Из головы все не шла его последняя фраза о Битраи. «Он там счастлив…» Почему-то она задела директора больше всего.
Почему Битрая счастлив? Что ускользнул? Или что нашел способ отомстить?..
— Логошет. Второе пространство, восьмое сопряжение, второй расход. Узловой мир Равитана во втором секторе. По нашим скудным данным, уровень развития… приблизительно шестнадцатый век в вашей системе отсчета. Три материка в западном полушарии. Вытянуты в линию с севера на юг. Один материк в восточном. Гигант. Вокруг него с полсотни островов разных размеров. Кое-какие претендуют на роль материка.
