— Есть, — склонил голову помощник. — Взять директора на особый учет?
— Нет. Никаких слежек, проверок, никакого технического контроля. Даже не подходите. Только былые контакты. И докладывать лично мне.
— Понял.
«Вот так, наставник, — подумал Апиян. — Я не сомневаюсь в тебе, я только хочу знать, стоит ли за твоей симпатией к Битрае что-то еще, кроме слов. И если я ошибаюсь, то попрошу извинения».
Что он будет делать, если подозрения подтвердятся, шеф-ордер думать не хотел…
— Мы не можем противостоять Анкивару в открытую, — сказал Битрая. — У нас нет ни сил, ни средств. А уничтожение ПСД-установок на Арнии ничего не даст. Да это и невозможно. Только в столице Анкивара Плаеде больше шести станций. На планетах солнечной системы еще два десятка. Они всегда смогут создать дублирующую сеть.
— А если уничтожить саму Арнию? — предположил Антон.
— Это как? Да и зачем?
— Зачем понятно. Ликвидировать угрозу. А вот как?.. Переправить туда с десяток термоядерных зарядов и одновременно подорвать.
Ликвидировать угрозу. А вот как?.. Переправить туда с десяток термоядерных зарядов и одновременно подорвать.
Битрая растерянно развел руками и переглянулся с Эгенвортом. Это предложение их явно выбило из колеи.
— На планете живет около семи миллиардов жителей. Вы предлагаете их… всех?..
— Не жителей, профессор, — сказал Марк. — А врагов. Ведь они при случае распылят Землю на атомы. Да и Годиан тоже. Невзирая на детей, женщин и стариков. Разве не так?
— Так… Вы правы. Просто мне ни разу не приходила такая мысль в голову.
— Моральный аспект здесь ни при чем, — вставил Эгенворт. — У нас больше нет связи с Арнией. А использовать установки Анкивара невозможно. Вы об этом уже знаете — та самая система «б-контуров», что предотвращает проникновение любых посторонних «грузов». Заряды просто не дойдут до цели.
— Жаль…
— И потом, не забывайте, Анкивар — это не одна планета. Это уния многих планет и миров. Гибель одной планеты сильно ослабит, но не уничтожит противника.
Теперь мы с парнями обменялись взглядами и замолчали. Идеи иссякли, а новых пока не было. Разговор зашел в тупик.
— И все-таки надо что-то предпринимать, — сказал я, глядя Битрае в глаза.
— У нас есть запасной вариант на случай внезапного нападения на Годиан. Один мир в этом же секторе.
— Вы предлагаете бегать от противника по мирам? Но сколько? Рано или поздно он загонит вас в угол.
— Есть еще один план, — сказал Битрая. — Хотя это довольно рискованный вариант…
Он осекся, встретив наши напряженные взгляды, а потом добавил:
— Лучше показать это наглядно…
На огромном, во всю стену, экране было изображено ветвистое дерево. С непропорционально тонким стволом, такими же тонкими ветвями и небольшими кругами на них. Одни ветви были черного цвета, другие синего. В основании дерева краснел большой круг.
Со стороны это творение походило на художество четырехлетнего мальца, решившего изобразить березку на листе бумаги. Впечатление портили цифры и надписи возле ветвей и кругов. Малые дети, даже если они обучены грамоте, такого никогда не напишут.
— Вот Земля. Вот Годиан. Оба расположены во втором пространстве. Здесь же по крайней мере еще пять или шесть миров, открытых Анкиваром, Датлаем и Равитаном. Видите синюю линию? Узловая точка пространства — Кламиго. Это как бы входные ворота в него. Вся сеть связи с пространством строится через Кламиго. Также через узловые точки строят связь и с другими пространствами. Или, как мы говорим, с другими секторами. Чтобы прервать связь со вторым сектором, необходимо уничтожить установку ПСД на Кламиго. Но чтобы гарантированно перекрыть весь сектор — надо уничтожить установки на всех мирах этого сектора. И поставить в каждом — в каждом! — мире блокировку, аналогичную той, что стоит на Годиане или на Земле. То есть создать кольцо безопасности.
Битрая обвел курсором овал вокруг выделенной синей ветви на экране и повернулся к нам.
— Каждое пространство содержит двенадцать сопряжений. В сопряжении, по последним сведениям, от десяти до четырнадцати миров. Считайте сами. Выходит около ста пятидесяти миров.
— Зачем ставить блокировки в каждом мире? Недостаточно перекрыть узловую точку? — спросил я.
— Нет. Связь со своими станциями Анкивар сможет восстановить из соседнего пространства. И вообще отыскать любой мир в нем. Этого пока никто не делал. Это только теория. Но Анкивар вполне способен воплотить ее в жизнь. Там достаточно талантливых ученых.
— А ставя блокировку на каждый мир, мы разве закроем пространство?
— Да. Для сравнения. Чтобы сорвать яблоко, надо залезть на ветку, где оно висит, или на соседнюю. С земли сшибать трудно. Ставя блокировку на каждый мир, мы не только обрубаем все ветки, но и как бы прячем «яблоко». Понятно?
— Вполне. На первый взгляд это выглядит не очень сложно.
— Да. Однако есть одно «но».
— Что за «но»?
За Битраю ответил Эгенворт:
— На нескольких мирах этого сектора уже есть станции Анкивара и других сторон. Прежде чем там ставить аппаратуру, надо эти станции… уничтожить. А это, как вы понимаете…
— Война, — закончил за него Сергей. — Это вы хотели сказать?
— Да.
— …Установки ПСД в колониальных мирах подразделяются на два типа. Первый — большие «контуры», с размерами активной площади триста на четыреста метров. Их зачастую ставят не на земле, а в космосе на дальних орбитах. «Контуры» способны пропускать орбитальные станции целиком, а не по частям, как раньше. Понятно, что установки находятся под особой защитой. Именно такие «контуры» стоят в так называемых узловых мирах. Зачастую эти миры — спорные. То есть на них претендуют сразу несколько сторон.
— И на планете идет война?
— Совершенно верно. Последние годы боевые действия приобрели больший масштаб, зачастую с обеих сторон участвуют до двухсот тысяч человек. Огромное количество техники и тяжелого вооружения. Но даже в мирах, занятых одной стороной, станция ПСД под надежной охраной. Там экспансия идет полным ходом, силы вторжения практически берут планету под контроль.
— И как же вы предполагаете проводить захват установок? — задал вопрос Сергей.
Теперь в основном отвечал Эгенворт. Как специалист в военных вопросах. Битрая брал слово, только если разговор сворачивал на научные рельсы. В середине разговора к нам присоединился еще один человек — командор Оскольт. Среднего роста плечистый жилистый мужчина лет сорока. Хотя на самом деле ему уже перевалило за семьдесят. На загорелом почти дочерна лице выделялись только светло-серые глаза и излишне пухлые губы. Видимо, их форма не устраивала командора, потому что тот постоянно поджимал их, отчего и без того серьезное лицо принимало вовсе сердитый вид.
— Мы не планируем проводить операции в узловых мирах. У нас другая идея.
Эгенворт вытянул руку с небольшим цилиндриком, выполняющим здесь роль компьютерной мыши.
— В большей части миров, особенно открытых сравнительно недавно, Анкивар, как и остальные, держит только разведывательные группы.
— Это как на Земле-1? — спросил я.
— Нет. Там действовала стационарная база с развернутой системой безопасности. Сейчас таких уже нет. Разведывательная группа — это от четырех до восьми человек. Они прекрасно подготовлены и имеют полный комплект снаряжения для автономных действий. Связь со своим миром поддерживают с помощью установки ПСД второго типа. Это переносная модель на аккумуляторах. Весит сто с небольшим килограммов.
Это переносная модель на аккумуляторах. Весит сто с небольшим килограммов. Так как в основном разведгруппы работают в мирах второй и третьей категории, то они зачастую имеют соответствующую маскировку.
— Что за категории?
